Бах!

После оглушительного выстрела мужчина медленно повернул голову и посмотрел на стену, в которой теперь торчала пуля. Случайность? Нет. Хотя он видел Мин А Хён впервые, он был о ней наслышан. Она не из тех, кто промажет лишь потому, что их разделяет тонкая деревянная перегородка. Выстрел был преднамеренным. Мужчина снова повернулся к стене, за которой стояла А Хён.

— Сестра.

Мужчина, Им До Хён, прищурился и, улыбнувшись, произнес невероятно мягким голосом:

— Успокойтесь. Вы ведь пришли сюда не для того, чтобы с нами воевать.

— Вообще-то, именно за этим. Пушку не видишь? Не доходит, что я тебе только что чуть башку не прострелила?

Судя по характерному щелчку, А Хён снова взвела курок. Им До Хён тихо вздохнул и пригладил ладонью уложенную воском челку.

— Госпожа Мин А Хён, — произнес он слегка похолодевшим голосом. — Вы сможете?

— ...

А Хён прикрыла глаза, слегка вздернув подбородок. На самом деле, еще до того, как Юнхо и Сынмин привели ее сюда, она планировала просто перебить всех сумасшедших сектантов, что попадутся на глаза, и уйти. Но сделать этого она не могла. Причиной тому были десятки камер видеонаблюдения, бросившиеся в глаза, стоило ей открыть дверь; вооруженные люди, охранявшие плотно запертый вход (все эти ублюдки тоже были в белом), и два странных звука, доносившихся из глубины здания.

Вздох вырвался сам собой. А Хён поднялась.

— Вы.

И — бах! А Хён с силой ударила по стене, разделявшей ее и До Хёна.

— Кто вы такие?

Стена, сколоченная из тонких досок, как и подобает наспех сделанной исповедальне, содрогнулась от удара, но А Хён не обратила на это ни малейшего внимания. Она лишь свирепо сверлила взглядом то место, где за перегородкой стоял Им До Хён.

— Нас называют по-разному, — спокойно ответил он. — Но если выбирать имя, которое нам нравится больше всего, то мы — «Спасители».

— Спасители?..

— Да. Мы явились, чтобы спасти всё человечество, весь мир.

Полная чушь, от которой тошно даже просто слушать. А Хён недоверчиво прищурила один глаз.

— Ну ладно. Допустим, спасение.

— Спасение.

— Тогда зачем те, кто собирается нас спасать, сгоняют сюда зараженных?

Те самые два звука, которые слышала А Хён. Одним были людские молитвы вперемешку с рыданиями, а другим — вопли толпы зараженных. Жуткий шум, от которого словно иглами скребло в ушах. Такому ни в коем случае не место внутри убежища. Разве что они собрались перебить здесь всех людей.

— Госпожа Мин А Хён.

Послышался шорох одежды: видимо, Им До Хён поднялся на ноги.

— Давайте сначала поговорим о другом.

— Не хочу. Какого хрена вы сгоняете зара...

— Насколько я знаю, вы ищете своего брата.

— Эй. Совсем ебанулся?

А Хён в ту же секунду яростно заскрежетала зубами.

Мин У Джу, брат А Хён, был для нее больным местом — настолько, что даже Шин Хэ Джун упоминал о нем от силы пару раз. И как смеет этот мерзавец, которого она даже в глаза толком не видела, болтать об У Джу?

— Наверное, вы не знаете, ни где, ни как искать брата. Должно быть, вы мучаетесь каждый день, думая о нем. Жив ли он, нормально ли спит, не голодает ли... Или же...

Совершенно не обращая внимания на то, что А Хён трясло от ярости, Им До Хён продолжал:

— Не ставят ли над ним снова опыты в лаборатории.

— Эй! Ах ты ебаный ублюдок!

А Хён резко вскочила и просунула дуло пистолета в отверстие.

В тот самый критический момент, когда она была готова нажать на спусковой крючок...

— Не хотите узнать о лаборатории?

Голос Им До Хёна резанул по ушам. А Хён на мгновение затаила дыхание и вскинула взгляд.

— Лаборатория — это сборище неверующих. Они — зло, которое не может и не должно быть спасено. Их ждет только смерть.

Слушая его ровный голос, А Хён постепенно приходила в себя. «Лаборатория... он знает о лаборатории». Судя по тону, ему известно куда больше, чем самой А Хён.

Она нервно сглотнула пересохшим горлом.

— А Хён. — Им До Хён усмехнулся, заметив, как ствол пистолета скрылся в отверстии. — Вам ведь очень тяжело, не так ли? Каждый раз, когда очередная надежда рушится, вам больно, вы страдаете и хотите покончить со всем этим. Но всё равно пытаетесь как-то жить дальше, пусть будущее и не сулит ничего светлого.

