— Подожди минуту.
До Хун легко поцеловал повисшую на шее Ын Джэ в лоб, усадил её обратно на диван и взял телефон со стола.
Увидев имя звонящего, он удивлённо прищурился.
[Следователь Чхве Джу Вон]
— ...
По спине пробежал неприятный холодок, словно от сквозняка. Следователь Чхве был не из тех, кто звонит в нерабочее время без веской причины. Значит, случилось что-то срочное.
— Да, следователь.
Как только До Хун ответил, из трубки донёсся заметно взволнованный голос.
[А, прокурор. Это я.]
— Я слушаю.
[Я... я подумал, что должен вам позвонить... У вас всё в порядке?]
От этого странного вопроса До Хун замолчал. Быстро прикинув варианты, он спросил низким голосом:
— О чём вы?
На этот раз молчание повисло на другом конце провода.
— Следователь Чхве.
[А... вы, случайно, не дома?]
Голос собеседника дрожал от растерянности. Казалось, он действительно не знал, что делать. Не понимая, к чему следователь клонит, До Хун нахмурился и ответил:
— Я дома.
[Вы ещё не видели... новости?]
К тому моменту, когда прозвучал этот вопрос, До Хун уже быстрым движением схватил пульт со стола.
— Дорогой?
Ын Джэ, заразившись его тревогой, испуганно отступила на шаг.
Музыкальная передача по кабельному каналу сменилась новостным выпуском на одном из центральных каналов.
До Хун медленно опустил пульт, и его лицо мгновенно окаменело.
Сегодня днём сообщение одного из новостных агентств, посвящённое подозрениям в создании чёрной кассы и политическом лоббировании со стороны крупной корпорации, вызвало эффект разорвавшейся бомбы в деловых кругах. В статье не называлось конкретное имя, однако присутствовали явные отсылки, указывающие на корпорацию «Хваджин». Материал был удалён всего через 10 минут после публикации, и в данный момент агентство отказывается от комментариев.
В свою очередь, представители «Хваджин» уже заявили: «Опубликованная информация не имеет ничего общего с реальностью, и мы будем жестко пресекать распространение ложных слухов».
Тем не менее в социальных сетях и на онлайн-форумах продолжают множиться догадки о том, что речь идёт именно о «Хваджин». На фоне этих слухов акции корпорации упали на 4% прямо перед закрытием торгов.
[П-прокурор...]
— Следователь.
[Да!]
— Я перезвоню вам позже.
До Хун повесил трубку, не дожидаясь ответа, и повернулся к Ын Джэ. Она стояла с бледным от шока лицом, не моргая и не отрывая взгляда от экрана.
— Ли Ын Джэ.
Она не отреагировала на тихий голос мужа. До Хун со вздохом снова взял пульт и выключил телевизор. Только тогда Ын Джэ перевела взгляд на него.
— До Хун, это же...
— Очередной жёлтый вброс. Обычное дело.
— Нет, я просто не понимаю, о чём они. Это ведь... кто-то просто ошибся...
Девушка потянулась за пультом, но До Хун крепко перехватил её руку, а второй ладонью обхватил щёку, заставляя смотреть ему в глаза.
— Посмотри на меня.
— ...
— Не обращай на это внимания. Слышишь?
— ...
— Ын Джэ.
В её растерянных глазах плескался неприкрытый страх. Телефон До Хуна снова завибрировал, но он даже не обернулся, не отрывая пристального взгляда от жены.
Дрожащей рукой Ын Джэ накрыла его ладонь, лежащую на её щеке, и попыталась улыбнуться, хотя лицо оставалось напряжённым.
— Хорошо. Не буду обращать внимания.
Он молча смотрел на жену, пытаясь понять, успокоилась ли она, и тогда Ын Джэ потёрлась мягкой щекой о его ладонь.
— Я серьёзно. Просто... сильно испугалась. Мой папа никогда не попадал в подобные скандалы. Наверное, поэтому я так отреагировала. Это ведь просто слухи, да?
Её голос всё ещё дрожал, но она изо всех сил старалась казаться спокойной. До Хун кивнул и нежно погладил её щёку большим пальцем.
— Да.
Пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, которая в одно мгновение стала ледяной, Ын Джэ надула губы и сделала обиженное лицо.
— Не знаю, кто это придумал, но это очень подло. Взять и пустить такой слух... Накажи их как следует.
Вместо ответа До Хун притянул жену к себе и крепко обнял. Бешено колотящееся сердце было лучшим доказательством её страха.
— Не волнуйся. Ничего не случится.
Слушая утешения мужа и чувствуя, как он поглаживает её по хрупким плечам, Ын Джэ уткнулась лицом в его широкую грудь.
— ...Угу.
Но тревога не желала отступать.
«Хватит! Я же ясно сказал, что сам свяжусь, когда придёт время! Сказал же — жди!»
Как назло, в голове раз за разом звучал тот чужой, яростный крик отца, который она услышала впервые в жизни. Ын Джэ крепко зажмурилась, словно пытаясь вычеркнуть этот голос, как будто темнота перед глазами могла избавить её от слуховых галлюцинаций.
***
С самого раннего утра воздух в здании прокуратуры казался наэлектризованным до предела. Это напряжение чувствовалось кожей.
До Хун шагал по коридорам Отдела по расследованию коррупции, и его поступь была тяжелее обычного.
