— Выдвигаемся через неделю. Что решишь?

Я медленно закрыла и снова открыла глаза. Разумеется, мне хотелось броситься на поиски У Джу прямо сейчас. Хотелось послать этих «Спасителей» ко всем чертям и сказать: «Какая, нахрен, неделя? Поехали немедленно!». Но...

В памяти всплыли лица людей. Лица тех многочисленных беженцев в этом университетском убежище, с которыми я успела так или иначе пересечься. Могу ли я просто взять и бросить их? Оставить на растерзание секте... и сбежать, преследуя лишь собственные интересы?

— Вы вообще в курсе, что «Спасители» вытворяют с гражданскими?

На мой вопрос Хэ Джун лишь пожал плечами и посмотрел на Ха Бина, который ответил таким же жестом.

— Если бы мы знали, уже бы везде раструбили. Типа: «Спасители — ебаные ублюдки, держитесь от них подальше».

— Я слышал, что они используют зараженных как приманку...

Мы с Хэ Джуном одновременно уставились на Ха Бина. Что за бред он несет? Это сейчас молодежный сленг такой?

— Вы хотите сказать, что, кроме слухов про приманку, о них больше ничего не известно?

— Похоже на то.

— Тогда...

Я в очередной раз отбросила мешающую прядь волос и прикусила губу.

Допустим, сектанты используют людей как приманку для зараженных. Это еще полбеды. Достаточно просто предупредить беженцев, и они сами будут осторожнее.

Но меня не отпускало совсем другое.

Только ли в этом дело?

Вряд ли.

То, что я видела недавно... зараженные, которые шарахались от Юн Су Джин и Им До Хёна. Зараженные, которые, словно мотыльки на пламя, свернули с пути при виде странного фейерверка. Это абсолютно ненормальное поведение для этих тварей. А раз они добились такого неестественного результата, за это явно была заплачена соответствующая цена.

«Возможно, они как-то... используют людей».

Но как?

Именно это и предстояло выяснить. Только так можно предотвратить еще большие жертвы в будущем.

У Джу и люди. Люди и У Джу.

Будь я чуть более эгоистичной, чаша весов, на которой находился брат, несомненно, перевесила бы. Но... так же, как для меня вселенной был У Джу, у этих людей тоже были свои «вселенные». И теперь, зная, что их миры стоят на краю гибели, я не могла просто закрыть на это глаза.

— Тогда я останусь здесь на эту неделю.

С тяжелым вздохом бросив на весы «убежище без У Джу», я продолжила:

— Выясню, что они замышляют, как манипулируют людьми и... как можно прикончить эту их секту.

— Выглядишь так, словно тебя заставляют.

— Но кто-то же должен это сделать.

Хэ Джун склонил голову набок и посмотрел на меня. Взгляд у него был до того липким и тягучим, что выдерживать его оказалось как-то неловко. Я поспешно отвела глаза, и он спросил:

— И что ты будешь делать с этой информацией, когда всё узнаешь?

— Армии я ее точно не отдам.

— Вот как.

Хэ Джун театрально нахмурился и прищурил один глаз. Затем шагнул ко мне вплотную и закинул руку мне на плечо, словно мы были закадычными друзьями. А свободной рукой ткнул меня пальцем в щеку.

— А я-то думал, мы вроде как сблизились.

— Вам показалось.

— Да ладно. Мы же столько всего друг о друге узнали.

— ...

Я прекрасно чувствовала, как его взгляд скользнул в вырез моей футболки. Ха-ха. Вот же извращенец.

— Даже если мы много знаем, это еще не значит, что мы близки. Иногда, чем больше узнаешь человека, тем дальше хочется от него держаться. Я вообще интроверт, знаете ли.

— Вы что, из этих, лейтенант? Буквоед? — встрял Ха Бин.

— Заткнись.

Проигнорировав нашу с Ха Бином перепалку, Хэ Джун глубокомысленно хмыкнул и положил подбородок мне на плечо.

— Значит, вот так мы заговорили, — прошептал он с легкой обидой в голосе, обдавая мое ухо горячим дыханием. — Придется тебя укусить.

— Да отвалите вы!

Я поспешно оттолкнула его. Лицо горело. Даже без зеркала я знала, что раскраснелась как помидор — жар ощущался почти физически.

— Кончайте уже с этими своими шуточками! Ясно?

— Младший лейтенант Мин.

— Мин А Хён! Хватит уже, а.

— Ладно, А Хён.