— Ах ты, ублюдок...

А Хён снова направила пистолет на стену. Если она прямо сейчас нажмет на курок, то снесет башку этому подонку, несущему откровенную чушь.

— А Хён, — произнес Им До Хён тихим, но уверенным, внушающим доверие тоном. — Нынешние страдания и невзгоды — всего лишь испытание.

Рука А Хён, сжимавшая рукоять, слегка дрожала. Она совершенно не понимала причину этой дрожи.

— То, что мы сейчас встретились здесь — это награда, плата за пройденные испытания. Да. Я пришел, чтобы утешить вас в вашем страхе.

«Нет... Может, он знает? Знает причину этой дрожи. Причину, по которой так щемит в груди».

— У вас нет ни малейшей причины страдать в одиночку. Возьмите меня за руку.

Неужели потому, что это первый раз, когда меня утешают такими ясными и твердыми словами? Из-за этого ли тело бьет дрожь от обиды, сердце трепещет, а разум затуманивается? А если нет...

— Возьмите меня за руку. Поверьте и следуйте за Божьим промыслом. И тогда Бог обязательно укажет нам путь к новому началу.

А Хён снова посмотрела на потолок. И только сейчас заметила в противоположном углу статую Иисуса. «Ха, блять. И правда, та еще гремучая смесь». Крепко сжав розарий, она снова опустила взгляд.

— Ну и? — спросила А Хён куда более спокойным голосом, чем раньше. — Что еще за бог, о котором вы тут вещаете?

Сквозь зубы Им До Хёна просочился тихий смешок. Даже не видя его лица, по одному только звуку можно было понять, что он широко улыбается. А Хён до побеления костяшек сжала всё еще дрожащую руку и медленно выдохнула.

— Да, А Хён. А теперь идите за мной.

Им До Хён открыл дверь и произнес:

— Вы встретитесь с богом.

* * *

Какой, блять, бог? Собачья чушь.

Глядя на толпу зараженных, кишащую под лестницей, я коротко выругалась про себя.

Теперь понятно, почему вход в холл библиотеки был забаррикадирован. Они разрушили декоративную винтовую лестницу, соединяющую холл с верхними этажами, и возвели ограждение, закрыв всё сверху и по бокам колючей проволокой. По проволоке пустили ток, так что большинство зараженных, подобравшихся слишком близко, так на ней и повисли — обугленные, со свисающими с костей кусками плоти. Запах горелого мяса стоял просто невыносимый.

Так или иначе, зараженные оказались заперты внизу, а сектанты, находясь на высоте третьего этажа, наблюдали за этой толпой сверху вниз. Я оперлась о перила и повернула голову:

— И вот эти зараженные — это ваш бог?

На мой вопрос мужчина, представившийся Им До Хёном, широко улыбнулся и ответил:

— Мы называем их существами, приближенными к богу. Существами, которые сделали шаг вперед в эволюции по сравнению с нами, ничтожными людьми.

— Ого. Обжаренное на электрической мухобойке эволюционировавшее существо. Офигенное же у вас к ним почтение.

Я усмехнулась и, развернувшись спиной к перилам, посмотрела на Им До Хёна. Тот, всё так же лучезарно улыбаясь, смотрел на меня в ответ.

— Все они — великие существа, обретшие спасение. А получив его, они сделали шаг вперед, оставив невежественное человечество позади.

— ...

Как эти твари, способные лишь вслепую рвать людей в клочья, могли обрести какое-то там спасение? От подобного абсурда голова шла кругом.

— А вы тогда кто такие? Почему остаетесь людьми?

Им До Хён спрятал сцепленные руки в широких рукавах и произнес:

— Мы пока недостаточно чисты, чтобы принять спасение, поэтому ждем. Ждем того момента, когда станем его достойны.

Вау.

Нести такую собачью чушь с настолько одухотворенным видом...

Я потерла шею сзади и прищурилась.

— Какова же ваша цель?

— Что?

— Я спрашиваю, в чем ваша цель?

Я снова повернулась к перилам и посмотрела вниз. Глядя на буйствующих, потерявших рассудок зараженных, я заговорила:

— Обычно у тех, кто создает подобные секты, цели вполне конкретные. Контроль толпы через тревогу и страх, как следствие — захват власти, а в перспективе — еще и извлечение прибыли. Как-то так.

Загибая пальцы один за другим, я кивнула своим мыслям.

— Власть — да. Захотеть власти в таком крошечном мирке вполне возможно. Но вот выгода... да. Мне интересна ваша выгода.

Я посмотрела на Им До Хёна, чье лицо казалось немного бледным.

— Разве в этом ебаном мире можно поиметь хоть какую-то прибыль?

Им До Хён сделал полшага ко мне.

— Вам правда интересно?

С этими словами он бросил мимолетный взгляд вниз.