Онлайн чтение книги В мире не существует плохих военных собак There Are No Bad Military Dogs
1 - 11

Особо настораживаться не стоило. Ведь это были лица, которые я хорошо знала. Юн Чон У и Ли Джи Мин.

— О, кто это!

Едва увидев меня, они расцвели в улыбках и подошли.

— Ого, Мин А Хён. Ты жива?

— Давно не виделись, а? Я уж думал, ты померла, так долго тебя не было видно.

Я усмехнулась их шуткам.

— Что за бред. Если бы я умерла, вы бы уже давно кони двинули.

— Какая наглая самоуверенность! Вообще не изменилась, совсем!

— Хватит уже про то, что я не изменилась. Целый день это слышу, надоело до смерти.

Услышав мой ответ, они расхохотались и уселись рядом. Но что-то было не так. Не видно было еще одного парня, который всегда ходил с ними.

— А почему вас только двое? Где Чон Мин Джэ?

— А.

При моем вопросе озорство на их лицах мгновенно исчезло.

— Умер.

— ...

Вот дерьмо.

Я крепко сжала кулак, изо всех сил подавляя горечь.

— Погиб или заразился?

— Умер. Своей рукой.

— Похоже на него.

Я коротко перекрестилась в память о Мин Джэ, который предпочел умереть человеком до самого конца, и осторожно спросила:

— Мин Джэ не тот парень, который легко умрет. Где это случилось?

— Даже не спрашивай… Блядь, это был полный пиздец.

Юн Чон У залпом осушил кружку пива, стоявшую передо мной.

— Эти зомби-ублюдки были какие-то странные.

— Что?..

Вспомнились бумаги про исследование мутировавших зараженных, которые мне недавно дал Шин Хэ Джун. Я навострила уши.

— А Хён. Ты же знаешь, Мин Джэ стрелял довольно неплохо, да?

— Неплохо.

— Но он не попал ни в одного.

— Что?

— Говорю, не попал. Он продолжал стрелять, а эти зомби-ублюдки все бежали на него. Ни один не упал!

— Ага. И его укусили.

Юн Чон У и Ли Джи Мин с горькими лицами тяжело вздохнули.

— Ну, может, в тот день у Мин Джэ просто не пошло, но знаешь… Все равно, он не тот парень, чтобы так нелепо уйти.

— Это точно. Характер у этого засранца был тот еще, но стрелял он отлично.

— В любом случае, впредь надо быть осторожнее. Что-то не так. Со стороны Пхохана тоже ходят всякие слухи.

Слушая их, я вспомнила один голос. И ненадолго задумалась.

«Твоего брата. Я дам тебе возможность найти его».

Было бы ложью сказать, что слова Шин Хэ Джуна не поколебали меня. На самом деле, мне хотелось вцепиться в его штанину и умолять сказать, где У Джу.

Но причина, по которой я этого не сделала, одна. Шин Хэ Джун — человек, которому нельзя доверять. Как можно верить тому, кто и глазом не моргнув, закрыл глаза на гибель десятков тысяч жителей? Тому, кто не испытывает ни капли сочувствия к их смерти, в ком нет ни грамма добра.

Поэтому даже услышав от него про лабораторию и про то, что он определил ее местоположение, я не особо поверила. Предчувствие, что если я поверю и пойду за ним, меня используют и выбросят, было слишком сильным.

Но…

«Говорят, мутировавших зараженных видели внутри страны».

Вспомнились слова Шин Хэ Джуна.

«Ты работаешь со мной для получения образца мутировавшего зараженного. Оплата за заказ — информация о твоем брате. Этого достаточно?»

Тук, тук. Я постукивала пальцем по столу, тихо вздыхая. Раз «мутировавший зараженный» — не просто пустой слух, значит, и Шин Хэ Джун вряд ли слишком блефовал передо мной. Придя к такому выводу, я резко вскочила с места.

— Мин А Хён! Куда ты? — спросил Ли Джи Мин, хватаясь за стол, который качнулся от моего рывка, и я коротко бросила ему:

— На сделку.

Шин Хэ Джун сидел на довольно неудобном деревянном стуле. Вытянув свои непомерно длинные для этого стула ноги, он покачивал носком ботинка и зевал. Позади него, заложив руки за спину, стояло несколько солдат в форме.

