Гу Сиси нежно погладила свой живот и, не отвечая на вопрос Му Жоны, мягко улыбнулась:

— Жона, на самом деле ты, наверное, заметила. Я всегда держусь от всего здесь немного отстранённо. Именно для того, чтобы, когда придёт время уходить, не испытывать мучительного сожаления.

— Да, я заметила, — сказала Му Жона, пристально глядя на Гу Сиси. — Думаю, Инь Сычэнь… тоже это заметил?

Гу Сиси не ответила.

Заметил ли это Инь Сычэнь? Теперь это, кажется, уже неважно.

Он вернулся к Линь Сяоя. Линь Сяоя, раз за разом используя Гу Сиси, наконец добилась своего.

Ладно, хватит. Не стоит больше вникать.

Считай, что этим добрым поступком я окончательно расплатилась за почти двадцатилетнюю дружбу.

Отныне у меня с Линь Сяоя нет больше ничего общего.

Но мысль о том, что Линь Сяоя снова и снова обманывала её, мстила ей, заставила Гу Сиси вдруг почувствовать себя ужасно глупой.

Если бы Му Жона не рассказала, она, вероятно, так и продолжала бы глупо верить…

Впрочем, теперь всё равно…

Если уж решено уйти из семьи Инь, уйти от Инь Сычэня, то она обязательно уедет далеко-далеко и заберёт с собой маму.

Сейчас мама уже окончательно порвала с семьёй Гу, и можно без помех увезти её прочь.

Дом, купленный Инь Сычэнем для мамы, видимо, останется лишь горьким сожалением…

Подумав об этом, Гу Сиси сказала:

— Жона, я хочу попросить тебя об одном одолжении.

— Хорошо, говори, — с готовностью ответила Му Жона. — Всё, что в моих силах, я сделаю.

Гу Сиси показала свой телефон:

— Я переведу тебе все свои деньги. Мне запрещено выходить, я не могу сделать это сама. Ты найди способ положить их на счёт мамы. Это мои сбережения для неё на старость.

Му Жона нахмурилась:

— Эти деньги лучше оставь себе. До рождения ребёнка ещё полгода!

— Ничего. Семья Инь не поскупится на мои расходы, мне деньги вообще не нужны, — Гу Сиси выдавила улыбку. — Раз уж решила уйти, нужно подготовиться заранее. Характер Инь Сычэня непредсказуем, я боюсь, что он потом выместит злость на тебе. Так что лучше сделать всё загодя, хуже не будет.

— Ладно, — согласилась Му Жона.

Взглянув на сумму на счету Гу Сиси, она, впрочем, совершенно её не впечатлила.

Но раз Гу Сиси так серьёзно просит, как подруга, она просто обязана помочь.

Гу Сиси быстро перевела все деньги со своей карты на счёт Му Жоны.

Му Жона тоже не мешкала: сразу позвонила подчинённому, и вскоре пришло подтверждение.

Деньги, которые Гу Сиси перевела Му Жоне, уже были зачислены на счёт, оформленный на Цзянь Сяо.

В то самое мгновение, когда произошло движение средств на счету Гу Сиси, лицо Инь Сычэня, непринуждённо беседовавшего с молодыми людьми из влиятельных семей, резко изменилось!

Они все недоумённо переглянулись.

Инь Сычэнь поставил на счёт Гу Сиси специальное оповещение. При любом движении его телефон мгновенно получал уведомление.

Гу Сиси обычно вообще не пользовалась деньгами, к тому же сейчас она под домашним арестом. И вдруг — сняла все средства со своего счёта!

Воздух вокруг Инь Сычэня вмиг похолодел на несколько градусов.

Сяо-А всё это время стоял рядом и, хоть и не знал, что именно вызвало такую перемену в лице Президента, догадывался, что это, скорее всего, связано с молодой госпожой.

Вот уже целая неделя.

Президент и молодая госпожа до сих пор не помирились.

Такой долгий срок уже превышал все прежние циклы их ссор и примирений.

Неужели на этот раз всё серьёзно?

Сяо-А, немного подумав, незаметно вышел и позвонил в особняк, узнать, что там случилось.

Когда ему доложили, что Му Жона навестила Гу Сиси и вскоре уехала, он интуитивно почувствовал, что дело в ней.

Не медля, Сяо-А вернулся и склонился к уху Инь Сычэня, шёпотом доложив об этом.

В этот самый момент Линь Сяоя подошла с изысканным послеобеденным чаем и с очаровательной улыбкой произнесла:

— Прошу прощения, что заставила вас ждать. Сычэнь…

Но Линь Сяоя не успела договорить: лицо Инь Сычэня уже застыло ледяной маской. Не бросив ни слова объяснений, он резко встал и ушёл!

Сяо-А, как ассистент, тут же объяснил молодым людям:

— Прошу извинить, у Президента срочное дело. Он принесёт вам свои извинения в другой раз.

Они переглянулись в растерянности. Разговор как раз подошёл к ключевому моменту, как же Инь Сычэнь мог просто так взять и уйти?

Впрочем, они знали его характер. Рассчитывать на извинения бесполезно. Оставалось лишь надеяться, что при следующей встрече они смогут выболтать для своих семей максимальную выгоду!

Увидев, что Инь Сычэнь уходит, Линь Сяоя бросилась следом:

— Сычэнь…

— Прочь! — Инь Сычэнь даже не взглянул на неё, процедив ледяное слово.

