— Неделя. Если до этого времени вы не свяжетесь со мной, я сочту это за отказ.
Его голос снова зазвучал в ушах. Лицо мгновенно загорелось. Всякий раз, когда Ын Джэ смущалась или ей становилось жарко, её уши и щёки предательски краснели, так что Чха До Хун наверняка уже понял, в каком она сейчас состоянии.
И, словно подтверждая догадку, его взгляд переместился на её пылающие уши. Хотя она не произнесла ни слова, ей казалось, что он читает её как открытую книгу. Только она собралась отвернуться...
Касание.
Не успела Ын Джэ отстраниться, как большой палец мужчины коснулся её истерзанной, искусанной нижней губы. Видимо, она то и дело кусала её, пытаясь сдержаться и не потерять сознание во время приступа.
Ын Джэ вздрогнула и попыталась отшатнуться, но он, мягко удержав её за подбородок, тихо цокнул языком.
— Должно быть, больно.
— Ах... всё нормаль... но.
Её больше волновала не саднящая боль, а то, что его палец всё ещё касался её лица. Мужчина медленно провел подушечкой по припухшей, покрасневшей нижней губе, и в этот момент все нервные окончания тела Ын Джэ словно разом сфокусировались на одном ощущении. Наблюдая за её легкой дрожью, До Хун пробормотал, будто обращаясь к самому себе:
— Какое там «нормально».
— ...
— Надо бы мазь купить.
Слегка приподняв её подбородок, чтобы получше разглядеть губу, он добавил:
— А то со стороны могут понять превратно.
От его хрипловатого, почти интимного шёпота ресницы Ын Джэ нервно дрогнули. Видя её столь прозрачную и беззащитную реакцию, До Хун потемнел взглядом. Они находились настолько близко, что он мог видеть, как сужаются и расширяются её зрачки.
А вот это уже немного... опасно.
Её безупречная кожа и губы были пугающе мягкими. Он медленно прищурился, не отрывая взгляда от её пухлых губ.
— ...
Медленно убрав руку от её лица, До Хун крепко стиснул зубы и наконец завёл двигатель.
Скосив глаза, он увидел профиль Ли Ын Джэ: она сидела с отсутствующим видом и рассеянно касалась губ там, где только что скользили его пальцы. Кончики её ушей, слегка выглядывающие из-под волос, были ярко-красными.
Выглядит такой невинной, но при этом выдает столь откровенные реакции... Она понимает, что делает, или нет? Эта грань между наивностью и чувственностью казалась ему гораздо более будоражащей, чем показное неведение или, наоборот, излишняя искушенность.
Всю дорогу в машине висела неловкая, напряженная тишина. Казалось, воздух искрит и в любой момент может произойти взрыв.
В горле пересохло. Как только он вспоминал влажный взгляд, устремлённый на него снизу вверх, он едва не...
Чтобы не выдать своего состояния, До Хун до боли стиснул руль и нажал на газ чуть резче обычного.
***
Машина быстро доехала до дома Ын Джэ. Судя по всему, водитель точно выполнил инструкции: на парковке уже стоял её автомобиль.
Как только они остановились, До Хун привычным движением потянулся к пассажирскому сиденью. Ын Джэ, пораженная тем, как неожиданно близко оказалась его крупная фигура, задержала дыхание, но тут же поняла, что он просто хочет отстегнуть ремень безопасности.
Почувствовав на своей щеке её дрожащее дыхание, До Хун слегка повернул голову и посмотрел на Ын Джэ.
Щёлк.
Как только раздался звук отстёгнутого замка, сердце Ын Джэ ухнуло вниз. Она коротко выдохнула и отвернулась.
— ...Спасибо вам. Я снова у вас в долгу.
Она физически ощущала его взгляд, но почему-то не решалась встретиться с ним глазами. Когда ей показалось, что он смотрит на неё слишком долго, До Хун отпустил ремень и отстранился.
— И правда.
Его равнодушный тон, словно говоривший: Дважды в долгу, и что дальше?, заставил её наконец повернуть голову. Мужчина, небрежно опершись локтем о руль, смотрел на неё со слегка приподнятой идеальной бровью, будто приглашая сказать всё, что она хочет.
Нервно перебирая пальцами на коленях, Ын Джэ с трудом начала:
— Послушайте...
Он смотрел на неё с живым интересом, ожидая, что же она выдаст, а она, не отрывая от него взгляда, нерешительно пожевала губу и выпалила:
— Не хотите зайти... на минутку?
Услышав совершенно неожиданное предложение, До Хун слегка прищурился. А затем с его губ сорвался тихий, недоверчивый смешок.
— Вы всегда такая бесстрашная?
Ын Джэ нахмурилась, не уловив смысла его слов, и он любезно пояснил:
— В прошлый раз предложили выпить вдвоем, а теперь зовете к себе домой, где живете одна.
— А...
— Вы это специально?
Разве твои мотивы не слишком очевидны? — сквозило в его тоне. Ын Джэ в панике замахала руками:
— Не знаю, что вы там себе напридумывали, но это совсем не то! Я просто хотела предложить вам кофе...
Несмотря на её отчаянные оправдания, он продолжал смотреть на неё с абсолютно расслабленным видом. Чем больше она оправдывалась, тем больше чувствовала себя загнанной в угол. Ын Джэ растерянно забегала глазами в поисках аргументов.
— Если уж на то пошло, я живу здесь одна только благодаря вам, Чха До Хун...
На этом Ын Джэ осеклась. До Хун, подперев подбородок рукой, смотрел на неё с неподдельным интересом, словно спрашивал: И что это за новости?
— Благодаря мне?
