Онлайн чтение книги Леди, которая хочет убивать Lady wants to kill
Эпизод 20. Своими руками (4)

Фрэнсис, наконец заснувший к трём часам утра, проснулся менее чем через час. Он неосознанно вскочил в постели.

Странная дрожь пробежала по его телу. Он, спотыкаясь, встал с кровати и, сам того не осознавая, вышел в коридор, настороженно двигаясь вдоль стены.

В разгар лета особняк, в котором не было ни единого стрёкота насекомого, казался фальшивым, словно сошедшим с картины. Покинув крыло с его комнатой, он прошёл первый, второй и третий этаж главного здания. В особняке Маркиза было небольшое количество рыцарей и стражников, поэтому они сосредоточили свои усилия на обеспечении безопасности вне здания. Так что в это время внутри особняка было безлюдно.

Он некоторое время бродил по коридорам, пытаясь разобраться в своих тревогах, и вдруг уловил неуместный запах. Он был знакомым, но настолько слабым, что Фрэнсис не смог определить его природу.

Фрэнсис пошёл по следу, и с каждым шагом запах становился всё сильнее, с внезапным осознанием он широко раскрыл глаза и побежал.

С грохотом он поспешно распахнул дверь спальни Маркиза. Кровать в комнате, залитая ярким холодным лунным светом, была совершенно чёрной. В воздухе витал запах крови.

Над кроватью открылись врата в ад - расчленённый труп старика лежал на ней. Лицо Фрэнсиса побелело.

Он не сразу понял, что за запахом крови скрывается знакомый аромат.

Паладин, едва удержавшись на ногах от ужаса, попытался заставить прийти в себя. Непреодолимая тревога, разбудившая его от сна, труп Маркиза, смутно знакомый затхлый запах в комнате. В этот момент произошло озарение, и он понял, почему внезапно проснулся в ночи.

 Фрэнсис резко развернулся на месте и побежал к Белленоузу, сейчас требовалась помощь священника. Он постучал в дверь, и уже проснувшийся служитель церкви осторожно открыл дверь. Беленоуз тоже почувствовал зловещее предзнаменование и уже был на ногах, но, не являясь служителем высокого ранга, сомневался в своих чувствах и нервно расхаживал по комнате.

«Сэр Беленоуз».

«Сэр Фрэнсис. Вы тоже испытали зловещее предзнаменование?» - спросил он, желая получить подтверждение своим опасениям.

«По всей видимости, в резиденции Маркиза применялась чёрная магия. Следы значительно потускнели, но не настолько, чтобы их невозможно было обнаружить. Поэтому мы должны действовать немедленно!»

Это была шокирующая новость и Тейлор, крепко схватившийся за свой ворот рясы, решительно последовал за рыцарем.

Фрэнсис двигался быстро, стараясь не упустить постепенно ускользающий след чёрной магии

Они внимательно обошли особняк в поисках оставшихся следов, и обнаружили две комнаты с сильнейшим следом чёрной магии. В одной из них был убит Маркиз Ришат. В другой…

«Что мне делать в такой ситуации?»

Вторая комната принадлежала младшему господину Итану. Паладин и священник на мгновение задумались. Единственными комнатами в особняке, где сохранились отчётливые следы чёрной магии, были комнаты жертвы и его внука.

Вероятно, к утру следы развеялись, и найти их не представилось бы возможным. Предчувствуя худшее, Фрэнсис колебался, прежде чем открыть комнату Итана, после того, как стал свидетелем такой ужасной сцены.

Увиденное непостижимым образом походило на то, что он увидел в доме графа Билдлендера. К счастью, стоя перед дверью комнаты Итана, он не чувствовал запаха крови.

«Сэр Беленоуз, пожалуйста, обратитесь к дворецкому и немедленно свяжитесь с храмом».

«Разумеется».

Было две возможные причины, по которым тёмная магия ощущалась в комнате Итана. Вариант первый – тёмная магия, убившая главу семьи, была также направлена против наследника.

Фрэнсис тихо открыл дверь. В спальне царила тишина. Итан, не подозревая об убийстве Маркиза, спокойно спал с безмятежным выражением лица.

Вариант второй – сам Итан применил ту самую чёрную магию, убившую главу дома Ришат. Спокойно спящий человек, недавно крепко сжимавший руку Беатрис, словно претендующий на обладание ею, выглядел более подозрительно, чем казалось на первый взгляд.

