В это же время Ли Хи У, принимавшая душ в ванной, замерла, потеряв дар речи, прислонилась к стене, а затем медленно сползла по ней на пол. Ноги подкосились, и она просто не могла стоять.

Под струями льющейся теплой воды она расфокусированным взглядом блуждала где-то в пустоте. Губы всё ещё горели, а на корне языка и во рту не проходило странное ощущение чужого вторжения.

— Ты когда-нибудь делала подобное?

Лицо Ча Гёля, спросившего её об этом после того, как он сбросил входящий звонок, казалось незнакомым.

Странная аура, исходившая от него, заставляла жар скапливаться внизу живота Ли Хи У, вдыхая тепло в её прохладное тело.

— С-с кем...

— А, так ты сначала думаешь о том, с кем?

«Блядь», — абсолютно естественно добавил он. Потеряв голову, Ли Хи У даже не поняла, что сморозила, и ей оставалось лишь ошарашенно хлопать глазами. Она толком не осознавала, что произошло, в голове стоял туман. Было туманно и... хорошо.

Сердце билось с такой же скоростью, как если бы она бежала в гору до самой вершины. Казалось, этот грохот передавался даже Ча Гёлю.

— ...Мне понравилось.

Глядя на её шевелящиеся губы, Ча Гёль склонил голову набок.

— Что именно?

— Это... кажется, это было хорошо.

Услышав это, Ча Гёль так, словно у него разболелась голова, с силой помассировал виски пальцами и опустил руку.

Даже ради приличия этот поцелуй нельзя было назвать нежным ни на грамм.

Ча Гёль снова наклонился и слизнул влагу с припухшей нижней губы Ли Хи У.

Всё тело словно плавилось. Ей хотелось, чтобы этот момент длился вечно.

— ...Почему вы не продолжаете?

Её собственный сорвавшийся голос прозвучал непривычно. Ли Хи У неотрывно смотрела только на лицо Ча Гёля.

О поцелуях между мужчиной и женщиной она читала в книгах. Описания того, как люди соприкасаются губами и сплетают языки, довольно часто встречались в романах.

Но то, что испытала она, уж слишком отличалось от книжных описаний, чтобы называть это просто поцелуем.

Ни разу не видев поцелуев на экране, она, читая о них в романах, всегда недоумевала: «Неужели это и впрямь так здорово?». Она не могла себе этого представить. В книгах поцелуи описывались как нечто невероятно нежное и сладкое; в одних историях их сравнивали со вкусом шоколада, в других говорилось, что в этот момент в голове звонят колокола.

Описания разнились, но суть сводилась к одному: это было прекрасно.

Ли Хи У была с этим согласна. Хоть это и отличалось от книг, но было действительно прекрасно.

— Хочешь продолжить?

Глядя в опасно блестящие хищные глаза Ча Гёля, Ли Хи У медленно кивнула. Он нахмурился.

— Так мы доиграемся.

Его низкий баритон прозвучал как вздох, словно он говорил это самому себе. Ча Гёль перехватил её поудобнее, недовольно посмотрел на неё, а затем резко встал. Испуганная Ли Хи У обвила руками его шею.

— Сама не понимаешь, во что ввязываешься, а просишь продолжить. И глазом моргнуть не успеешь, как я тебя трахну.

В его раздраженном голосе проскальзывали едва уловимые нотки нервозности.

— ...Трахнет, ха-а.

Сидящая под струями воды Ли Хи У глубоко вздохнула и, опираясь о стену, поднялась. Во всём теле ощущалась приятная истома.

Она и во сне не могла представить, что испытает нечто подобное. Подумав о том, что теперь и она целовалась, прямо как влюбленные из книг, Ли Хи У вдруг широко распахнула глаза.

Влюбленные... Но ведь между мной и Ча Гёлем ничего такого нет.

Она не знала, что такое любовь, но, чем бы это ни было, она хотела испытать всё это именно с Ча Гёлем. Никто другой Ли Хи У был не нужен.

Быстро помывшись и выйдя из ванной, Ли Хи У склонила голову набок, почувствовав странный дискомфорт. Переодевшись и наспех расчесав мокрые волосы пальцами, она вдруг охнула, словно что-то осознав.

Тех, кого она привыкла видеть, нигде не было.

Ещё до прихода Ча Гёля они крутились вокруг неё, галдели и ныли: «Чего ты тут сопли распустила? Давай поиграем! Давай устроим примерку покупок!». Но пока она была в комнате, пока принимала душ и даже сейчас — стояла полная тишина. Ли Хи У медленно обвела взглядом комнату.

Куда они делись? Эта троица вроде бы не покидает пределы дома.

Задумавшись о трёх призраках, Ли Хи У на мгновение забыла о том, как у неё из тела вытрясли всю душу.

Спрятались, что ли? — подумала она, и в этот момент...

— О, теперь пускает.

Внезапно вся троица разом появилась в поле зрения Ли Хи У.

— Странно. Почему нас не пускало?

— Эй, ты что делала с хозяином дома?

Ли Хи У плотно сжала губы и отвернулась, избегая их взглядов.

