Он был совершенно сумасшедшим. И без того боясь обмочиться прямо здесь, Ли Хи У изо всех сил напрягла низ живота, но господин гость лишь нахмурился.
— Малышка, тебе бы, наоборот, расслабиться, а ты сжимаешься. Блядь, так и член мне откусишь.
От толчков, проникавших, казалось, до самой матки, Ли Хи У выгнулась дугой, всё её тело напряглось до предела.
Пожалуйста, умоляю. Слова, которые она хотела произнести мысленно, невольно сорвались с её губ вместе со стоном. Ча Гёль мельком глянул на её покрасневшую от грубого секса промежность. Покраснел не только лобок, но и ягодицы.
— Держись за меня.
Он без труда подхватил её на руки и встал у края кровати. Ли Хи У, боясь упасть, обхватила его за шею руками, а ногами плотно обхватила его за талию. Он прижался губами к её щеке и прошептал:
— Пойдём пописаем.
В конце концов Ли Хи У не выдержала и тихо пробормотала: «Извращенец».
***
Когда депутат Им был уже полностью одет, дверь открылась, и вошёл помощник. Сегодня предстояли телевизионные дебаты, поэтому всё — дизайн костюма, его цвет, фасон рубашки, галстук — было продумано до мелочей. В гостиной его уже ждали визажист и парикмахер.
Депутат Им, пользовавшийся особой популярностью у женщин, умело подчеркивал и использовал эту свою черту.
— Ну, что там?
— Он всё оттягивает с ответом.
— В чём причина? Если мало денег, предложите больше.
Поправляя воротник рубашки и завязывая галстук, депутат Им метнул на помощника суровый взгляд через зеркало.
— Дело не в этом. Похоже, он просто не может её найти.
— А шаманку же он как-то нашел?
— Я и сам точно не...
Помощник растерянно замялся. Ответы брокера, начальника Кима, были всё более расплывчатыми. Даже после жесткого давления он лишь отмахивался дежурным «я понял», так что помощник уже подумывал, не прибегнуть ли к другим методам.
— Приведи её.
Дело не терпело отлагательств. Депутат Им вспомнил Хо Гви Рён, которая угасала на глазах и была уже одной ногой в могиле. Наверняка старуха мечтала о смерти больше кого-либо другого, но позволить ей умереть прямо сейчас было нельзя. По крайней мере, пока внучка не окажется в его руках и не примет в себя духа.
— Слушаюсь, господин депутат.
— А что со статьёй о депутате Соне?
— Материал выйдет завтра утром, как и планировалось.
— Вы всё сделали в строжайшей тайне?
— Разумеется.
Депутат Им поддерживал довольно тесные, дружеские отношения со своим однопартийцем, депутатом Соном, но при этом хладнокровно организовал слив компромата за его спиной. Помощник считал своего босса пугающим человеком, но в то же время испытывал к нему глубокое уважение.
Его готовность отбросить человечность ради достижения цели кардинально отличалась от поведения отца помощника, который позволял знакомым вытирать об себя ноги. Именно поэтому ему нравилось служить депутату Иму и учиться у него.
Он верил, что вместе с депутатом Имом, который в скором времени взойдет на самую вершину власти, взлетит и он сам.
— Тц, зачем вообще рожать детей, если не можешь за ними уследить.
Завтра должна была выйти статья о разгульной жизни сына депутата Сона. Сам Сон даже не подозревал, чем занимается его отпрысок. Сын тщательно скрывал свои грязные похождения, но депутату Иму посчастливилось наткнуться на них.
— Сидит там, строит из себя праведника, а сынок-то с гнильцой.
Депутат Им язвительно проходился по коллеге, как вдруг на его личный телефон поступил звонок. Увидев имя на экране, он мгновенно сменил выражение лица и ответил с широкой улыбкой:
— О, здравствуйте, господин депутат Сон!
Несмотря на то что помощник видел это не в первый раз, он, стоя в шаге позади босса, не мог скрыть восхищенного взгляда. Параллельно он делал пометки в планшете.
— Поужинаем сегодня? Знаю я тут одно отличное место...
От язвительного тона не осталось и следа — теперь его голос звучал по-дружески тепло и радушно. То, как мастерски депутат Им обхаживал влиятельных лиц из политики и бизнеса, поражало воображение. За очаровательной улыбкой он прятал свою подлую натуру.
А за спиной безжалостно вонзал нож в спину.
— Я забронирую столик.
Депутат Им подал знак помощнику. Тот уже начал бронировать ресторан, как только завязался разговор. Когда помощник показал экран с подтверждением брони, депутат Им удовлетворенно улыбнулся.
***
Девчонка, не появлявшаяся несколько дней, выглядела странно. Даже очень. То ли заболела, то ли в аварию какую попала.
— Что стряслось? Где ты пропадала?
— Мы так тебя ждали!
— Говори за себя, я не ждала.
Голоса призраков сливались в неразборчивый гул, едва достигая её ушей. Ли Хи У сидела на корточках у панорамного окна в гостиной и пустым взглядом смотрела перед собой.
— Что тебе сказал хозяин?
— Мы в тот день чуть со страху не померли, честно!
— Я же сказала, говори за себя! И вообще, как мы можем умереть, если уже мертвы?