Лица сотрудников, проходящих мимо, были явно напряжены; некоторые выглядели совершенно растерянными. Кто-то говорил по телефону с застывшим лицом, кто-то казался возбуждённым, кто-то поспешно нёсся куда-то со стопкой бумаг...
Не сбавляя шага, До Хун бросил взгляд на часы. Чем ближе он подходил к кабинету главного прокурора, тем сильнее становилось чувство, будто ему перекрывают кислород. Казалось, ледяная вода мгновенно поднялась до самого горла.
Нервным движением ослабив идеально завязанный галстук, До Хун перевёл дух и постучал в дверь.
Секретарь открыл дверь, и До Хун увидел главного прокурора Чон Мин Чхоля. Тот сидел на диване с мрачным лицом и читал газету. Заметив До Хуна, он поднял взгляд. До Хун чётко и почтительно поклонился, а Чон Мин Чхоль, потерев уставшее лицо, жестом указал на место напротив.
— Садись.
Как только До Хун сел, главный прокурор толкнул по столу полусмятую газету. На первой полосе крупным шрифтом кричал заголовок о вчерашнем скандальном сливе.
— Вчера они выдали это в вечерних новостях так, словно вся страна просто обязана была узнать. Ты не мог не видеть.
До Хун молча опустил взгляд на газету, а Чон Мин Чхоль, тяжело вздохнув, продолжил:
— Вчера вечером я встречался с репортёром Каном из «Хёндэ Ильбо» и репортёром Со из «Мунхак Ильбо». Едва мы сели, как они с ходу начали расспрашивать про твоего тестя. Как думаешь, почему?
До Хун молча смотрел на него с суровым прищуром. Главный прокурор с раздражением постучал пальцем по газете.
— Когда к нам по неофициальным каналам поступали наводки на корпоративную коррупцию и там всплывало имя «Хваджин», тебе никто ничего не говорил. Все просто заминали дело, полагая, что раз на них всё равно нет никакого компромата, то и наводки — обычная пустышка.
До Хун с трудом подавил рвущийся наружу нервный смешок. Получалось, что руководство втайне от него уже вело проверки, связанные с «Хваджин». И, судя по всему, собиралось спустить всё на тормозах, сделав вид, что ничего не было.
— А теперь появился какой-то ублюдок, который целенаправленно слил информацию прессе. Репортёры уже вцепились в эту кость. Единственное, что радует — некоторые из них сначала связались со мной, чтобы прощупать почву. Хоть есть время раскинуть мозгами и придумать, как реагировать.
— ...
— Проблема в том, что это не похоже на обычный жёлтый вброс. Всё слишком конкретно: увод средств через дочерние компании, двойная бухгалтерия... Говорят, этот источник даже пообещал новые сливы.
Заметив, как при этих словах дрогнул взгляд До Хуна, Чон Мин Чхоль выдержал паузу и добавил:
— Это касается твоего тестя, да и корпорация всегда славилась безупречной репутацией и отсутствием скандалов. Последствия будут колоссальными. Если эта бомба рванёт по-настоящему, мы уже ничего не сможем сделать.
Повисла долгая тишина. Ни один мускул не дрогнул на холодном, непроницаемом лице До Хуна. Главный прокурор, прекрасно знавший, что именно с таким выражением лица Чха До Хун лихорадочно ищет выход из ситуации, смотрел на него с тяжёлым чувством.
— Если дело председателя Ли попадёт к нам, мы просто не потянем такой масштаб. Если мы неаккуратно тронем такую глыбу, последствия нас раздавят. Кто-то обязательно лишится головы. Что там за ниточки тянутся, станет ясно, только если мы начнём копать глубже, так что будь начеку.
— ...
— Я предупрежу руководителей отделов, так что если что, пока...
— Я сам во всём разберусь.
Главный прокурор, собиравшийся смягчить атмосферу и отпустить До Хуна, услышав этот неожиданный ответ, нахмурился так, словно не поверил своим ушам.
— Что?
— Я сам разберусь в том, что происходит.
— И это говорит человек, который знает законы? Ты вообще Уголовно-процессуальный кодекс читал? В такой ситуации ты должен отойти в сторону и не отсвечивать, а не лезть на рожон!
— Я не имел в виду, что собираюсь официально вести расследование.
До Хун прервался, крепко стиснул челюсти и продолжил:
— Я просто выясню, какова реальная ситуация. Сидеть сложа руки я не собираюсь.
Услышав этот безапелляционный ответ, главный прокурор смерил его острым взглядом, но До Хун тут же добавил:
— Я прекрасно знаю: когда всплывает такое крупное дело, никто не горит желанием лезть первым и подставляться. Так было всегда.
Эти слова били в самую точку. Чон Мин Чхоль хотел что-то сказать, но промолчал.
— Поэтому предварительную разведку я возьму на себя.
Главный прокурор с раздражением потёр переносицу, резко встал и отвернулся к окну.
— Нет.
— ...
— Исключений не будет, прокурор Чха. Даже если это не нарушает закон, даже не думай туда лезть. Как только появится информация, я дам тебе знать.
До Хун стиснул зубы и уже хотел возразить, но Чон Мин Чхоль жёстко его оборвал:
— Я знаю, на что ты способен, но сейчас ты не можешь сделать ровным счётом ничего. Отойди в сторону.
Это был приказ, который полностью связывал ему руки.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
