— …
— Разумеется, эта библиотека — тоже личное пространство Его Светлости. Можете брать любые книги, но после обязательно возвращайте их на место.
— Да, я так и сделаю.
— Проходите.
Барбара открыла правую дверь и вошла первой. Комната, в которой оказалась Со А, была оклеена нежно-зелёными обоями и выглядела светлой и уютной.
Три окна, выходящие на флигель, закрывали полупрозрачные шторы. Напротив стояла кровать. Стоит открыть глаза после сна — и сразу увидишь флигель. По обе стороны от кровати стояли прикроватные тумбочки с небольшими газовыми лампами.
Пока Абель, вошедший следом за Со А, ставил её багаж у изножья кровати, Барбара указала на деревянный шкаф в углу и на ещё одну дверь рядом с ним.
— Вещи можете разложить здесь. За этой дверью — ванная и уборная.
— Да.
— Еду вам будут приносить по расписанию, но если проголодаетесь в другое время — только скажите. Если случится что-то срочное, потяните за шнур справа от кровати.
И действительно, с потолка свисал толстый шнур, спускаясь прямо к правому краю постели.
— У вас есть ещё вопросы?
Со А, рассматривавшая туго сплетённый чёрный шнур, перевела взгляд на Барбару и покачала головой:
— Нет.
— Если во время проживания здесь вам что-то понадобится, обращайтесь в любое время. Позже я принесу ужин.
Барбара окинула комнату быстрым, внимательным взглядом, пожелала Со А хорошо отдохнуть и вышла. Абель последовал за ней. Шаги в библиотеке затихли, затем послышался щелчок закрывшейся двери.
Со А ещё долго стояла неподвижно. Крепко сцепив руки, она не шевелилась, пока наконец не выдохнула с таким звуком, словно до этого вообще не дышала.
— Ха-а…
Она закрыла глаза. Плечи расслабились, руки безвольно опустились. Со А сделала глубокий вдох, наполняя лёгкие спокойным, чистым воздухом. Откуда-то издалека донеслось пение птиц.
Насладившись мгновением тишины, она открыла глаза. Высокий потолок с лепниной, ниспадающие шторы, просвечивающие в солнечных лучах, и пейзаж за окном — всё это предстало перед её взором.
Глядя на окружённый лесом флигель, изящные узоры газона и круглый фонтан, она вновь остро осознала, как далеко её родина.
Корабль, где нельзя было сомкнуть глаз ни на секунду; поезд до Пельпе и визит в банк, когда из-за погони тревога достигла предела; то место, которое она считала гостиницей, и та кошмарная ночь… И Оскар.
Этот дом был точной копией того мужчины, словно вылепленного из тьмы. Невозможно было не узнать в этих стенах их владельца.
Она крепко прижала ладонь к груди. Стук сердца казался каким-то далёким. Она проделала такой долгий путь и наконец оказалась здесь. От одной этой мысли забилась жилка на шее. Ещё раз прижав руку к груди, Со А, как кукла с обрезанными ниточками, побрела к кровати. Стоило ей опуститься на мягкий матрас, как спина, до этого прямая от напряжения, обмякла, и она повалилась на постель.
За мной будут следить, но, кажется, хотя бы по резиденции я смогу передвигаться свободно. Значит, условиям нашего контракта с Оскаром пока можно верить.
Ну и слава богу.
Сквозь прикрытые веки она видела полосы солнечного света, падающие на подоконник. Сухой свет с идеальной, не обжигающей температурой — даже он казался ей чужим.
Морг, морг.
Чувствуя, как солнце согревает её глаза, Со А сама не заметила, как уснула.
***
— В конверте, доставленном вороном, должно было лежать моё письмо. Не видели?
— Видела, — холодно отрезала Барбара, и Абель поморщился.
— Тогда почему вы не выделили мне комнату рядом с ней? На худой конец могли бы поселить её в гостевых комнатах во флигеле. Это было бы куда удобнее.
Объект, к руке которого он ещё даже не прикоснулся, поселили в комнату для личного слуги маркиза.
Помещение, выделенное Со А, изначально предназначалось для Симона фон Бернхайма. Оттуда можно было в любой момент попасть к Оскару, так что, по сути, комната являлась частью его личных покоев.
Но Симон, будучи аристократом до мозга костей, наотрез отказался там жить, сочтя каморку слишком тесной. Да и сам Оскар не горел желанием терпеть кого-то в своём личном пространстве, поэтому комната долгое время пустовала.
