Онлайн чтение книги Леди, которая хочет убивать Lady wants to kill
Эпизод 21. Беллона (3)

Голос Беллоны дрогнул, когда она выдавила из себя слова, которые сдерживала. Она боялась, что её собственная дочь, которую она так давно не видела, просто уйдет.

Женщина прекрасно понимала, что обидела и предала детей. Но всё равно очень по ним скучала,  сожалея о том, что ей пришлось уйти без них, когда маркиз Денстер отказался отпустить внуков.

Ей следовало подождать ещё немного. Следовало поискать другой способ. Она пыталась связаться с детьми, но Маркиз так и не разрешил ей навестить их, и её письма остались без ответа.

Либо Маркиз перехватывал письма, либо затаившие обиду дети, не хотели на них отвечать. Первый вариант был ожидаем, но что если дело было во втором? Ядовитый страх поселился сердце Беллоны и с годами только усиливался.

И наконец, как трус, она всё дольше откладывала визит к детям. Виноват был Денстер Ришат, но и Беллона несла часть вины.

В итоге, они с мужем не смогли защитить своих детей, а она сбежала, — этот факт буквально убивал.

Вопреки ожиданиям, что ей нечего будет бояться после побега от Денстера Ришат, страх перед содеянным начал терзать её. Этот страх перерос в отчаяние, со временем затуманив разум.

Момент, в котором Беллона держала  Присциллу за руку, уже давно не маленькой девочки, — был не тем воссоединением, которое она ждала.

Присцилла, на мгновение замерла в молчании, глядя на Мать. Этот взгляд напугал Беллону.

«У меня всё хорошо».

Но, несмотря на смысл, тон ответа был холодным и резким. Обыденность фразы, не подходящая моменту, говорила о бесчувственном ответе, свойственном, скорее, светской беседе, и у Беллоны сжалось сердце.

Женщина почувствовала как где-то, в отдалённом уголке её сознания, рушились последние остатки надежды. Поэтому она никак не могла отпустить руку дочери, в тщетном порыве исправить то, что уже давно безвозвратно сломано.

«Я… Просто хотела сказать… Прости меня, пожалуйста».

Беллона не могла называть себя матерью перед ребёнком, которого бросила. Как она могла? Присцилла глубоко вздохнула, слушая отчаянные извинения Беллоны.

«Мне очень жаль!»

Её дрожащий голос, наконец, вырвался, и горькие слёзы проложили тонкие дорожки по щекам. Присцилла нахмурилась, не пытаясь скрыть своей неловкости. Зачем Мать пытается извиняться перед ней?

Она уже давно принесла множество извинений за то, что бросила маленьких Присциллу и Итана. Зачем повторяться снова и снова? Присцилла знала. Она знала, почему Мать бросила их.

Она также знала, как Маркиз Денстер, который уже был мёртв от её руки, обращался с матерью. Присцилла могла понять Беллону. Понять, но не простить.

«Как бы я хотела обрести свободу и нормальную жизнь как Мама, не убивая никого. Я понимаю. Я всё понимаю. Но со мной всё произошло иначе».

Присцилла резко отбросила руку Беллоны, сжимавшую её руку, а в глазах сверкнул гнев при взгляде на Мать.

«Не извиняйтесь. Довольно! Вы уже просили прощения, когда ушли от меня и Итана. Что Вы хотите от меня услышать? С тех пор мы чужды друг другу и живём как незнакомцы. Что изменят ваши слова сейчас?»

Понимать, не значить простить. Присцилла понимала, почему она так поступила, но это не значило, что она могла всё забыть.

«Маркиз, который причинил мне вред, был убит моими руками. Итан, контролировавший всю мою жизнь, подвергся пыткам в подземельях храма, и на него возложили вину за убийство. А моя мать, Беллона, бросившая меня, жила одна в уединении, оторванная от всего мира. Вот и вся моя вина. Я тоже жертва!»