Понимая, что исправлять ситуацию уже поздно, Ын Джэ прикусила губу, зажмурилась и со вздохом честно призналась:
— Папа разрешил мне съехать с условием, что я пойду с вами на смотрины.
Она ответила предельно прямо, даже не пытаясь ничего скрыть. До Хун, наблюдавший за ней с мыслью: Интересно, что она сейчас выдаст, не выдержал и тихо усмехнулся.
— Значит, вы использовали меня как залог, чтобы получить квартиру?
— ...
От этого тонкого сарказма Ын Джэ потеряла дар речи. Звучало это, конечно, грубовато, но суть передавало верно, и с его стороны было вполне справедливо оскорбиться.
Она уже была готова смиренно выслушать любые упреки, но, к её удивлению, мужчина, смотревший на неё с выражением лица, словно говорящим ну и ну, вдруг фыркнул.
Сначала это был просто тихий смешок неверия, но постепенно он становился всё громче. Вскоре До Хун, прикрыв лицо рукой, уже откровенно смеялся, так что его плечи слегка вздрагивали.
— ...Нет, ну а что смешного...
Ын Джэ, едва сдерживая рвущуюся наружу улыбку, надулась и спросила его. Отсмеявшись, До Хун снова посмотрел на неё с остатками веселья на лице.
— И что ещё.
— Что?
— Что ещё вы выторговали, помимо квартиры?
От этого откровенно дразнящего тона Ын Джэ недовольно пробурчала:
— Ничего... такого больше нет.
Рядом с его изогнутыми в улыбке губами появилась та самая очаровательная ямочка.
Вот, значит, как он выглядит, когда улыбается по-настоящему.
Его улыбка была такой же открытой и притягательной, как и он сам, и сердце Ын Джэ некстати забилось быстрее. Выпрямившись, До Хун снова посмотрел на неё тем самым взглядом, которым смотрят на милого котёнка, и кивнул:
— Значит, сейчас это исключительно ваша воля, госпожа Ли Ын Джэ.
— Что именно?
— Наша встреча. И то, что вы зовете меня к себе.
Его лицо, казавшееся таким расслабленным из-за улыбки, в одно мгновение вернулось к привычному, строгому выражению. То ли из-за самого вопроса, то ли из-за его тона, но прозвучало это довольно серьезно. Ын Джэ легонько откашлялась и ответила:
— Да.
Слегка кивнув, словно услышал забавный ответ, он опустил глаза и посмотрел на часы.
— За предложение спасибо, но у меня ещё есть дела.
— ...А.
Они ни о чём заранее не договаривались, но от его отказа ей почему-то стало невыносимо обидно.
До Хун молча посмотрел на неё, первым вышел из машины и открыл ей дверь. От этих отточенных манер в её голове мелькнула мысль: Наверное, он проделывал это сотни раз.
В прошлый раз он рассказывал, что из-за учебы ему было не до свиданий, но Ын Джэ ни на секунду в это не поверила. Чтобы парень с такой внешностью, карьерой и происхождением сидел без девушек? От этой мысли, хотя он ничего плохого ей не сделал, она вдруг надулась.
Глядя на стоящего перед дверью До Хуна, Ын Джэ протянула ему руку и, как капризный ребенок, попросила:
— Раз уж открыли дверь, помогите выйти.
В этом жесте крылась и доля неловкости за то, что она пару минут назад предстала перед ним такой беззащитной.
Видя, как Ын Джэ всем своим видом демонстрирует избалованность, До Хун лишь усмехнулся и без видимых усилий потянул её за руку, помогая подняться. Поскольку она встала слишком быстро, они оказались непозволительно близко друг к другу.
— ...
Его лицо было прямо перед ней. От такой неожиданности Ын Джэ в панике опустила глаза. Дыхание До Хуна, касавшееся её лба, щекотало кожу и казалось обжигающе горячим.
Она чувствовала, как тело окаменело от напряжения. Крепкая рука мужчины, державшая её, и разница в их габаритах, ставшая ещё более очевидной вблизи, заставляли забыть, как дышать.
Ын Джэ ощущала на себе его пристальный взгляд, и её сердце начинало биться всё быстрее. Оцепенев от страха, что он почувствует её участившийся пульс через ладонь, которую всё ещё сжимал, она замерла.
Тук.
Его палец игриво и легко, словно падающий лепесток, коснулся её лба. Ын Джэ широко раскрытыми глазами посмотрела на него, и Чха До Хун с озорным блеском в глазах произнес:
— Дышите.
— Ох.
Только тогда осознав, что всё это время она почти не дышала, Ын Джэ шумно выдохнула. Чха До Хун кивнул и прошептал тем же успокаивающим тоном, что и во время её приступа паники:
— Вот так.
— ...
Ын Джэ, сама того не замечая, смущенно улыбнулась, потирая лоб там, куда прикоснулся его палец. Глаза До Хуна слегка сузились.
— Идите.
До Хун отпустил её руку и легко кивнул. Он уже собирался развернуться и уйти, когда Ын Джэ поспешно окликнула его:
— Постойте!
Он повернул голову и посмотрел на неё. Немного поколебавшись, Ын Джэ сделала шаг навстречу.
— Спасибо... за сегодня.
Некоторое время глядя на неё, До Хун вежливо поклонился, как истинный джентльмен, развернулся и зашагал прочь. Его походка была такой же прямой и непреклонной, как и характер, — ни единого намека на сутулость. Ын Джэ еще долго стояла на месте, не в силах оторвать взгляд от его спины.
И в ту ночь Ын Джэ снова спала глубоким, спокойным сном без проклятого кошмара.
Это был второй раз с тех пор, как она встретила его.