«Он действительно спит?» - рыцарь несколько секунд смотрю на его лицо, не зная, что делать.

«Кажется, он действительно спит, дыхание медленное и ровное» - Фрэнсис тихо вышел из комнаты и закрыл дверь. Спешить не требовалось, священник вызовет помощь, как только сможет связаться с храмом.

Менее чем через час после того, как Фрэнсис и Тэйлор связались с храмом, прибыли верховные жрецы и паладины. Над империей вставало раннее летнее солнце, первыми лучами нежно осветившее  окна спальни на третьем этаже.

 Ведущие расследование дел, связанных с чёрной магией, по текущему приказу, наделялись почти неограниченной властью и, по прибытии в поместье, группа служителей легко оцепила место убийства и подняла на ноги всех членов семьи Ришат, чтобы сообщить им о текущей ситуации.

Итана, всё ещё спавшего в комнате, окутанной аурой тёмной магии, наконец, разбудили. Пробуждение сопровождалось задержанием и отчаянным, но бессмысленным сопротивлением, которое было легко подавлено с помощью паладина.

В отличие от имперских рыцарей, которые по своей природе были благородны и поэтому заботились о чести знати, тамплиеры были более жестоки. Они действовали исключительно по воле Бога и относились ко всем без пристрастия, особенно, когда дело касалось темной магии.

Верховный жрец запер Итана и Пенелопу в их комнатах и запретил их слугам заходить. Всё это произошло до восхода солнца.

«Я связался с императорской семьей, поэтому герцог Маркес скоро прибудет».

Симисто, высокопоставленный священник храма, подтвердил собственные догадки о событиях кровавой ночи, выслушав показания Фрэнсиса и Тейлора, находящихся в разных помещениях. Фрэнсис рассказал ему в точности то, что он увидел и почувствовал:

«Вскоре после того, как я заснул, на рассвете я проснулся от странного ощущения. Не в силах его игнорировать, я вышел и осмотрел особняк. Меня привлёк запах крови, и, в ходе дальнейшего расследования, я обнаружил уже бездыханное тело Маркиза в его спальне. Затем, вместе со священником, мы почувствовали ауру черной магии, исходящую из комнаты младшего маркиза».

Как и предсказывал Фрэнсис, к рассвету большая часть темной магии рассеялась. Убедившись в соответствии показаний Фрэнсиса и Тейлора, Симисто начал расследование, основываясь на их показаниях.

Естественно, место убийства и комната Итана стали главными целями обыска. Когда ему сообщили, что его комнату обыщут, он, естественно, воспротивился, сославшись на слово «дерзость». Но, как упоминалось, перед священниками, расследующими использование чёрной магии, все были равны.

Несмотря на присутствие рыцарей маркизата, Итан не смог отреагировать на проявление силы паладинов. Во-первых, он ещё не был маркизом и не мог командовать рыцарями. Во-вторых, его рыцари были малочисленны и слабы.

Как и слуги, рыцари маркизата всё реже нанимались и теперь состояли в основном из пожилых рыцарей, половина из которых была на пороге старости.

Он стиснул зубы и стал ждать прибытие следователя из дворца. Священники строго следили за ним, так что принять какие либо действия было совершенно невозможно. Его беспокоило, что следователем окажется герцог Маркес, но, по крайней мере, с ним будут обращаться как с дворянином.

Если бы при обыске в его комнате не было обнаружено ничего необычного, это, безусловно, было бы правдой.

«Ваше Преосвященство, я думаю, вам стоит взглянуть».

Один из паладинов под командованием Симисто что-то шепнул ему. После того, как Симисто закончил с Итаном, он ненадолго вышел.

Итан в ярости несколько раз ударил диван, как только остался один. Бах! Он не обратил внимания на следы и царапины на деревянных обитых кожей ножках.

«И что с того?!»

Не смотря ни на что, с ним обращались как со свидетелем, а не как с подозреваемым в убийстве. Он покачал головой. Итан схватился за голову и рухнул на несчастный диван.

Да, он замышлял убить Маркиза, но причём тут чёрная магия? Это не справедливо быть запертым в одиночестве без прислуги.

Присцилла, должно быть, также закрыли в покоях. Внезапно мысли Итана обратились к сестре: «Может быть, это Присцилла?»

Он помнил её внезапное, недавнее замкнутое поведение. Она что-то скрывала, зная об этой ситуации? Но это были лишь предположения, не подкрепленные доказательствами.

Горничная Аманда, которую он подкупил, не сказала ничего стоящего. Кроме того, следующее, что пришло ему в голову, — это недавние убийства аристократов, которые вызвали бурю в столице.

Итан не мог быть уверен, что сестра не причастна к этим инцидентам. Убитые граф и виконт, оба совершали преступления по отношению к простому народу.

Маркиз не совершал никаких серьезных противоправных действий против простолюдинов, но все же обращался с ними как с насекомыми.

Примечательно, что отравленным им Маркиз, в отчаянии заявлял, что это была уловка колдуна. Так ли это, неизвестно.

Какова бы ни была правда, Итан сможет найти для себя лазейку. Он мог настаивать, утверждая, что чуть не стал жертвой, подобно Маркизу, заявляя, что из его комнаты также исходит темная магия.

Есть много способов свалить вину на Присциллу или на какого-нибудь неизвестного убийцу из знатного рода. Итан прищурился.

Надо только собраться с мыслями. Расследование только начинается, и порошок, которым он травил Маркиза, не будет обнаружен как яд, поэтому в этом отношении не стоит переживать.

Но Итан был виновен, для него расследование только начиналось, но ловушка Беатрис уже захлопнулась.

Когда он собрался с мыслями и поднялся с дивана, в комнату ворвался священник Симисто с суровым выражением лица. Позади него несколько паладинов вытащили мечи и направили их на него. Итан резко отступил назад.

«Священник, что Вы вытворяете?»

«Итан Ришат».

Симисто посмотрел на него строгим взглядом и твердо произнес:

«Я задерживаю Вас по обвинению в использовании чёрной магии и убийстве знатного человека».

«Что?»

«Это невозможно! Нельзя считать меня преступником  основываясь только на факте обнаружения в моей комнате тёмной магии! Почему такая однобокая интерпретация событий?»

«Я мог бы оказаться такой же жертвой чёрной магии!»

Симисто покачал головой.

«Я обнаружил в твоей комнате предмет, который является проводником проклятия».

«Значит, это определенно…»

Итан, который уже собирался сказать, что, возможно, это был не он, замолчал, услышав следующие слова.

«А также, оружие, которым был убит Маркиз».

«Нет, этого не может быть…»

Глаза Итана расширились от отрицания. Симисто кивнул, словно ожидая этого, и вздохнул. Несколько рыцарей оставались настороженными, их мечи по-прежнему были направлены в его сторону, в то время как другие, приблизившись к нему, схватили за руки и связали. Итан продолжал сопротивляться.

«Не может быть! Не может быть, чтобы что-то подобное было в моей комнате!»

Стоя на коленях со связанными за спиной руками, он продолжал сопротивляться, выкрикивая оправдания.

«Она пытается меня подставить! Да, Присцилла. Допросите мою сестру! Кому будет выгодно, если исчезнем и я, и Маркиз? Да, это точно она!»

Взгляды священников и рыцарей становились всё холоднее, глядя, как он подставляет свою младшую сестру, доказывая свою невиновность.

«Также планируется расследование в отношении дочери маркиза Ришата, но я не уверен, будет ли оно иметь смысл».

В ящике, спрятанном под кроватью, были обнаружены небольшой топор странной формы и окровавленные осколки. По форме лезвие подходило к ране разрубленной головы маркиза Ришата.

Поскольку орудия убийства невозможно было спрятать немедленно, Итан, вероятно, намеревался на некоторое время спрятать их, а затем уничтожить, как только шум утихнет. Если бы в особняке не было паладина или жреца, и они не обнаружили бы присутствие тёмной магии на рассвете, это стало бы идеальным преступлением.

Следы чёрной магии рассеялась бы с восходом солнца, поэтому никто не смог бы опровергнуть версию, что это дело рук убийцы, который в данный момент сеет хаос в столице.

«Если Вы действительно невиновны, Вас оправдают. Но не сейчас. Отправьте преступника в храмовую тюрьму».

«Будет сделано».

Итан Ришат кричал и вырывался, когда паладин утаскивал его прочь. В своём обычном утончённом обличье он никогда бы так себя не повёл, но священнику, не знавшему его обычного вида, казалось, что он всегда был таким.

Итана вытащили под руки, и священник покинул комнату. Остался лишь слабый запах лилий, которые кто-то принес.