Честно говоря, Да Ин ни разу в жизни не ела ттокпокки, которые готовят прямо на столе.
Конечно, как и все, она когда-то интересовалась ими. Ей было любопытно, каково на вкус блюдо, где в неглубокую алюминиевую кастрюлю сваливают кучу ингредиентов и варят в остром соусе, пока оно не закипит.
Но у нее не было настолько близких друзей, с которыми можно было бы пойти поесть такие ттокпокки. В силу характера она не заводила друзей, но и сверстники странным образом ей не подходили.
Девочки были слишком чувствительны, а мальчики — инфантильны. Ей нравилось быть одной.
Наверное, в памяти одноклассников девочка по имени Ли Да Ин осталась молчаливым и скучным ребенком.
Это, конечно, если они вообще её помнят. В детстве Ли Да Ин не хотела быть особенной ни для кого.
— Он правда приедет?
Она и подумать не могла, что после тридцати пойдет пробовать то, чего не ела даже в школьные годы. Да еще и в компании агента НИС Пак Мин Су.
Пак Мин Су, помешивая закипевшие ттокпокки, поднял руку и заказал напитки.
— Приедет. Но откуда вы узнали?
— О чем?
— О том, что он не проспит 8 часов. Хотя проснуться через 5 часов — это уже подрывает доверие к современной медицине.
— Слишком сильно доверять чему-либо — до добра не доведет.
Да Ин вспомнила Квон Хи Джэ, который не доверял снотворному. Иногда он принимал двойную, а то и тройную дозу, но редко засыпал глубоко.
Поэтому она просто просчитала варианты. Можно сказать, это результат того, что она поверила словам врача лишь на 50 процентов.
«Счастье... или нет».
Испытывая смешанные чувства, она без причины огляделась по сторонам.
В заведении, сохранившем налет старины, было довольно тихо. Она слышала, что поблизости есть университет, может, это из-за каникул? Чем меньше людей, тем ей спокойнее, но сидеть вот так вдвоем напротив Пак Мин Су было некомфортно.
И с чего бы это у нее чувство вины, словно она что-то натворила.
— Если они приедут вдвоем, наверное, нужно будет заказать еще еды.
На бормотание Да Ин Пак Мин Су выловил готовую лапшу и положил ей в тарелку. Два вида лапши, покрытые красным соусом, выглядели аппетитно упругими.
— Не нужно. Генеральный директор Квон не ест стрит-фуд.
— Почему?
— Вы же знаете. Он до жути печется о своем теле, ненавидит полуфабрикаты, и даже если ест один раз в день, требует, чтобы всё было накрыто как следует. Разве на Гавайях было не так?
— А... ну, вроде так и было.
Она думала, он так тщательно следит за питанием Ён У, но оказалось, это касалось и его собственной еды.
Как бы то ни было, это неплохая привычка. Тому, кто с ним живет, будет немного утомительно, но разве это не та самая модная нынче диета для долголетия? Такое поведение было вполне в духе Квон Хи Джэ.
С трудом сдерживая смешок, она положила в рот еду, которую наложил ей Пак Мин Су.
Острый вкус, который она попробовала впервые за долгое время, обжег язык. Когда она невольно втянула воздух, Пак Мин Су протянул ей напиток со вкусом йогурта.
— Сказали бы, что не переносите острое.
Пак Мин Су прищелкнул языком. Да Ин с покрасневшим лицом залпом выпила бутылочку напитка. Может, это из-за долгой жизни за границей? К острой пище она так и не привыкла. И всё же, с энтузиазмом набравшись смелости, она снова потянулась за едой, когда Пак Мин Су подался вперед и тихо спросил:
— Может, теперь вы посвятите меня в детали дела? Чего опасается генеральный директор Квон, почему он лично нанял «Валентайн» для охраны Ён У. И от кого именно он хочет его защитить. Чтобы помочь, я должен знать.
— А у тебя есть намерение помогать? Что-то не похоже, что ты умеешь держать язык за зубами.
— Я тоже довольно долго работал под прикрытием. Не недооценивайте меня.