По правде говоря, у Шин Хэ Джуна, место которому в штабе, не было причин приезжать на базу Сеульского убежища, и большинство солдат даже не знали о его визите, поэтому они стояли по стойке смирно, стараясь даже не дышать громко. Перед ними был бригадный генерал со звездой на погонах. Человек не их уровня.

Военная культура и раньше была иерархичной, но после вспышки вируса эта жестокая культура стала еще более незыблемой.

Отдельный человек слаб. Но когда слабые люди собираются вместе, они становятся сильными. То, что сила возрастает в группе — истина, применимая к любому виду. Поэтому люди хотели сбиваться в стаи, и их выбором стала армия. Армия собрала слабых людей, дала им оружие и позволила объединиться. Воли к жизни и страха перед собственной слабостью было достаточно, чтобы собрать их вместе.

Однако, поскольку по отдельности они были бесконечно слабы, они, естественно, подчинялись тем, кто стоял над их группой. Теми, кто командовал, управлял и защищал их слабых, были те, кто стоял выше, то есть те, кто занимал высокое положение в иерархии.

По этой причине можно сказать, что правительство Южной Кореи уже поглощено военной организацией: все кадры сменились на военных. Депутаты тихо исчезли, президент не выходил из своей резиденции. Человеком, который появлялся на публике, был генерал Шин Ги Тхэ, обладавший властью, уступавшей разве что главе государства. К тому же он был приемным отцом Шин Хэ Джуна, так что власть, которую держал в руках Хэ Джун, была чем-то большим, чем просто власть бригадного генерала. Ведь Хэ Джун был псом армии, исполняющим все приказы генерала.

— Я тут услышал забавную новость, — тихо произнес Хэ Джун, перестав качать ногой. — Говорят, в последнее время по Сеульскому убежищу слоняется много бесполезных людей.

На самом деле, убежище — пространство ограниченное. Особенно в Сеуле, где удалось возвести бетонные стены и создать крепость лишь в районах Чун-гу и Мапхо-гу. Население Сеула приближается к десяти миллионам, а обеспечено всего два района. Мест внутри убежища катастрофически не хватало, и в результате оно превращалось в подобие города-крепости Коулун в прошлом. Поэтому армия пыталась регулировать численность людей в убежище, и людям приходилось из кожи вон лезть, чтобы доказать свою «полезность» и выжить здесь.

Хэ Джун обратился к тому, кто стоял крайним слева.

— Капитан Ли. Что думаешь?

Немного подумав, тот ответил без задержки:

— Я проверю списки входящих и доложу.

— М?

Хэ Джун слегка нахмурился. Капитан Ли поспешно добавил:

— Нет. Сегодня же начну усиленную проверку, сосредоточившись на наемниках и торговцах информацией.

Только тогда на лице Хэ Джуна появилась улыбка.

— Капитан Ли. Я уж было чуть не разочаровался.

— Исправлюсь.

— Ага. Продолжай исправляться и впредь.

Достав сигарету и закурив, Хэ Джун выпустил дым и полуприкрыл глаза. Вырвался ленивый вздох. Происходящее его не особо забавляло. Веселее было бы, если бы он сейчас был с А Хён. Вспомнив на мгновение А Хён, Хэ Джун снова затянулся сигаретой.

Мин А Хён.

Одна из его бывших подчиненных, которую он обучал лично. Человек, о котором много говорили, так как она, будучи членом национальной сборной по стрельбе и даже медалисткой, решила пойти в армию. Но едва увидев А Хён, Хэ Джун сразу понял, «почему» она пришла в армию. Она тоже была подопытной, как и он сам.

Конечно, он не знал, в какой именно лаборатории была А Хён и каким экспериментам подвергалась. Но след от чипа, оставшийся на ушной раковине, подсказал ему, что она такой же эксперимент, как и он, и Хэ Джун стал наблюдать за ней чуть внимательнее.

Так Хэ Джун узнал, что кончики волос А Хён отливают загадочным белым светом, что ее кожа прозрачна настолько, что видны капилляры, что переносица у нее слегка впалая, кончик носа в форме сердечка, а под губой есть родинка.

А еще он узнал, что она гораздо более твердый человек, чем кажется. Что она — как прямая сосна: не терпит несправедливости, всегда подает голос и не сгибается в своем мнении, даже если ей грозит ущерб. Потребовалось три года, чтобы узнать все это, и только тогда Хэ Джун смог подумать, что по-настоящему знает А Хён.

И вот настал тот день.

Разразилась эпидемия.