— Чего вылупился? У тебя шары для красоты? Пиздец, она к ним притронуться не решалась, больше десяти минут просто любовалась, а ты, блядь, в какую пасть это засунул?

Макарун, закинутый им в рот целиком, уже исчез. Только сейчас Чан Пхаль Ён обратил внимание на красиво накрытый стол и на Ли Хи У, которая, крепко сжимая вилочку обеими руками, уныло опустила глаза.

Вот блядство. Я ж теперь враг народа, мать вашу, враг народа.

— Прости, извини, Хи У. Я тебе целую коробку точно таких же куплю.

Чан Пхаль Ён привык жить в суровой мужской компании, поэтому такая ситуация выбила его из колеи.

— Ничего страшного, директор Чан Пхаль Ён. Давайте есть вместе. Я просто впервые такое вижу, извините.

Ли Хи У стало неловко от мысли, что из-за её ребячества Чан Пхаль Ёну влетело. Она вовсе не была жадной до еды, но ей стало стыдно. Она поспешно положила перед ним чистую вилочку, словно бросив её.

— Виноват я, хорош пялиться. У тебя взгляд такой, что убить может.

Какой бы дерьмовый у него ни был характер, но устраивать такой пиздец из-за одного макаруна — это ж реально клиника. С каких пор он вообще начал страдать подобной хуйней, да еще и в таких масштабах? От этого его нового амплуа просто крыша едет.

— Пхаль Ён, тебе заняться нечем?

— Как это нечем? Дел невпроворот. Я ж за подписью пришел, забыл совсем. Тут всё срочно, надо быстрее проверить и деньги перевести.

Чан Пхаль Ён отдал Ча Гёлю принесенные под мышкой документы и, посмотрев на Ли Хи У, которая аккуратно отковыривала кусочки торта с краю, стараясь не повредить украшения, усмехнулся.

— Хи У, а ты телевизор смотришь?

Спросил он в тот самый момент, когда она мысленно восхищалась десертом, тающим во рту. Пока Ли Хи У подбирала слова для ответа, Чан Пхаль Ён, вертя вилку в руке, продолжил:

— Дорамы любишь? Что там сейчас молодежь смотрит?

— Я никогда их не видела.

— А? Дорамы не смотришь? А что тогда? Шоу всякие? Как их там... где пары строят?

Внимание Ли Хи У на девяносто процентов было поглощено тортом, поэтому отвечала она с задержкой. Она лишь хлопала глазами, глядя на Чан Пхаль Ёна, который с жаром распинался о сериалах.

— Не смотри на него слишком долго. Подцепишь еще какую-нибудь заразу.

Внезапно бросил Ча Гёль, просматривая документы. Он протянул руку, взъерошил волосы Ли Хи У и отстранился.

— Ишь ты, как скажет, так словно в лужу пернет. Если скучно сидеть одной, смотри и жуй сладости. Время пролетит незаметно.

Чан Пхаль Ён открыл свою неизменную брендовую барсетку, достал оттуда планшет, пару раз ткнул в экран и протянул его Ли Хи У.

— Я эту штуку кому попало не даю, но для тебя, Хи У, сделаю исключение.

Взяв протянутый планшет на автомате, Ли Хи У вопросительно посмотрела на Ча Гёля.

— Хочешь посмотреть?

Ча Гёль перевел взгляд на девушку, глаза которой уже невольно загорелись любопытством, и слегка улыбнулся. То, как она просила у него разрешения, казалось ему милым и забавным.

— Можно?

— Там может быть слишком много впечатлений. Вдруг ты испугаешься, малышка?

Пиздец, слов нет. Я уже серьезно начинаю подозревать, что в него кто-то вселился. То ли призрак, то ли лиса с девяносто девятью хвостами — одно из двух.

— Вы же рядом, господин гость, так что я не испугаюсь.

Отвечающая с серьезным видом и широко распахнутыми глазами Ли Хи У была, конечно, очаровательна, но Чан Пхаль Ён, глядя на эту парочку, впадал в ступор. Он совершенно не понимал, что за хуйню они творят и что этот ублюдок Ча Гёль вообще задумал делать с девчонкой.

— Раз ты так говоришь, я не могу тебе отказать.

Ча Гёль провел языком по внутренней стороне щеки и нажал на экран. При виде появившейся картинки и звука глаза Ли Хи У округлились. Ча Гёль велел ей отодвинуться от края дивана и сесть поглубже, а затем установил планшет так, чтобы она не смотрела в экран слишком близко.

Чан Пхаль Ён, наблюдавший за ними со странным выражением лица, услышал заглавную песню своей любимой дорамы и расплылся в довольной улыбке. Он терпеть не мог усложнять вещи и в очередной раз напомнил себе, что для его же душевного здоровья лучше не лезть в дела Ча Гёля. Пусть уж лучше Ли Хи У увлечется сериалами.

И тут он внезапно вспомнил про спрятанные билеты в оперу.

Надо бы их поскорее спихнуть, но как бы так передать, чтобы Ча Гёль меня хуями не обложил? Пока Чан Пхаль Ён напрягал извилины, его взгляд упал на Ли Хи У. Хм, если она захочет пойти, он же не откажет? Довольный своей гениальной идеей, он решил дождаться подходящего момента.

Походу, она не хвостик-прилипала, а будущая дрессировщица.

Чан Пхаль Ён тихонько хихикал, на ходу придумывая девчонке новую роль.

***

Секретарь Ли задумчиво смотрел на Председателя Чхве. В этом году Председателю исполнялось шестьдесят, но в его густых черных волосах не было ни единого седого волоска, лицо оставалось удивительно гладким для его возраста, а тело — подтянутым. Секретарь Ли, который был личным помощником Председателя и управлял в том числе и его частной жизнью, проработал в компании уже двадцать лет. Когда он только устроился, Председатель Чхве занимал пост вице-президента «Соан Холдингс», дочерней компании «Соан Групп», а сам секретарь Ли был рядовым сотрудником секретариата.

Это были безумные времена. Даже сейчас, пытаясь вспомнить прошлое, он мало что мог выудить из памяти — всё казалось слишком далеким. Тогдашний глава конгломерата, Чхве Хо Ён, скоропостижно скончался, и вице-президент Чхве мгновенно взлетел в кресло Председателя всей «Соан Групп».

Несмотря на то что Председатель Чхве был единственным сыном, при жизни Чхве Хо Ён славился тем, что воспитывал своего наследника в жесточайшей строгости. Мать Председателя Чхве, Сон Ге Ён, также не терпела ни единого пятнышка на репутации сына, готовя его к управлению империей. Чтобы держать сына в тонусе, так как братьев у того не было, Чхве Хо Ён стравливал его со своими собственными братьями. И когда глава умер, эти самые дяди превратились в клинки, нацеленные в горло нового Председателя.

Дяди жаждали прибрать корпорацию к рукам, а Сон Ге Ён лишь наблюдала за ситуацией, наслаждаясь тем, как её сын становится сильнее в этой борьбе. Вдобавок она отправила жену Председателя за границу, сопровождать внука на учебе.

Настолько огромным было влияние покойного Чхве Хо Ёна и Сон Ге Ён. И это при том, что Председателю Чхве в то время было уже сорок лет.

— Качество дерьмовое.

Голос Председателя вырвал секретаря Ли из воспоминаний. На него смотрело лицо, ставшее с годами лишь жестче.

— Да. Фотографировать босса Ча крайне сложно. У него феноменальное чутье. Это непростая задача, господин Председатель.

Услышав это, Председатель, который только что недовольно хмурился из-за качества снимков, просиял. Они неспешно переговаривались, попивая любимый зеленый чай Председателя.

— Ли Хи У, говоришь?

— Да, судя по всему, босс Ча познакомился с ней во время выполнения одного заказа.

— Что за заказ?

— Ему поручили привезти одну известную шаманку.

— Шаманку?

— Я навел справки — она весьма знаменита. Особенно в политических кругах.

Председатель глубокомысленно хмыкнул и, погрузившись в раздумья, принялся вертеть в руках просмотренные фотографии.

Единственное пятно на репутации, с которым Сон Ге Ён не смогла смириться, — это был Ча Гёль.

Секретарь Ли узнал о существовании Ча Гёля года через три после своего устройства в секретариат. К тому времени Председатель Чхве уже разобрался со всеми дядя и прочно закрепился на посту главы корпорации. И именно тогда Сон Ге Ён скончалась в своем особняке от сердечного приступа.

— По этому адресу.

Они отправились по адресу, записанному на переданной Председателем бумажке, и приехали к одной из средних школ Сеула. Школа находилась недалеко от резиденции Председателя Чхве. Там секретарь Ли впервые увидел Ча Гёля.

— Это мой сын.

Услышав это, секретарь Ли не знал, как реагировать. Затаив дыхание, он просто неотрывно смотрел туда же, куда и Председатель.

Они похожи. Даже если бы Председатель не сказал, что это его сын, их кровное родство было очевидным. Если лицо Председателя Чхве отличалось грубыми, мужественными чертами, то у Ча Гёля черты были тоньше и изящнее, что делало его внешность более яркой. Он моментально приковывал к себе взгляд.

— ...Вы очень похожи.

— Правда? — довольно усмехнулся Председатель Чхве в ответ на осторожную реплику секретаря Ли.

— Я хочу забрать его, но не знаю, как всё обернется.

В то время жена и законный сын Председателя всё еще находились в Америке. Внебрачный ребенок, да еще и в семье чеболя, входящего в тройку крупнейших в Южной Корее — это грозило грандиозным скандалом. И тем не менее, о чем бы Председатель ни думал, он настоял на встрече с Ча Гёлем.

— Кто заказал привезти шаманку?

— Представитель правящей партии, депутат Им Гён Джин.

Густые брови Председателя Чхве изумленно поползли вверх.

— Внучка шаманки, говоришь?

— Да, всё верно.

Председатель Чхве снова впился острым взглядом в фотографию в своих руках. Постукивая пальцем по краю снимка, он о чем-то задумался, а затем глубоко откинулся на спинку дивана.

— Возможно, он скоро явится сюда.

Глаза секретаря Ли слегка расширились от удивления. Прочитав в его взгляде немое «да быть такого не может», Председатель рассмеялся.

— Господин Председатель, у меня до сих пор мурашки по коже, когда я вспоминаю, какой погром здесь тогда устроил босс Ча.

— Это было грандиозно.

Грандиозно... Это вообще не то, о чем стоит говорить с такой гордостью, словно он школьную олимпиаду выиграл. Глядя на довольно улыбающегося Председателя Чхве, секретарь Ли лишь покачал головой.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver