Но девушка, которая, по его расчётам, должна была прийти в ужас от этих слов, лишь хлопнула большими глазами. Вздрогнула только хозяйка борделя.

— Господин, о чём вы говорите?

Она не понимала, что происходит, но этот неизвестный мужчина явно намеревался забрать у неё девчонку. При этом, судя по тому, что он именно «предлагал» пленнице уйти, они не были знакомы.

Раз не знакомы — значит, он ей не хозяин.

Отдавать свою покупку хозяйка не собиралась.

Но и перечить ему напрямую не смела, поэтому с решительным видом повернулась к Со А.

— Хотите уйти?

— …

— Хорошо. Я всё равно взяла с вас плату только за одну ночь. И даже если завтра вы захотите остаться, я не позволю. Но если вы непременно желаете уйти прямо сейчас — причин вас удерживать у меня нет.

— …

— Хотите уйти — уходите. Вот только… ночь на дворе, вы одна, и куда пойдёте — неизвестно. Мы друг другу никто, но я за вас всё-таки волнуюсь.

Оскар рассмеялся.

Надо же, благотворительница выискалась.

В его смехе слышалась тихая, жалящая, как пощёчина, издёвка, но хозяйка борделя, напрягшись всем телом, стояла на своём.

Отсмеявшись над самой забавной шуткой за сегодняшний день, Оскар зажал сигарету губами и спросил Со А:

— Что скажете?

В её влажных карих глазах мелькнула неуверенность.

С одной стороны — женщина средних лет с добрым лицом. С другой — подозрительный тип, небрежно привалившийся к дверному косяку с сигаретой в зубах. К тому же хозяйка была одета в строгое закрытое платье, а ночной гость — в наполовину расстёгнутую, неряшливую рубашку.

Симон, наблюдавший за сценой из-за спины Оскара, мысленно вздохнул.

Глядя на такой выбор, он подумал, что ответ предрешён с самого начала. Хотя, если честно, определение «хозяин борделя» сейчас куда больше подходило самому Оскару, чем этой немолодой женщине.

— …Прошу прощения.

Как и следовало ожидать, девушка выбрала хозяйку заведения, а не маркиза Райхинхардта. Дверь тихо закрылась.

«Блядь», — мысленно застонал Симон.

«Получилось!»

Хозяйку борделя пробрала дрожь от пугающего восторга.

Теперь оставалось только разобраться с незваным гостем.

Человек он явно необычный — лицо вроде знакомое. Но на высшего аристократа не похож. Те обычно заранее предупреждают о визите и приказывают подготовить конкретную шлюху.

Остаются два варианта: либо нувориш, либо дворянин средней руки, не вхожий в высший свет.

Конечно, с такими хозяйке борделя тоже спорить тяжело.

Но ведь сейчас другие времена, верно?

Даже королевская семья вынуждена считаться с простолюдинами. Никто не может просто так, без улик и суда, разгромить чужой бизнес. А доказательств преступления — торговли людьми — нет, ведь сама девчонка ещё ни о чём не подозревает.

Да. Значит, всё обойдётся.

Собравшись с духом, женщина повернулась к Оскару. Надо как можно подобострастнее извиниться и предложить ему на эту ночь всё, что он пожелает, за счёт заведения.

— …

Но почему он смотрит себе под ноги?

Её взгляд невольно опустился.

Мужчина, сунув обе руки в карманы, неторопливо растирал ботинком сигарету. Серый пепел смешивался с табаком, крошился и втаптывался в доски. Ещё тлеющий огонёк безжалостно расплющился под жёстким каблуком и погас.

Она бы и глазом не моргнула, если бы он её оскорбил, унизил или наотмашь ударил по лицу.

Но, как ни странно, глядя на то, как он давит окурок — зрелище, виденное тысячи раз, — хозяйка почему-то почувствовала себя так, словно раздавили её саму.

— Днём меня надул идиот, а ночью обставила хозяйка борделя. Что за день сегодня такой?

Сам Оскар произнёс это так, словно ему было весело, но больше никто не смеялся.

Язык скользнул по белым зубам за красивыми губами. Подняв глаза на побледневшую женщину, Оскар прошептал:

— Улыбайтесь, это комплимент.

Пробормотав что-то о её невероятном чутье на товар, маркиз развернулся и ушёл. В его расслабленной походке не чувствовалось угрозы, но как только Оскар скрылся из виду, хозяйка без сил осела на пол.

***

«Бордель».

Что это значит?

Со А стояла перед дверью, раз за разом беззвучно повторяя незнакомое слово.

«Бордель, бордель…»

Но смысл от этого не прояснялся. В книгах, по которым она учила всеобщий язык континента Норфолк, такого слова не было. От досады девушка слегка нахмурила чистое, ясное лицо. В одном она не сомневалась: это название какого-то заведения, и ничего хорошего оно явно не сулит.

«Это же бордель».

Услышав слова ночного гостя, хозяйка гостиницы чуть ли не подпрыгнула, пытаясь её успокоить, но так и не сказала прямо, что это не бордель. Лишь повторяла, что Со А здесь просто постоялица на одну ночь.

Девушка до боли прикусила губу.

Мужчина, казавшийся воплощением тьмы. От него, окутанного едким табачным дымом, исходила тяжёлая аура опасности и насилия.

Со А не доверяла хозяйке, но и уйти в ночь с этим человеком не могла. Она закрыла дверь лишь для того, чтобы сбежать от них обоих и выиграть время на раздумья.

В этот момент в коридоре послышались торопливые шаги.

— Вы в порядке?

Судя по звукам, несколько мужчин подбежали и помогли хозяйке подняться. Та не произнесла ни слова, и они вместе куда-то ушли.

Со А с трудом сглотнула.

Левой рукой она намертво вцепилась в дверную ручку, а правой задвинула засов. Заперев дверь на все замки, девушка тщательно проверила шпингалет на окне.

Отойдя в угол, она внимательно оглядела квадратную комнату.

Ещё недавно, когда беглянка думала, что сможет хотя бы сегодня спокойно поспать, это место казалось ей раем.

Снять тёплое зимнее пальто и платье, в которых она парилась на невыносимой жаре, уже было несказанным счастьем. А первая за несколько дней нормальная еда словно влила в неё новые силы. Да и настоящую кровать Со А видела впервые. Стоило бы ей опуститься на эту толстую перину, называемую матрасом, и она уснула бы ещё до того, как закрыла глаза.

Но теперь сон как рукой сняло. Его место заняло жгучее предчувствие опасности.

Она не имеет права провалиться, даже не начав осуществлять свой план.

Со А быстро переоделась в свою старую одежду. Пока она её носила, то не замечала, но теперь от ткани отчётливо пахло потом и дорожной пылью.

Она не стала сразу надевать пальто, а разложила его на кровати подкладкой вверх. Быстрыми движениями проверила каждый потайной карман: нет ли дыр, всё ли на месте.

Проверка завершилась на ключе и временном сертификате, полученном сегодня в банке. Документ она осторожно развернула и перечитала.

Её имя, выведенное так красиво, словно картина, сегодняшняя дата, номер сейфа, печать.

Чтобы бумага не помялась, а чернила не стёрлись, Со А бережно обернула сертификат чистым листом и спрятала в глубокий карман. Туго затянув горловину шнурком и завязав надёжный узел, она выпрямилась и окинула взглядом подкладку, усеянную множеством кармашков.

Разные мешочки, тесёмки, кривые, наспех сделанные стежки… Глядя на них, она вдруг вспомнила тот день.

Ту страшную ночь, когда на них напали.

Ужасную ночь, когда могилу дедушки разрыли, а резиденцию Хоёнчжэ поглотил ревущий огонь, унёсший жизнь её наставника.

«Это то самое? То, что он так отчаянно ищет, верно?»

Ночь, когда она достала спрятанный золотой ключ.

«Не езди. Слишком велик риск провала. Ты впутаешься в кучу неприятностей ещё до того, как успеешь что-то сделать».

Со А горько усмехнулась.

— И то верно. Как дура: только приехала — и сразу влипла…

Она провела рукой по подолу старого пальто, обрывая торчащие нитки. И вместе с ними безжалостно затолкала нахлынувшие воспоминания обратно на дно памяти.

Её руки снова замелькали.

Убрав пальто, она открыла сумку. Недавно застиранное бельё скомкала и отложила в угол. Оно не успело высохнуть и, скорее всего, протухнет, но выбора не было. Собираясь закрыть сумку, Со А вдруг замерла.

Она снова приоткрыла клапан и осторожно достала смятую красную шёлковую ленту — тэнги.

Раньше, после обеда, сидя на веранде, она часто прислушивалась к доносившемуся снаружи шуму детских игр. Если тихонько подойти к каменной ограде и встать на цыпочки, можно было увидеть девочек с кожей цвета слоновой кости.

Они бегали, их тёмные глаза блестели, как лесные орехи, а туго заплетённые чёрные косы развевались на ветру.

Глядя на красные ленты, пляшущие на кончиках этих волос, Со А часто думала: «Вот бы и мои глаза, и волосы были такими же смоляными и красивыми. Тогда бы мне тоже подошёл красный цвет».

Девушка аккуратно расправила гладкий шёлк. Сложила пополам, потом ещё раз. Положила тэнги в самую чистую часть сумки так, чтобы искусно вышитая на конце бабочка оказалась сверху. И решительно закрыла сумку.

Накинув пальто, которое до этого лежало на кровати, она туго затянула пояс, чтобы плотная ткань не топорщилась. Полностью готовая к побегу в любую секунду, Со А подошла к окну и прижалась к стене. Боясь, что силуэт будет виден снаружи, она лишь слегка приподняла край шторы и выглянула на улицу.

Когда и как ей удастся отсюда выбраться?

Ища пути отхода через окно, Со А замерла, чутко прислушиваясь к каждому шороху и шагу за дверью.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver