Онлайн чтение книги Леди, которая хочет убивать Lady wants to kill
Эпизод 25. Хвост(1)

Присцилла, быстро привыкнув к обязанностям главы семьи, глубоко вздохнула, откинувшись на спинку стула.

Скорость её работы увеличивалась по мере того, как она приобретала опыт. Сбор информации и решения на поступающие отчеты по имению, бюджетные предложения и деловые отчеты, однако не было никаких признаков того, что объём работы уменьшается.

Когда она отложила перо и откинулась на спинку стула, проницательная служанка поставила на стол чашку освежающего холодного чая.

«Если устала, почему бы тебе не сделать перерыв?»

Услышав тихий голос, Присцилла повернула голову и посмотрела на женщину, сидящую за столом в её кабинете. Это была Беллона, её мать.

Она чувствовала, что Беллона действительно замечательна тем, что настойчиво искала её, давила на жалость и, наконец, обосновалась в особняке. И она не могла отрицать того факта, что мать была ей полезна.

Присцилла смогла так быстро освоиться с домашними обязанностям благодаря помощи дворецкого и Беллоны.

В данный момент она просматривала различные документы, помогая Присцилле в работе, а в оставшееся время занималась переписыванием оригинала Библии, который она скопировала в храме.

«Как продвигается работа?»

Передать копию Беатрис - одна из обязанностей Присциллы. Беллона, умело переписывающая древний текст, казавшийся Присцилле непонятной мешаниной символов, на мгновение отложила перо, чтобы размять затекшее запястье.

«Просто нужно точно скопировать текст, ничего сложного».

В древнем языке правила и грамматика совершенно отличались от современной письменности, что делало невозможным её интерпретацию и понимание во время переписывания.

Поэтому Белллона старательно старалась не вдумываться и буквально вкладывала всю свою энергию в бездумное копирование. Однако слова и предложения, которые невольно оседали в сознании, были настолько непонятными и путали её, от чего она постоянно отвлекалась.

«Поскольку оригинальная Библия намного длиннее перевода, на её копирование потребуется довольно много времени».

«А как насчёт того, чтобы нанять кого-нибудь?»

«Переосмысление Библии — задача, доверенная нам в тайне, более того, если мы привлечём к работе человека, недостаточно разбирающегося в древнем языке, мы получим множество ошибок в итоговой работе».

Служанка поставила чай на стол бывшей маркизы. Беллона, долгое время остававшаяся без прислуги, благодарно кивнула и взяла свою чашку.

Хотя разговор на этом завершился, поскольку они, естественным образом решили сделать перерыв, атмосфера не была неловкой. Служанка Присциллы внутренне улыбнулась, наслаждаясь расслабленной обстановкой.

Беллона сделала освежающий глоток прохладного чая, чтобы проветрить голову. Поскольку она сначала копировала исходный текст Святого Писания, процесс интерпретации и толкования продвигался очень медленно.

Глава, над которой она работала, мало чем отличалась от общеизвестного толкования. В ней говорилось о существовании в древности чудовищ, подобных бедствию для людей. А люди для них были не важнее насекомых, и среди этих людей появился тот, кто мог видеть будущее.

Но одно небольшое отличие всё же было. В отличие, от всем известного толкования Священного писания, которое было изложено как воля Божья, у Беллоны складывалось ощущение, что на самом деле события, изложенные в писании описывались со стороны, как если бы за ними наблюдал кто-то ещё. До этого момента ничего особенно необычного не было.

На первый взгляд, в этом не было ничего странного, в конце концов, все записи должны быть сделаны тем, кто находится рядом с Героем. Однако её беспокоили слова, надменно использованные этим третьим, сторонним наблюдателем.

Он называл Бога - богом людей и обличал их за слабость. А затем в тексте появлялся некто, кого называл Королём, и в глазах Беллоны это…

«Возможно, он – Король чудовищ. Неужели писание создано не человеком?»

Подумать только, что Библия, которую люди считают посланием Божьим, записано не человеком, а чудовищем, если не сказать больше - демоном. Если это станет известно, кто знает, чем всё обернётся для человечества.

Возможно, ей не удалось бы донести до мира новую, переосмысленную версию. Со сложными чувствами Беллона продолжила работу над последней частью писания.

«Возможно, еще несколько дней сосредоточенной работы позволят мне завершить полную транскрипцию оригинальной Библии», - Беллона поставила чашку и обвела пером отрывок, над которым она сейчас работала.

«Если я разорву свою душу на куски, даже это проклятие больше не сможет мне помешать».

Предложение несло именно такой смысл. Из-за грамматики и самой основы древнего языка, значение фразы могло меняться в зависимости от контекста, стоящих перед и после него слов, но в данном случае, смысл мог быть только таким.

На самом деле, слово «проклятие» встретилось Беллоне не первый раз, оно стало изредка появляться с середины книги и возникало в особенно трудных для понимания предложениях, а значит, сложно было объяснить о каком именно проклятии идёт речь.

Насколько было известно Беллоне, слово «проклятие» в уже переведённом варианте встречалось не настолько часто.

Оно появлялось только в описаниях, например, первого императора Империи, Аброса, и его реинкарнаций, а также других героев, проклятых злыми чудовищами и тёмными магами, но преодолевшие их. Продолжив работу, она перешла к следующему предложению.

«Мой спутник, погибший от моей руки, непременно переродится и продолжит принадлежать оковам этого мира».

По правде говоря, по мере того как Беллона интерпретировала Библию, она постепенно понимала, что это не летопись героев и первого императора, а скорее мемуары, описывающие жизнь автора.

Тук-тук. В этот момент раздался стук в дверь кабинета. Присцилла, наслаждавшаяся ароматом чая, и Беллона, мгновение назад погружённая в работу, одновременно посмотрели на дверь.

«Войдите».

В кабинет тихо вошёл дворецкий, закрыл за собой дверь и объявил.

«Прибыл гость».

«Не припоминаю, что ждала сегодня гостей».

Конечно, появляться без предупреждения среди знати было невежливо. Присцилла, которая ещё только училась своим обязанностям, едва успевала поспать, не говоря уже о личном времени, а значит, не искала ни с кем встреч.

«Отошлите гостя».

«Это герцог Маркес».

Услышав слова дворецкого, настроение Присциллы резко испортилось. Затем, вздохнув, она поднялась со своего места.

Прошло довольно много времени с тех пор, как герцог Маркес посещал их резиденцию. Точнее, с момента казни Итана. Дело уже было решено, так в чём же могла быть причина его неожиданного визита?

«Отведите его в приемную».

«Да, к слову...»

Дворецкий продолжил с непонимающим видом.

«Он попросил хозяйку дома, а также бывшую госпожу о встрече, дабы выразить свои соболезнования».

Беллона удивлённо посмотрела на дочь, но Присцилла также испытывала недоумение, не в силах пояснить происходящее.

Она никогда не видела нынешнего герцога Маркеса, даже издалека. Во время её замужества герцог был ещё совсем мал, потому они никогда не пересекались в высшем обществе.

Беллона посмотрела на Присциллу, чтобы узнать её мнение, и заметила, что выражение лица дочери ожесточилось.

Она вспомнила, что после убийства предыдущего главы семейства, Дэнстера, и ареста Итана как основного подозреваемого, герцог Маркес весьма настойчиво видел Присциллу истинной виновницей преступления.

«Если тебе так будет легче, я могу пойти одна».

Присцилла немного колебалась, но, в конце концов, решительно ответила.

«Нет. Думаю, мне стоит пойти».

Присцилла залпом допила остатки чая. Ей нужно было поговорить с герцогом и выяснить его истинные намерения.

Мать и дочь почти синхронно поправили одежду, растрёпанную от долгой работы, и направились в приёмную, где их ожидал герцог Маркес.

Войдя в гостиную, они увидели мужчину в чёрном, выглядевшим точно так же, когда Присцилла встречала его в последний раз. Сезоны сменялись, и можно было ожидать, что его строгая одежда или хотя бы длина волос изменятся, но всё осталось по-прежнему.

Он сидел, размеренно попивая чай, с расслабленным выражением лица, словно находился у себя дома. Присцилла, нашла это зрелище совершенно отвратительным, не сдержала раздражённого вздоха, и села напротив него.

Маркиза не удосужилась одарить незваного гостя даже минимальным приветствием. Беллона, долгое время жившая одна, почувствовала напряжённость ситуации и стала внимательно наблюдать за герцогом, присев рядом с Присциллой.

«Я не знаю, зачем Ваше Величество снова хочет меня видеть».

«Маркиза Ришат, разве вы не скучали по человеку, с которым так часто раньше виделись?»