«Если собрались оставить своих детей, хотя бы иногда интересуйтесь, как они живут, всё ли у них хорошо? Это малодушие - скрыться в скорлупе и в страхе жалеть себя!»

Голос Присциллы становился все более истеричным. Она почувствовала, как на глаза навернулись слёзы, и не могла понять их причину - от ненависти к Беллоне или от несправедливости её судьбы.

Не задумываясь о том, чтобы вытереть слёзы, текущие по щекам, Присцилла кричала, отбросив все титулы и вежливость.

«Я знаю. Я всё прекрасно понимаю! Я полностью понимаю, почему ты нас бросила! Но не проси у меня прощения. Разве я когда-либо обижалась на тебя? Ты ушла из дома и не отправила ни одного письма! И как ты, после всего, смеешь сожалеть?»

Беллона вновь поспешно схватила дочь за руку и Присцилла опять попыталась освободиться, но на этот раз безрезультатно. Тот факт, что дочь не получила ни одного письма, означал, что Маркиз скрыл все её попытки связаться, изолировав детей от родной матери.

Глубочайшее сожаление в душе Беллоны разрасталось всё больше и больше. Горькое осознание промелькнуло молнией: «Я не должна была допустить малейшей мысли, что мои дети ненавидят меня и не хотят отвечать на письма из-за обиды». Она обязана была любой ценой встретиться с ними, умолять перед воротами усадьбы пусть её к детям. Ей следовало навестить их, пусть даже тайно. Но осознание правильного пути приходит не всегда вовремя.

«Присцилла, дорогая. Прости меня. Мне очень жаль».

«Довольно извинений!»

Беллона почувствовала гнев её ребёнка. С самого детства её милая малышка была неспокойным ребёнком и легко раздражалась. Но она была доброй и светлой девочкой, легко плакала, но также слёзы быстро сменялись на заразительный смех.

Но сейчас, спустя долгих десять лет, не осталось ни следа от той светлой малышки, которую помнила Беллона. Свет её глаз померк и лишь раздражение и печаль выражали нахмуренные брови. А такая очаровательная в детстве улыбка, казалось, больше никогда не коснётся её лица.

 «Как только ты выполнишь мою сегодняшнюю просьбу, мы больше никогда не увидимся».

«Присцилла, умоляю... Дай мне еще один шанс! Я не сбегу и не брошу тебя снова».

«Всё кончено. Уже ничего не вернуть назад. Дедушка мёртв, а Итан погибнет! Его заключили в тюрьму при храме, и скоро казнят. Что ты собираешься делать на этих руинах семьи, где ничего не осталось?»

Беллона отпустила запястье Присциллы и нежно прикоснулась к её щеке, по которой текли слезы.

«Ты не одинока! Во всем виновата я. Если бы мама боролась с твоим дедушкой до конца, если бы я не решила сбежать, ни ты, ни Итан не оказались бы в таком положении».

«Да какой смысл в этих словах? Можно ли повернуть время вспять?»

Прошлое никогда не вернётся. Ещё одна слеза скатилась по щеке Присциллы, намочив кончики пальцев Беллоны и ей ничего не оставалось, как признать правду.

Что она потеряла драгоценное время с детьми из-за собственных глупых решений и суждений. Присцилла откинула руку, которая нежно поглаживала её щеку.

«Между нами ничего не осталось. Всё кончено. Семьи больше нет, доверия не осталось, а я больше не нуждаюсь в твоём сострадании».

В гостиной послышался глубокий, судорожный вдох и было невозможно определить, кому он принадлежал.

«Так что просто…»

Присцилла впервые посмотрела Беллоне прямо в глаза.

«… твои извинения не имеют ко мне никакого отношения».

И произнесла то, что действительно хотела сказать.

«Проживи остаток жизни счастливо, Мама».

Слово «Мама» звучало невероятно неловко из её уст. Беллона безутешно заплакала, услышав эти слова, ставшие для неё приговором, и Присцилла, не колеблясь, резко развернулась, стрелой выбежав из дома.