Было же так тихо и хорошо. Могли бы и подольше не появляться. Внутренне ворча, она теребила в руках мокрое полотенце.

— Знаешь, мужики не любят, когда бабы сопли жуют, — заявила девица с хвостиками, отчего Ли Хи У вздрогнула.

— Точно, мужикам подавай неприступных.

Ли Хи У надула щеки и вполоборота повернула голову. Призрак с каре сидела прямо у её ног.

— Он тебе нравится?

Услышав вопрос красивого призрака, Ли Хи У резко отвернулась. Для мертвецов их глаза блестели слишком уж живо. Похоже, в их скучных буднях появилось развлечение, и вся троица была в восторге.

— Не знаю.

— В смысле не знаешь? Вроде симпатичная, а тупая как пробка.

— А вы думали, что человек, который видит таких призраков, как вы, может быть нормальным?

Уныло огрызнулась Ли Хи У и посмотрела на дверь. Когда я рядом с Ча Гёлем, я их не вижу, и это так здорово. Сердце, конечно, замирает — и даже очень, — но он такой красивый, что глаз не оторвать, и пахнет вкусно, и... обнимает... и его губы...

— «Таких, как вы»?! Пф! Какого хера ты нас под одну гребенку гребешь?!

— Эй, вообще-то нам обидно.

— Ох уж эта истеричка. Горбатого могила не исправит.

От их перепалки заложило уши. Голоса призраков отличались от человеческих, и эти высокие, визгливые ноты резали слух.

Тук-тук.

От стука в дверь в комнате мгновенно стихло, повисла абсолютная тишина.

— Выходи давай, малышка.

Лицо Ли Хи У просияло. Её прозрачные, чистые глаза невероятно красиво заблестели, словно впитав в себя весь свет.

***

[Та шаманка, которую вы привезли... Говорят, у неё есть внучка. Если доставите её, как в прошлый раз, плачу двадцать миллионов.]

Ча Гёль сидел за столом и смотрел на Ли Хи У, которая смаковала мороженое, растягивая удовольствие.

[Зачем?]

[Подробностей не знаю. Говорят, шаманка ищет внучку. Вроде как хочет держать её при себе.]

Обычно такие заказы передавали через Чан Пхаль Ёна, но, поскольку в прошлый раз всё сделал сам Ча Гёль, начальник Ким, видимо, решил позвонить ему напрямую.

Ли Хи У ела мороженое, исподлобья поглядывая на Ча Гёля. Аккуратная, не требующая сложной укладки стрижка невероятно ей шла. Хозяйка салона тогда чуть из штанов не выпрыгнула от восторга, кудахтая, что если осветлить ей волосы на пару тонов, она станет вылитой богиней.

— Малышка.

— Д-да?

Ча Гёль, до этого расслабленно откинувшийся на спинку стула, подался вперед и скрестил руки на груди. Его хищные глаза опасно потемнели.

Шаманка ищет, значит.

Ча Гёль лучше кого бы то ни было знал, что это невозможно. И даже если бы Хо Гви Рён действительно искала её, зная, что девчонка находится у него, она бы в жизни не стала передавать такой заказ через посредников.

— Я хочу кое-что узнать.

— Да. Спрашивайте.

Ли Хи У, прикусив ложечку, ответила с решительным видом, готовая выложить всё как на духу.

Прекрасно помня вкус этих губ, Ча Гёль чуть прищурился, постучал языком по клыку и произнес:

— У шаманки было много клиентов?

— ...У бабушки? Я никогда не видела её клиентов.

Услышав это, Ча Гёль изогнул бровь, словно спрашивая: «В смысле?». Ли Хи У, не зная, как лучше объяснить, затеребила ложку в руках.

— Ну... Клиенты всегда записывались через тетушку Чангун. И когда они должны были прийти, я...

Ли Хи У запнулась. Похоже, она раздумывала, насколько можно быть откровенной.

— ...уходила погулять рядом с домом или поднималась на вершину горы.

Ча Гёль склонил голову набок. Он никак не мог взять в толк, как это она ни разу не видела клиентов. Зачем ей было уходить?

— Твоя бабушка, судя по всему, довольно известна. Видимо, сильная шаманка.

Ли Хи У аккуратно собрала ложкой подтаявшее по краям мороженое, отправила его в рот, моргнула своими огромными глазами и кивнула.

— Она потомственная шаманка, духи передаются в нашей семье из поколения в поколение. Тетушка Чангун говорила, что ей постоянно звонят.

— Не скучаешь по бабушке?

От этого сухого вопроса Ли Хи У мгновенно погрустнела. В её больших глазах заблестели подступающие слезы.

— Скучаю.

— А если я скажу, что шаманка тебя ищет, захочешь увидеться?

Из-за того, что её черные глаза были больше, чем у обычных людей, стоило им слегка увлажниться, как казалось, что из них вот-вот хлынут слезы.

С печальным лицом Ли Хи У склонила голову, а затем с силой распахнула глаза. Двойное веко обозначилось четче, а длинные ресницы дрогнули.

— ...Бабушка? Хм, этого не может быть.

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver