Во время каникул я обычно занимала место в библиотеке с самого утра и сидела за учебниками, а во второй половине дня шла на подработку или занималась репетиторством.

В моей убогой квартирке-студии летом было жарко, а зимой холодно, и если постоянно включать кондиционер или котел, счета за электричество и газ выходили неподъемными, поэтому, чтобы сэкономить, приходилось уходить из дома. Другие студенты в такое время иногда уезжали к родителям, но у меня больше не было такой возможности, так что библиотека оставалась моим единственным вариантом.

Накануне вечером я почему-то много плакала, поэтому весь день глаза неприятно саднило. Нужно было просто не трогать их, но я бессознательно продолжала их тереть, так что, когда я пришла в кафе с опухшими веками, Ын А, которая пришла раньше, испуганно ахнула и насыпала полный стакан льда.

— Ты что, экзамен завалила?

— Нет, ничего такого... Наверное, просто от усталости опухли.

— От усталости так сильно опухают? Ты сейчас выглядишь точь-в-точь как я на следующий день после того, как меня бросил бывший.

Меня это немного задело, но я сделала вид, что ничего не заметила, и перевела тему:

— Сегодня посетителей немного, да?

— Ага. У всех уже почти закончились занятия. Похоже, ближайшие два месяца будем получать деньги, просто отдыхая.

Хотя некоторые и брали летние курсы, в студенческом районе во время каникул обычно было тихо. Я окинула взглядом пустой зал и рассеянно кивнула, как вдруг раздался звон колокольчика. Ын А утешающе похлопала меня по плечу.

— Онни, посиди пока в углу, приложи лед, чтобы отек спал. Клиентов мало, я сама всё сделаю.

— Нет, всё нормально. Иди делай напитки. А я буду принимать заказы.

— Ну ладно. Как скажешь.

Я прошла мимо Ын А, которая с улыбкой направилась к кассе, и встала у кофемашины. Поочередно прикладывая холодный пластиковый стакан то к одному, то к другому глазу, я ждала заказа, как вдруг услышала приглушенный вздох Ын А.

Что случилось? Я повернула голову и тут же выронила стакан из рук.

— ...

Стакан со стуком упал на пол и откатился, задев мою ногу, но Ын А даже не заметила этого, тупо уставившись на клиента перед собой. Как и я.

Он же невозмутимо протянул карту.

— Один айс-американо.

— А... да.

С запозданием взяв карту, Ын А то и дело бросала на него взгляды, пока пробивала чек, а когда он отвернулся, тут же подбежала ко мне.

— Видела?

— ...

— Вау, какой красавчик. Он знаменитость, что ли? Я его раньше не видела... Вроде не из нашего универа, да?

— Ын А, слушай... сделай, пожалуйста, кофе за меня. Мне нужно тут пол протереть.

— Хорошо. Заодно посмотрю на него еще раз.

Я присела на корточки и подняла откатившийся стакан. Пока я собирала разлетевшиеся по всему полу кубики льда из открывшегося стакана, у меня снова заныли веки. Раз уж я столкнулась с причиной этого состояния, ничего не поделаешь.

Почему?

Почему? Зачем Ча Сон Тэ пришел сюда... Я снова схватилась за раскалывающуюся голову и тяжело вздохнула.

— Ты точно в порядке?

Спросила Ын А с тревогой в голосе, готовя напиток. Я через силу кивнула, выпрямилась и, случайно встретившись взглядом с Ча Сон Тэ, сидевшим прямо напротив, пошатнулась.

— ...

Он сидел, небрежно подперев подбородок рукой, и смотрел прямо на меня.

— Ваш американо готов.

Услышав бодрый голос Ын А, он медленно поднялся. Не сводя с меня глаз, он начал сокращать расстояние между нами, отчего моё сердце и мозг, казалось, сжимались по очереди, а дыхание перехватило.

Дрожащими руками я крепко вцепилась в пластиковый стаканчик, а когда он подошел совсем близко, с трудом опустила голову, избегая его взгляда.

Забрав кофе, Ча Сон Тэ вернулся на свое место и снова уставился на меня. Почувствовав этот маниакальный, цепкий взгляд, Ын А, видимо, тоже уловила странную атмосферу и прошептала так, чтобы слышала только я:

— Ты его знаешь? Чего он так смотрит?

— ...

— Может, ты ему просто понравилась? Он, конечно, красавчик, но аура у него какая-то пугающая. Я сейчас разглядела, у него тут шрам, похожий на порез.