— Я не недооцениваю. Просто не люблю госслужащих. Вы же страшные люди. Обладаете административной властью.
— Неожиданно. Знаю, что это грубо, но я навел справки. Вы ведь тоже были в полиции.
«Я так и знала». Да Ин метнула на Пак Мин Су острый взгляд, затем вздохнула и кивнула.
Она всё равно недолго прослужила в полиции, да и уволилась не потому, что не смогла справиться с травмой после какого-то дела.
Сугубо личные обстоятельства.
Просто сбежала от сугубо личной обиды. Не из-за кого-то другого, а сама решила поберечь себя.
— Сон Хён Хи использовала связи Пэк Чу Па и приставила людей на Гавайях.
Да Ин коротко, но выделив самое важное, рассказала всё Пак Мин Су. Начиная с того, как она лично всадила пулю в ногу Ким Чжу Гёма, и заканчивая тем, как они нагло устроили вечеринку по случаю дня рождения и пригласили Ён У.
Выражение лица Пак Мин Су менялось ежесекундно, а иногда он качал головой, словно пытаясь выбросить что-то из мыслей.
В итоге хозяйка заведения, заметив, что ттокпокки почти пригорели, с добродушным ворчанием подлила воды. Она сказала, что лапша уже разбухла, так что нужно есть быстрее, и сама доготовила оставшуюся еду.
Да Ин с лучезарной улыбкой поблагодарила женщину. Почему-то это ощущалось странно. Она чувствовала себя иностранкой, впервые приехавшей в Корею, и это было странное чувство.
Пак Мин Су, проведя руками по лицу, кивнул, словно приняв какое-то решение.
— Назвать этих ублюдков мусором — это сделать им комплимент. Я буду хранить секрет. И до моего увольнения можете не беспокоиться о прокуроре Чхве Со Хуне, предоставьте его мне.
— А, кстати, Чжу Сын Он на Окинаве...
В тот момент, когда она собиралась продолжить, со стороны входа повеяло мощной аурой. Оба, держа вилки во рту, повернули головы.
Так вот что значит звездная аура. Квон Хи Джэ не был знаменитостью, но обладал талантом притягивать к себе взгляды людей.
Квон Хи Джэ, открыв дверь и зайдя внутрь, снял солнцезащитные очки и направился прямиком к ней. По одному лишь его недовольно прищуренному взгляду всё было понятно.
Да Ин неловко откашлялась и натянуто улыбнулась.
— Вы проснулись сразу, как только я ушла? Надо было подождать еще немного.
Пак Мин Су усердно поддакивал её шутливому тону.
— Присаживайтесь.
— Я смотрю, вам двоим было весело?
Квон Хи Джэ сел рядом с Да Ин, вытянув свои длинные ноги в проход и скрестив их. Дэн сделал то же самое. Внезапно оттесненные в угол Да Ин и Пак Мин Су потягивали напитки, поглядывая на этих двоих.
— Добавьте еще две порции, пожалуйста.
Квон Хи Джэ поднял руку и сделал заказ хозяйке. Удивленный Пак Мин Су спросил:
— Будете есть?
— Да. Я собираюсь делать всё то же самое, что и ты с Ли У Хи.
Закинув руку на спинку стула Да Ин, он посмотрел ей в глаза, словно ожидая объяснений. От него исходил аромат, похожий на апельсиновый цитрус. Это был запах её любимого парфюма для одежды.
Да Ин, не отводя взгляда, цокнула языком. Наглость — второе счастье.
— Дяденька, как по-детски. Мы просто ели ттокпокки. Разве нельзя немного посмеяться и поболтать за едой?
— Меня там не было.
— Ха, ну и нелепость. Вы где-то болеете? Выглядите неважно... голова болит?
Она естественно сменила тему и приложила руку к его лбу. Он потерся лбом о её руку и выдохнул.
— Я выпил не то лекарство. Господин Снейр сказал, что это врач заставил меня принудительно отдохнуть.
— Хм, вам действительно не помешал бы отдых. И как вы себя чувствуете?
— Паршиво. Я же ясно сказал перед тем, как уснуть.
