Онлайн чтение книги Леди, которая хочет убивать Lady wants to kill
Эпизод 25. Хвост(3)

Беатрис получила письмо от Присциллы, отправленное через Тодда. Ни отправитель, ни получатель не были подписаны, но почерк позволял легко определить автора письма. На белом листе бумаги было написано одно сообщение.

«Канеман Маркес подозревает Вас».

Интересно, где же этот человек снова нашел мои следы? Фрэнсис и Канеман всегда были теми, кто выслеживал её. Канеман Маркес был копьем, которое всегда настигало её…

«Говорят, что комната готова, Ваше Величество».

«Хорошо, я скоро буду».

Карета, покинув Великое Герцогство, ехала довольно долго, прежде чем достигла уединённой деревни, и она была единственным населённым пунктом по дороге, ведущей к поместью Сиэтлин.

Небольшая и не самая богатая деревня испытывала трудности с размещением большого числа знатных гостей. На территорию Сиэтлин приезжало очень мало людей, хороших постоялых дворов не было, а жители деревни чувствовали себя, по меньшей мере, непривычно в присутствии гостей.

Когда процессия из нескольких дорогих карет в сопровождении рыцарей, облачённых в доспехи, въехала в деревню, множество настороженных глаз жителей деревни следили за внезапными гостями. Не замечая косых взглядов, путешественники проследовала к центру деревни, и остановились у единственной гостиницы, в которой, в итоге и обосновались.

Поскольку это была единственная деревня, где можно было переночевать перед въездом на земли Сиэтлин, в центре стояла небольшая, не пользующаяся популярностью гостиница, и в ней было свободно множество номеров, но лишь номинально: большинство комнат долгое время пустовали и успели покрыться толстым слоем пыли.

Рыцари из сопровождения быстро договорились о нужном количестве комнат, заплатили плату за проживание и начали тщательную уборку вместе с жителями деревни. Однако Лили сочла навыки уборки рыцарей неудовлетворительными, и вскоре выгнала нескольких из них из здания.

Стоя у дверей гостиницы, и неловко и почёсывая затылки, они выглядели так, словно Лили их основательно отругала.

«Сначала я подготовил комнату Принцессы».

Фрэнсис, один из немногих рыцарей, получивших одобрение Лили, выглянул из-за открытой двери.

Беатрис пристально взглянула на паладина. Фрэнсис несколько секунд смотрел ей в глаза, затем слегка покраснел кончиками ушей и, естественно, отвёл взгляд.

«Вы, должно быть, устали. Если так, стоит пройти в спальню и отдохнуть».

«Я удивлена, что Вы столь хороши в уборке».

«Бережливость — это основная добродетель всех, кто живет в храме».

В своей сути, это означало, что рыцари храма часто наводили порядок сами, вместо того чтобы нанимать прислугу. Беатрис последовала за ним к комнате, отведённой ей на втором этаже, уставившись немигающим взглядом в затылок паладина.

Если Канеман Маркес был копьём, преследующим её, то Фрэнсис Беленоуз был клинком, который её погубит.

Конечно, в его нынешнем поведении трудно было узнать рыцаря из раза в раз убивающего её. И всё же, не пора ли начать за ним внимательно следить?

Канеман Маркес в этой жизни поначалу не походил сам на себя, но теперь вновь играл свою предопределённую роль. А значит, и Фрэнсис поступит точно также.

«Мы на месте. Это ваша комната. Мне говорили, что она самая большая в гостинице».

«Наверное, было тяжело приводить её в порядок».

«Ваша горничная сделала большую часть работы. Уборка всех комнат займет некоторое время, поэтому я думаю, вам с Пенелопой на первое время стоит разделить почивальню».

«Здесь нет ни одной чистой комнаты?»

«Да, ни одной».

Фрэнсис виновато улыбнулся и кивнул в ответ. Когда он спросил старосту деревни, тот ответил, что за последний год ни один путник их не посещал.

Он объяснил, что владелец этой гостиницы умер от старости несколько лет назад. Здание решили не сносить, да и лишних рук для этого не было. В итоге, жители деревни по очереди управляли гостиницей, когда приезжали гости.

Староста намекнул, что место для ночлега не очень удобное, и в нём лучше долго не задерживаться, лишь переночевать уставшим путникам и засветло продолжить путь. С чем Фрэнсис охотно согласился.

«Вы планируете остаться здесь на несколько дней?»

«На два, если быть точной. Скорее всего, лес, где живёт племя девочки, находится неподалёку».

«Понятно».

«Я не хочу оставлять девочку одну в деревне и решила помочь ей найти родных, не думаю, что это займёт много времени».

Фрэнсис подумал, что Беатрис беспокоилась о ребёнке, но на самом деле это было не совсем так. Согласно карте, которую дал эрцгерцог, племя существ с изумрудными глазами обитало в лесах, окружающих деревню.

Анна с жаром спорила с Беатрис, считавшей, что если просто бросить девочку в деревне, она сама сможет найти дорогу домой.

«Так нельзя! Нам следует найти родных, или, по крайней мере, соплеменника и отправить девочку домой вмести с ним!»

Пенелопа также согласился с доводами Анны. Она рассудила, что малышка, скорее всего, не сможет самостоятельно найди дом, лучше всего будет найти родных или, на крайний случай, проводника.

Беатрис считала, что сделала достаточно, после спасения ребёнка из плена и, привезя его в родной город, но девушки были переполнены желанием довести спасение до конца.

Ей надоело с ними спорить, поэтому она спокойно смирилась с ситуацией, решив, что всё равно не будет предпринимать никаких шагов. Но Лили, которая заботилась о Беатрис больше, чем о ком-либо другом, вмешалась.