Я не настолько глупа, чтобы верить, будто житель Мудже случайно забрел в кафе в Сеуле, да еще и именно в то время, когда я работаю. От этого становилось только тревожнее.

Ведь всё это время его не было видно. Не было вообще ничего, до такой степени, что становилось пусто. Так почему он появился именно сейчас, сразу после того, как я проплакала всю ночь? Я думала, что всё кончено. Почему снова? Почему именно в этот момент? Почему?

Я совершенно не понимала его намерений. И о чем он думает, глядя на меня.

— ...

Больше всего на свете мне хотелось спросить его, зачем он пришел. Хотелось выгнать его.

Но я не могла действовать опрометчиво, потому что где-то на подкорке чувствовала: стоит мне сказать ему хоть слово, и меня сожрут с потрохами, не оставив и шанса на сопротивление.

Не в том смысле, что Ча Сон Тэ меня убьет. А в том, что я снова могу беспомощно потянуться к нему. Как тогда.

Оглядываясь назад, я понимаю, что всё это время думала только о чувствах Ча Сон Тэ. Я сосредоточилась лишь на том, что он меня отпустил и больше не искал, и решила, что наши отношения закончены, совершенно не прислушиваясь к себе.

Раз уж я ушла в тот момент, когда ненавидела Ча Сон Тэ больше всего, я думала, что с моей стороны всё кончено, и если он тоже поставит точку, то наши отношения будут чисто завершены.

Но это было не так.

Пустота, одиночество и обида, которые я испытывала всю ночь, не могли родиться из мертвых чувств.

Может, стоит позвонить секретарю Сон?

— Онни, у тебя руки не мерзнут?

Ын А забрала у меня из рук лед и выбросила его. Я поспешно вытерла ледяные, до боли саднящие ладони об одежду и заставила себя отвернуться от Ча Сон Тэ.

Ча Сон Тэ просидел на одном и том же месте всю мою смену. Он не двигался, словно статуя, и только сверлил меня взглядом. Эта странная выходка напугала даже Ын А, которая поначалу восхищалась его внешностью, и теперь она на полном серьезе начала переживать за меня, называя его психом.

— Ты ведь сразу домой пойдешь? Давай я тебя провожу.

— А?

— Этот мужик какой-то странный. Вдруг он увяжется за тобой до самого дома.

— ...

— Я наберу номер полиции, и пойдем. Если что, сразу вызовем копов.

— Нет. Я пойду одна.

— Чего? А если этот псих выкинет какую-нибудь глупость?

Учитывая, что он просидел так пять часов подряд, вероятность того, что он действительно пойдет за мной, была велика. Было страшно, но если это так, то впутывать в это еще и Ын А ни к чему, поэтому я снова покачала головой.

К тому же, я никак не могла увязать то, что он не давал о себе знать ни последние две недели, ни целых три года до этого, с его сегодняшним появлением, поэтому решила, что нужно еще немного понаблюдать. Я всё еще не понимала, что у него на уме.

— Тогда выходи первой через заднюю дверь. Я понаблюдаю за ним и напишу тебе, когда он уйдет из кафе.

Такую просьбу я сочла приемлемой, пообещала угостить ее обедом и быстро собрала вещи. Игнорируя взгляд Ча Сон Тэ, обжигающий мне щеку, я прошла вглубь кафе, где находился туалет, и, выходя через заднюю дверь, невольно оглянулась. Наши взгляды тут же встретились. Я вздрогнула и поспешно выскочила на улицу.

Быстрым шагом направляясь в сторону своей квартиры, я постоянно оглядывалась. В районе, откуда на каникулы уехала большая часть студентов, было тише обычного. Не было ни прохожих, ни машин, ни мотоциклов, ни даже велосипедов.

Я торопливо шла по переулку, в котором, казалось, застыло время, как вдруг телефон завибрировал. Это была Ын А.

[Что за фигня? Этот мужик всё еще здесь. Даже не шелохнулся. Просто сидит и смотрит в телефон.]

— ...

Да что ему нужно. Я нахмурилась, но продолжила путь по переулку.

Только когда я в спешке вбежала в квартиру и заперла дверь, я смогла выдохнуть и отправить Ын А сообщение, что добралась.

Но, видимо, из-за того, что я так долго находилась под его прицелом, мне всё еще казалось, что за мной наблюдают, и от этого по спине пробежал холодок. Или это была какая-то странная дрожь.

Что это? В чем дело? Почему...?