Конечно, сказал. Сказал никуда не уходить. И если ты куда-нибудь сбежишь, то увидишь настоящего психа. Под действием снотворного люди иногда испытывают блэкауты.
Она думала, что это один из таких симптомов... правда.
Вскоре принесли дополнительную порцию еды. На этот раз они смогли сосредоточиться исключительно на вкусе и насытиться.
И к тому же, вместе с Квон Хи Джэ она снова испытала что-то впервые.
***
— Вы двое добирайтесь сами.
Выйдя из заведения, Квон Хи Джэ отшил Пак Мин Су и Дэна и естественно взял Да Ин за руку.
Пак Мин Су, побледнев, вздохнул и низко опустил голову. Он знал, что этим кончится, с того самого момента, как Квон Хи Джэ сказал, что сам поведет машину.
— Куда вы вдвоем собрались?
— На свидание. Не вздумайте ехать за нами. Иначе вам не поздоровится.
— Это наша работа. Придется потерпеть, если не поздоровится. Разве не так?
Пак Мин Су бросил на Дэна взгляд, молящий о помощи и согласии. Но Дэн, казалось, был заинтересован только в машине, ключи от которой ему всучил Квон Хи Джэ, и, наоборот, спешил поскорее уехать.
Увидев Дэна таким впервые, Да Ин почувствовала, как тяжесть на душе немного отступила. Еще утром обстановка была такой гнетущей, что она переживала, но сейчас всё казалось в порядке.
— Не волнуйтесь, я за дяденькой присмотрю.
— Так и будешь звать меня дяденькой?
— Сегодня вы немного похожи на дяденьку.
Нахмурив красивые брови, он отвернулся, оставив тех двоих. Всё так же крепко сжимая руку Да Ин, он широким шагом направился к припаркованной машине.
Может, купим кофе? Или просто напиток. Жарко, так что возьмем что-нибудь холодное? Они шли, ведя такой обычный разговор.
Лишь когда солнце немного опустилось, на улицах появились люди. Видимо, днем солнце пекло так сильно, что никто не хотел выходить.
Только после того, как он сел в припаркованный SUV и завел двигатель, Да Ин задала интересовавший её вопрос.
— И куда мы едем на свидание?
— В Янпхён.
— ...Что?
— Хочу показать тебе одно место. Это не займет много времени.
«О, только не это».
Да Ин, скрывая тревогу, пристегнула ремень безопасности. Подождав немного, пока кондиционер не охладит воздух, он наклонился в её сторону. Проведя рукой по её побледневшему лицу, он спросил:
— Чего ты так напряглась? Тебе не нравится Янпхён?
— Нет. Просто, кажется, меня сейчас укачает.
— Поспи немного. А я слишком долго спал, так что теперь бодр как никогда.
— И что же вы хотите мне показать?
— Не знаю. Приедем — и, наверное, вспомню, почему хотел это показать.
Тревога и толика предвкушения. Эта странная смесь чувств заставила её сердце гулко биться.
Что же делать? Слишком остро реагировать будет подозрительно, а если просто согласиться, то в памяти всплывают люди, которые всё еще не оставили своих надежд на то место.
Пока она колебалась, не в силах принять решение, он стянул с неё глубоко надвинутую кепку и запустил пальцы в её волосы.
Он убрал с её лица пропитанные потом пряди и только собирался что-то сказать, как зазвонил его телефон. Увидев имя на экране, лицо Квон Хи Джэ смягчилось.
— [Папа!]
— Да, Ён У.
Он произнес имя Ён У таким медовым голосом, что, казалось, с него вот-вот закапает сладость. Она широко распахнула глаза и невольно придвинулась ближе.
Тогда он, поднеся динамик к её уху так близко, что их губы почти соприкасались, сказал:
— Тетя У Хи тоже здесь.
— [Она не тетя! Я же говорил, она мама У Хи, папа!]
Звонкий голос ребенка болезненно кольнул её под ложечкой.
— [Приезжайте скорее, Ён У скучно. Черныш, ну-ка скажи маме и папе «мяу».]
От этого сладкого детского лепета у неё почему-то защипало в глазах.
«Опять играешь не по правилам. Вот же мужчина».