Линь Сяоя с таким трудом снова оказалась рядом с Инь Сычэнем и, конечно, не желала упускать шанс. Видя его ярость, она сразу сообразила, что дело в Гу Сиси, и быстро сказала:

— Сычэнь, я так давно не видела Сиси, я вдруг очень соскучилась по ней…

Инь Сычэнь внезапно остановился. Медленно обернувшись, он обвёл Линь Сяоя ледяным взглядом.

Такого страшного взгляда она ещё ни разу не видела, и к концу фразы её голос уже дрожал.

Инь Сычэнь холодно скользнул по ней взглядом раз, другой, и, словно о чём-то подумав, ледяным тоном бросил два слова:

— Иди за мной.

Сказав это, он вихрем понёсся прочь.

У Линь Сяоя по спине пробежал холодный пот. Она уже думала, что Инь Сычэнь окончательно вынес ей смертный приговор, но совершенно не ожидала такого поворота. Он велел ей следовать за ним!

Только когда Инь Сычэнь и Сяо-А почти скрылись из виду, Линь Сяоя опомнилась и мелкой рысцой побежала догонять.

Гу Сиси только что проводила Му Жону и не успела ещё вернуться в комнату, как увидела «Хаммер», с невероятной наглостью затормозивший прямо перед ней.

Увидев, кто в машине, она замерла.

Инь Сычэнь вернулся?

Но тут же она заметила Линь Сяоя, которая выходила из машины, держась под руку с Инь Сычэнем…

Острая боль снова кольнула сердце, и Гу Сиси, не в силах смотреть, поспешно отвела взгляд.

— Молодая госпожа… — Сяо-А шагнул вперёд и с некоторым затруднением произнёс. — Президент сказал, что вы с госпожой Диной всегда были хорошими подругами, и, узнав, что вам одной дома скучно, специально привёз госпожу Дину составить вам компанию…

Поселить Линь Сяоя здесь?

Гу Сиси резко вскинула голову и посмотрела на Инь Сычэня.

Она никак не ожидала, что Инь Сычэнь действительно позволит Линь Сяоя жить в этом доме!

Он же прекрасно знает всё, что между ними было, и всё равно позволяет ей поселиться… Я поняла. Инь Сычэнь, ты таким образом даёшь мне понять, что она — будущая хозяйка этого дома, верно?

Я поняла.

В глазах Гу Сиси отразилось крайнее смятение.

Увидев это, Инь Сычэнь вдруг почувствовал резкую боль в сердце.

Но, вспомнив фотографии, которые показала ему Линь Сяоя, он снова воспылал гневом!

Так значит, Гу Сиси с самого начала вступала в этот брак с таким умыслом: родить ребёнка и сбежать с Чжао Цзэганом?

Ха-ха, да, как он мог забыть, что в день их свадьбы Гу Сиси ведь и правда чуть не сбежала с Чжао Цзэганом!

Разница лишь в том, сбежать прямо со свадьбы или сбежать после рождения ребёнка.

Наверное, она узнала, что компания Чжао Цзэгана разорена им и ему сейчас нужны деньги. Поэтому она и сняла все свои средства, чтобы помочь Чжао Цзэгану?

Ха-ха-ха, Гу Сиси, из чего же сделано твоё сердце?

Я, Инь Сычэнь, никогда ещё так терпеливо не относился ни к одной женщине!

Я столько сделал — и всё равно не могу согреть твоё сердце? Ты всё равно хочешь сбежать с Чжао Цзэганом?

Гу Сиси! Ты жестока!

Подумав об этом, Инь Сычэнь силой подавил боль в сердце и ледяным тоном произнёс:

— В доме всё равно много комнат. Супруга, ты ведь не будешь возражать, правда?

В этот момент Линь Сяоя едва не обезумела от торжества!

Она ждала этого дня слишком, слишком долго!

Наконец-то она дождалась момента, когда сможет войти в этот дом!

Всё, что принадлежало Гу Сиси, действительно скоро полностью достанется ей!

Ха-ха-ха-ха-ха!

Гу Сиси, уж прости! Я принимаю всё, что у тебя есть!

Сказав это, Инь Сычэнь больше не смотрел на Гу Сиси и в сопровождении Сяо-А направился прямо в дом.

У Гу Сиси будто взорвалось в голове. В сознании пульсировала лишь одна фраза, повторяясь без конца: «Почему? Почему он так поступает?»

Линь Сяоя подошла ближе, передала свой чемодан тётушке Чжан и, остановившись перед Гу Сиси, свысока произнесла:

— Сиси, мне ужасно неловко. Я не нарочно, пожалуйста, не сердись на меня, хорошо?

Линь Сяоя потянулась было похлопать Гу Сиси по плечу, но та резко отбила её руку.

Увидев сопротивление Гу Сиси, Линь Сяоя испытала настоящее блаженство!

— Вот ведь как, Сычэнь говорит, вечно жить в отелях неприлично, непременно хочет, чтобы я поселилась здесь. Это так хлопотно, право! — Линь Сяоя нарочно красовалась перед Гу Сиси. — Да, мы ведь бывшие, а когда миримся, чувства становятся даже крепче прежнего. Я и не знала, что Сычэнь может быть таким нежным и заботливым… О-хо-хо-хо… Прости, не хотела тебя задеть. Ты ведь всё равно рано или поздно уйдёшь! Так что считай, я заселяюсь сюда как будущая хозяйка.

Сердце Гу Сиси всё падало и падало… падало в беспросветную бездну.

В это мгновение она вдруг поняла: когда сердце летит в пропасть, тело действительно сковывает ледяной холод.

Тётушка Чжан, не в силах больше смотреть на это, шагнула вперёд и сказала:

— Молодая госпожа, вы долго простояли, не хотите ли присесть и отдохнуть? Старшая госпожа всё ещё очень печётся о вас.