— Я вообще-то с ней разговариваю! Вот же стерва невоспитанная.
— ...Вы когда-нибудь... делали это?
Услышав этот тихий, монотонный вопрос, все три призрака разом уставились на неё. Точнее, на её маленькую, сжавшуюся фигурку.
К чему этот вопрос ни с того ни с сего? Призраки переглянулись и с недоумением посмотрели на Ли Хи У.
— Делали что?
— У тебя уши пунцовые. Ты точно не болеешь?
— Нормально объясни, что за «это», а то мы не понимаем. Бесишь.
«Это» — то самое, о чём вслух и говорить-то стыдно.
Губы Ли Хи У приоткрылись, но тут же плотно сжались.
«Пойдём пописаем».
Когда она тихонько обозвала его извращенцем, господин гость лишь коротко рассмеялся своим бархатным голосом, словно радуясь, что она наконец-то выругалась. Он был абсолютно, бесповоротно сумасшедшим. Ванная комната, в которую он её принес, оказалась вдвое больше той, что была в её комнате. Окно у ванны открывало вид на горы, словно живая картина, но Ли Хи У было не до красот пейзажа. Она находилась в состоянии полнейшей паники. Почему она должна идти в туалет вместе с господином гостем? Почему не «Сходи пописай», а «Пойдём пописаем»? От шока она даже на мгновение забыла, что хочет в туалет.
Только когда он усадил её на унитаз, она посмотрела на него взглядом, полным смятения. А он, как ни в чем не бывало, уселся прямо перед ней, не скрывая своего влажного члена, только что побывавшего внутри неё. Её взгляд невольно опустился вниз вслед за его движениями, и она попыталась что-то сказать, но из неё в унитаз капнула густая жидкость. Ли Хи У пыталась сдержаться, но жидкость продолжала капать. Конечно, Ча Гёль не мог этого не заметить.
Он раздвинул её ослабевшие ноги и уставился на стекающую смесь из её соков и своей спермы.
«Впервые вижу такой восхитительный пейзаж».
Между её раздвинутых ног виднелась розовая, как спелая ягода, плоть. Его порочный взгляд жадно скользил по её голой, безволосой промежности.
«...Господин гость, вы не могли бы... выйти...»
«Мы с тобой только что ебались, а ты вдруг стесняться вздумала?»
От этой несусветной чуши глаза Ли Хи У растерянно забегали. Неужели все, кто занимается ТАКИМ, спокойно смотрят друг на друга и в такие моменты? Она ничего об этом не знала, поэтому не могла ничего возразить. Но всё же...
«...Мне стыдно... и я боюсь, что из-за этого ничего не выйдет...»
Она оперлась обеими руками о края сиденья и нервно поджала пальцы ног. Выросшая в горах без любви и ласки, Ли Хи У была искренне привязана к господину гостю, который держал её рядом с собой. Даже если он был сумасшедшим.
«М-м, я помогу».
«...?»
Глядя в ничего не понимающее лицо Ли Хи У, Ча Гёль протянул руку и начал ласкать её клитор. В испуге она поспешно схватила его за руку обеими ладошками.
«Тс-с, убери руки и расслабься. Малышка, я просто помогу тебе пописать».
Он говорил эти безумные вещи так буднично. Конечно, Ли Хи У не могла оценить, насколько это нормально или ненормально, в силу своей неопытности. Ей просто было странно и очень стыдно.
«У-ух! А-ах!»
«Ш-ш-ш».
Обмакнув пальцы в её соки, он принялся быстро массировать клитор. Низ живота, который она до этого напрягала, мгновенно расслабился. Её тело, только что познавшее удовольствие, быстро отреагировало на знакомую стимуляцию. Это был быстрый, стремительный оргазм.
Она кончила и начала писать одновременно. Её словно подбросило в воздух, а затем она бессильно обмякла.
«Умница».
Ча Гёль подхватил обмякшую Ли Хи У на руки, отнес в душевую кабину и бережно вымыл. Вышли они оттуда очень нескоро.
— Ха-а... В туалет.
— А? Ты про совместный поход в туалет, что ли?
— Зачем вместе ходить в туалет?
— В школе девочки всегда парами или стайками ходят. Ты что, в школе не училась?
Как же было обидно, что кроме призраков ей и спросить-то было не у кого. Ей так хотелось узнать, все ли люди так делают. Но спросить напрямую она всё равно стеснялась.
— Да так, ничего.
Её взгляд немного сфокусировался. Всё равно уже всё случилось, какой смысл теперь узнавать.
Взгляд скользнул по пейзажу за окном.
— Эй.
Призрак с каре присела на корточки рядом с Ли Хи У. В тот день, благодаря Ли Хи У, она смогла рассказать о мачехе, купила токпокки и почувствовала, как часть обиды, державшей её здесь, ушла. Конечно, она всё так же горько сожалела о своем выборе.
Если бы она не сдалась, то сейчас продавала бы токпокки вместе с мачехой и была бы счастлива.
Не надо было этого делать. Надо было любить и беречь себя чуточку больше.
Говорят, что сожалеть всегда слишком поздно, но даже став призраком, она испытывала отчаянное, разрывающее душу сожаление.
— М?
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