Присцилла, вцепившись в подол платья, вскочила в экипаж и крикнула: «Поехали!» С громким лязгом карета отъехала от дома Беллоны.

Девушка рухнула на пол кареты и, не в силах более сдержать слёз, разрыдалась от чувства потери. Теперь она осталась действительно одна. Это одиночество было ещё тяжелее и холоднее, чем пол кареты, на который она упала.

***

Вернувшись к своему не совсем привычному распорядку дня, Присцилла с головой погрузилась в работу. Она почти не спала, откладывала приёмы пищи, сидя в кабинете за столом, пытаясь усвоить и понять всё, что требовалось для управления поместьем.

Когда её безжизненные глаза потемнели от усталости, дворецкий, который ей помогал, осторожно дал совет.

«Возможно, стоит сделать перерыв на несколько минут?»

«Незачем».

Дворецкий тихо вздохнул, услышав твёрдый отказ. Каждый разговор, с тех пор как Присцилла вновь встретилась с бывшей госпожой Беллоной, всегда проходил именно так. Когда дворецкий, не выдержав, попытался убедить госпожу, Присцилла отмахивалась от его попыток помочь.

Несмотря на то, что на белке её глаза был виден лопнувший кровеносный сосуд, она оставалась упрямой, пытаясь забыться в работе.

Пока Присцилла была сосредоточена над бумажной работой, кто-то постучал в дверь кабинета. Дворецкий встал вместо Присциллы и открыл дверь, за которой стоял слуга.

«Что происходит?»

Слуга молча протянул лежащее в руке письмо дворецкому и что-то тихо прошептал ему на ухо. Выражение лица дворецкого тут же стало суровым.

Присцилла, полностью поглощённая работой с документами, на секунду отвлеклась, догадываясь о причине прихода слуги. И спокойно, несмотря на паузу в ответе дворецкого, сказала, предвосхищая события.

 «Если нас посетила… Бывшая Маркиза, пожалуйста, вежливо выпроводите её».

Титул «Бывшая маркиза» был выбран Присциллой после долгих раздумий. Называть её «Мама», «Мать» или «мисс Беллона» было неприятно, поэтому она остановилась на этом титуле.

Наследница дома Ришат думала, что после получения рукописи Библии и передачи её Беатрис их отношения навсегда разорвутся, но всё пошло не так, как она надеялась.

Оригинальное Святое Писание, разумеется, насчитывало сотни страниц, и Беллона интерпретировала лишь те фрагменты, которые считала необходимыми для своих изысканий. Переписывание всего текста от начала до конца заняло бы очень много времени.

Присцилла передала Беатрис первый рукописный экземпляр, полученный от Беллоны. Она предполагала, что закрыла этот вопрос. Но, какой сюрприз, несмотря на её категоричный отказ, Беллона продолжала пытаться сблизиться с дочерью. Неужели за время добровольного изгнания она растеряла остатки гордости?

В ходе этих долгих размышлений Присцилла, озадаченная бездействием дворецкого, наконец, подняла голову. Она увидела его выражение лица, переполненное неописуемыми эмоциями.

«Дворецкий?»

«Мисс Присцилла».

Лицо дворецкого было бледным и угрюмым, и Присцилла неосознанно уставилась на письмо в его руке. Изящно украшенный сусальным золотом белый конверт был ей знаком, и принадлежал величественному Храму Империи.

«В письме говорится, что назначена дата казни».

Присцилла почувствовала глухой удар в груди, и с ним пришло ощущение пустоты в сердце. Она ожидала такой финал, и в душе была готова к худшему исходу.

Она не была ни грустной, ни растерянной, и просто ничего не почувствовала. И всё же Присцилла ощутила, как в уголке её сердца, где произошёл удар, зародилась трещина, и её охватило нарастающее чувство потерянности.