«А что, если мы не найдем никого из их рода? Мы же не можем оставаться здесь бесконечно?»

Анна с озарением посмотрела на Лили, будто не до конца обдумала ситуацию, и Пенелопа на мгновение задумалась. Затем, подняв палец, она предложила решение.

«Местные жители иногда приезжают к нам в поместье за продуктами, когда наступает зима. Мы не богаты, но, к счастью, ни в чём не нуждаемся, поэтому я помню, как делилась с ними припасами. Они очень вежливые и добрые люди, так что разве не лучше оставить ребёнка с ними?»

Беатрис подумала, что у попрошаек не было другого выбора, кроме как быть предельно вежливыми, раз уж они пришли просить еду, но она не стала произносить эти слова вслух.

Поскольку деревня была небольшой и редко взаимодействовала с внешним миром, не было ничего предосудительного в их действиях. За исключением Беатрис, которая равнодушно отвернулась, все трое после бурной дискуссии решили остаться в деревне на два дня.

«Я взвалила на ваши плечи хлопотное задание».

«Всё в порядке. Я даже не считаю это работой».

Естественно, поиски племени с изумрудными глазами легли на плечи рыцарей Дома Эмбер и Фрэнсиса. Было немыслимо позволить знатным дамам бродить по лесу в своих платьях.

Рыцари были потрясены, узнав, что Беатрис на самом деле похитила из замка лорда ребенка-гибрида, но, услышав страстные доводы Анны, убедились, что у неё не было другого выбора, кроме как тайно вывезти девочку.

Что было вполне объяснимо, учитывая истории о дворянах, ради развлечения коллекционирующих разных существ.

«Мы планируем отправиться на поиски после небольшого отдыха и окончания трапезы. Пожалуйста, хорошо отдохните, Ваше Высочество».

Когда Фрэнсис поклонился, Беатрис, пристально смотревшая на паладина, тихо произнесла.

«То, что ищешь, зачастую гораздо ближе, чем кажется».

Фрэнсис был озадачен её неожиданным советом, но, возможно, она просто подбадривала его. Собравшись с мыслями, паладин быстро вышел из комнаты. Беатрис повернула голову в другую сторону, когда плохо закрывавшаяся старая деревянная дверь со скрипом захлопнулась.

Какая странная земля. У этой деревни намного больше общего с замком Прасил, чем кажется на первый взгляд. Подумать только, первое, что она почувствовала, оказавшись в деревне, - это присутствие нечеловеческого существа.

Пока Беатрис предавалась пространным размышлениям, пытаясь отстраниться от раздражающих звуков уборки гостиницы, вернулась Пенелопа, осматривавшая деревню.

Дороги в селении не были вымощены, поэтому подол её длинного платья был покрыт грязью, но, похоже, её это не сильно беспокоило, она с детства жила в загородном поместье и привыкла к подобным неудобствам.

«В деревне много мест, требующих ремонта. Мне нужно будет рассказать об этом отцу, когда я вернусь домой».

«Какому феодалу принадлежит эта деревня?»

Вопрос Беатрис вызвал у Пенелопы едва заметную улыбку.

«Эта деревушка очень неудачно расположилась на границе нескольких владений, застряв «между строк отчётов», поэтому никто не хочет её развивать. Именно поэтому она всегда была бедной».

Беатрис посмотрела на собеседницу с пониманием. Поскольку здесь не выращивали полезные культуры и не добывали ценные ресурсы, деревня напоминала паразита, медленно пожирающего деньги.

Она, расположившаяся точно между двумя феодальными владениями, должна была управляться и поддерживаться совместно обоими лордами, но даже на первый взгляд было ясно, что надлежащего управления не велось.

«Похоже, отец хочет взять эту деревню под свою опеку, но одного желания мало. Отдать немного еды зимой не проблема, но наша территория слишком бедна, чтобы полноценно поддерживать поселение».

На лице Пенелопы читалась искренняя жалость. Нелегко быть настолько доброй, Беатрис чувствовала, что понимает, почему так много людей тянулось к ней в прошлых жизнях.

Быть злым не сложно, но добрым – истинный труд души. Возможно, она не богата, но её воспитали в любви, умея искренне делиться тем, что имела. Эта человеческая природа, которую Беатрис никогда не могла до конца понять.

Она могла ценить Пенелопу, но не была способна подарить ей ни малейшего чувства симпатии. Всё равно что смотреть на милого и ласкового щенка.

«Не стоит слишком переживать. Похоже, жители деревни научились выживать своими силами».

Пенелопа не могла ни подтвердить, ни опровергнуть слова «подруги», и в ответ слегка улыбнулась.

Спустя ещё несколько часов Лили и Анна закончили уборку в комнатах и вернулись покрытые пылью.

Лили, не в силах заботиться о Принцессе в таком состоянии, попросила разрешения привести себя в порядок. Она схватила Анну за волосы, - та терлась о край юбки Беатрис, словно комок пыли, и потащила её в ванную. Пенелопа, наблюдавшая за происходящим, рассмеялась.

«Похоже, вы хорошо ладите».

«Видимо, так и есть».

Лили, закончив умываться, усадила Анну на солнце у окна, чтобы та высушила волосы, затем принесла воду, сказав, что скоро займётся Беатрис.

Она намеревалась помочь Пенелопе принять ванну, но та отрицательно покачала головой, сказав, что всё в порядке. Хотя она и была дворянкой, у неё не было лишних средств, чтобы окружить себя заботой слуг, привыкнув ухаживать за собой сама.

После того как Пенелопа ушла в свою комнату, Лили умыла Беатрис и спустилась на кухню готовить ужин.