Я попыталась успокоить сбившееся дыхание и постучала себя по груди. Сердце отчетливо и гулко билось.

***

Дзынь! Звякнул колокольчик.

— Опять пришел.

— ...

Я мыла посуду и краем глаза посмотрела на вход — там как раз появлялся Ча Сон Тэ. Засунув руки в карманы брюк, он небрежной походкой направился внутрь, и Ын А, так чтобы видел только он, скривилась, показывая, как он ей надоел.

Ее реакция была вполне понятной, ведь Ча Сон Тэ проделывал это изо дня в день уже целую неделю. Он приходил именно в то время, когда я работала, занимал место и наблюдал за мной, но при этом ни разу не попытался заговорить или пойти за мной. Доказательством тому служило то, что я до сих пор жила без происшествий.

— Вы ведь знакомы, да?

Осторожно спросила Ын А, готовя кофе для Ча Сон Тэ, и я едва заметно кивнула.

— Бывший?

— Не то чтобы...

Мы любили друг друга и спали вместе, но назвать нас просто парой было бы слишком сложно, поэтому я не договорила.

Видимо, почувствовав всю запутанность наших отношений по непонятному поведению Ча Сон Тэ и по тому, как я молча его избегала, Ын А не стала расспрашивать дальше. Вместо этого она тяжело вздохнула:

— Хватит уже, просто поговори с ним.

— ...

— У него же должна быть причина так себя вести.

— Извини. Тебе некомфортно?

— Да при чем тут я. Я же вижу, как тебе тяжело.

Я лишь неловко улыбнулась.

— В последнее время ты выглядишь ужасно. Гораздо хуже, чем во время экзаменов. Наверняка из-за того, что постоянно из-за него нервничаешь.

— Это потому, что я взяла больше уроков по репетиторству.

Хотя, в конечном счете, это тоже было сделано для того, чтобы отвлечься от мыслей о Ча Сон Тэ, загрузив себя работой. Ын А, словно всё понимая, прищурилась, закрыла стакан крышкой и пошла к стойке выдачи.

Пока Ча Сон Тэ шел за кофе, я услышала, что зашел еще кто-то, и подошла к кассе. Первые пару дней я пряталась в подсобке, но, поняв, что от Ча Сон Тэ, который смотрел только на меня, всё равно не скрыться, я решила, что прятаться — это только доставлять неудобства Ын А, и сдалась. Ожидаемо, я отвела взгляд от него, садящегося прямо передо мной, и опустила глаза.

— Извините...

— А, да. Что будете заказывать?

Я наспех вытерла мокрые руки салфеткой и подняла голову. Лицо парня, загородившего собой Ча Сон Тэ, показалось мне знакомым. По его нерешительному виду и застегнутой на все пуговицы клетчатой рубашке я вспомнила, что это тот самый парень, который когда-то проявлял ко мне симпатию. Кажется, это было в тот день, когда приходил До Ха Джин.

Кстати, от До Ха Джина с тех пор не было ни слуху ни духу. Раз уж он даже звонки игнорировал, продолжать попытки связаться с ним было бы глупо, поэтому я бросила эту затею, но что, черт возьми, у них произошло с Ча Сон Тэ...

Мой пустой поток мыслей прервал взгляд Ча Сон Тэ, который я поймала поверх плеча парня. Я вздрогнула и отвела глаза, как вдруг в поле моего зрения возник телефон.

— Мы с вами как-то раз разговаривали, помните?

— ...

— Я учусь на компьютерной инженерии. На четвертом курсе... Меня зовут Ким Хан Су. Я, эм, видел вас в библиотеке. Вы и сегодня там были.

— ...

— Я бы хотел поддерживать с вами связь.

Я невольно сглотнула. Не потому, что меня смутила просьба дать номер, а из-за того, что я слишком остро ощутила, как изменился взгляд за его спиной. Я смотрела на парня-программиста, но всё мое внимание было приковано к тому, что происходило позади него.

Прикусив изнутри щеку, я медленно протянула руку. Разум твердил, что я должна отказаться, как делала всегда, но тело двигалось само по себе. Я хотела проверить. Что? Зачем? Я и сама не могла этого объяснить, но всё же.

Когда я взяла телефон, лицо парня заметно просветлело, а позади него я увидела, как Ча Сон Тэ убрал руку, которой подпирал подбородок, и откинул волосы назад. А затем он выпрямился и скрестил руки на груди, и по моему телу снова пробежала то ли дрожь, то ли мурашки.