— Для меня приказы Его Светлости — закон. А он велел глаз с неё не спускать. Назови хоть одно место в резиденции, откуда за ней было бы удобнее следить и охранять.
— …
— Если бы я поселила её рядом с тобой или во флигеле, а потом что-нибудь случилось? — Барбара холодно усмехнулась. — Не только я, но и ты не избежал бы наказания. И после этого ты всё ещё хочешь, чтобы она жила рядом с тобой?
Абель недовольно скривился:
— Ясно.
— Я наслышана о твоей славе. Неужели для того, чтобы очаровать цель, тебе нужно идеальное расположение комнат, иначе ты начнёшь ныть о провале?
— …
Старая волчица, ловко заткнувшая Абелю рот, тихонько рассмеялась.
— Впрочем, при всей твоей репутации, ты ведь её ещё даже за руку не взял.
Губы Абеля тут же скривились в усмешке:
— Мадам, это же вам не пироги печь. Нужно изучить объект. Если схватить за руку нахрапом, будет только хуже.
Может, тупоголовым рубакам этого и не понять, но соблазнение — это высокое искусство.
Молодой «волк» не упустил случая съязвить, но старая волчица даже бровью не повела.
— Я в твоих делах не спец, так что судить не берусь. Но раз уж тебе поручили и охрану, постарайся не облажаться.
— …
— Это значит, что ты не должен терять бдительности, пуская слюни в предвкушении того, как подержишь её за ручку. Я, конечно, прикрою твою спину, но на передовой находишься именно ты.
В тёмно-синих глазах, смеривших Абеля с ног до головы, ясно читалось: «Я совершенно не доверяю первостепенную охрану какому-то альфонсу». И она даже не пыталась этого скрывать.
— Вы слишком переживаете. Я выбрал этот путь исключительно из-за своей смазливой мордашки. Я ведь хотел в боевой отряд, но разведка на коленях умоляла меня присоединиться к ним. Не помните? — Абель подмигнул и очаровательно улыбнулся. — И всё же обидно, что вы равняете меня с массовкой.
— Ну да, личико у тебя что надо. Так докажи это делом и утри им всем нос.
В её абсолютно бесстрастном, почти ленивом тоне отчётливо читалось: «Мне плевать, преуспеешь ты или нет, главное — не провали задание».
Абель остановился и глубоко вздохнул.
Вот поэтому и хочется послать всё это к чёртовой матери. В любом случае, эти боевики — что молодые, что старые — вечно докапываются на пустом месте.
Что ж, как и сказала Барбара, я утру всем нос. Покажу, как эта девчонка будет умолять меня о внимании. А когда докажу — точно завяжу с этой собачьей работой.
Абель плотоядно облизал губы и окликнул Барбару, которая уже спускалась по лестнице:
— Мадам?
Когда экономка остановилась и посмотрела наверх, Абель чуть слышно спросил:
— Я ведь могу подождать в кабинете Его Светлости?
Только что недовольный расположением комнаты Со А, Абель мгновенно передумал.
Оскар вернётся лишь через несколько дней. Это означало, что до его приезда эта часть дома будет фактически изолирована, а закрытые помещения — идеальное место для работы.
— Валяй.
Получив разрешение, Абель развернулся и пошёл обратно в кабинет.
Со А, похоже, заперлась в своей комнате.
Абель снял пиджак, бросил его на диван и расстегнул несколько пуговиц на рубашке. Затем слегка растрепал идеально уложенные волосы и вальяжно развалился на кушетке.
Опыт многочисленных соблазнений подсказывал: если выбирать между чувствами и телом, в большинстве случаев тело сдаётся первым. Очаровать взглядом, запутать прикосновениями, переспать — а чувства придут сами собой.
Почти все его жертвы падали в его объятия именно по этому сценарию. К тому же для неё всё здесь чужое и пугающее. А в таком состоянии даже самая малость доброты и участия кажется спасательным кругом.
Правда, тот случай в поезде немного выбивал из колеи…
«…Вы вернётесь?»
Он пытался понять, что она имела в виду, но так и не нашёл логичного ответа. Наверное, просто ляпнула с перепугу.
Абель мельком взглянул в зеркало, стоявшее в углу кабинета. То, что он там увидел, его полностью удовлетворило.
Как паук, сплётший паутину и поджидающий добычу, Абель расставил ловушку и стал неторопливо ждать Со А.