Отстранившись, Хэ Джун невозмутимо прикурил сигарету и вопросительно вскинул бровь:

— Пушка есть?

А.

Я посмотрела на свой пистолет, магазин которого был пуст, и несколько раз моргнула.

— Ну, выйду за ворота и принесу...

— И как только ты выйдешь, они тут же запрут двери. Думаешь, пустят обратно?

— ...

И правда. Как я об этом не подумала? Я украдкой скосила глаза на винтовки Хэ Джуна и Ха Бина. Эх, вот бы отжать у них одну, было бы идеально.

— Ладно, хрен с ним, с оружием. Что делать будешь в случае экстренной ситуации? Засунь свою гордость подальше, в одиночку ты с ними не справишься.

— Хм... — Я нервно хохотнула. — Ну, видимо, сдохну.

Лицо Хэ Джуна мгновенно исказилось:

— Смерть — это не то, чем можно так легко разбрасываться, А Хён. Поняла?

— Да нет... просто...

Получить внезапный выговор оказалось как-то неловко, и я почесала затылок. Хэ Джун тем временем повернулся к Ха Бину.

— Старший сержант О.

— Есть!

— Тащи сюда оружие и рацию. Снайперскую, штурмовую и полные магазины к ним.

— Есть!

Ха Бин развернулся и побежал к машине, на которой они приехали. Хэ Джун выпустил облако сизого дыма, тяжело вздохнул и легонько щелкнул меня по лбу.

— Дам тебе оружие, рацию, а заодно и свой позывной.

— Что?.. Личный позывной?

Я от удивления вытаращила глаза.

Личный позывной — это код, по которому можно идентифицировать абонента при радиообмене. Из-за риска перехвата и подмены его держат в строжайшем секрете. А уж для такого высокопоставленного чина, как бригадный генерал Шин Хэ Джун, способного одним словом поднять по тревоге целую дивизию, эта секретность была абсолютной.

И он собирается отдать этот код мне?

Я недоуменно уставилась на протянутый им клочок бумаги.

— Достойная плата за информацию, не находишь? Большего не проси, иначе у меня будут проблемы.

— Нет-нет, генерал. — Я замахала руками. — Вы мне слишком доверяете! Откуда вам знать, что я с этим позывным не натворю? А если я вызову войска и устрою переворот?

— Переворот?

Хэ Джун удивленно вскинул брови и расхохотался.

— А Хён. — Отсмеявшись, он заговорил невероятно ласковым, медовым голосом: — Если ты попытаешься провернуть нечто подобное... как думаешь, что сделаю я?

— Э-э...

— Твоя смерть перестанет быть твоим личным выбором.

— Есть. Вас поняла. Буду использовать с умом.

Решив больше не искушать судьбу, я покорно кивнула и потянулась за бумажкой. Точнее, попыталась.

— И еще.

Хэ Джун внезапно поднял руку с листком вверх, другой рукой обхватил меня за талию, притянул к себе — так, что я едва не потеряла равновесие, — и прижался лбом к моему лбу.

— Я сейчас стою гораздо дороже.

Его лицо было так близко, что наши носы почти соприкасались. Он выдохнул мне в лицо дымом с терпким привкусом табака, коротко поцеловал в щеку и слегка прикусил мочку уха.

— Ах!

— Плату возьму позже.

— Прекратите эти свои шуточки!

Я попыталась вырваться, но на этот раз не вышло. Хэ Джун держал крепко. Не сдвинувшись ни на миллиметр, он перехватил мою руку и скользнул ею к своему карману брюк. Карман топорщился, словно там что-то лежало. И мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что именно это было.

— По-твоему, это похоже на шутку?

— Да блин, пустите!

— Так что... — Хэ Джун снова поцеловал меня в щеку и забавно наморщил нос. — Расплатишься позже.

* * *

Вру-у-ум!

Мощный рев двигателя разорвал тишину, и внедорожник рванул вперед. О Ха Бин, вцепившись в руль, вдавил педаль газа в пол, и машина помчалась по разбитой грунтовке.

— Старший сержант О.

Хэ Джун, сидевший на пассажирском, прервал молчание:

— Если поблизости есть свободные подразделения, подтяни их сюда.

— Что? Зачем?

— У меня плохое предчувствие.

Поскольку чутье Хэ Джуна редко подводило, Ха Бин не стал спорить и просто кивнул. Но всё же он то и дело бросал косые взгляды на профиль генерала. Хэ Джун, естественно, это заметил и со вздохом спросил:

— Ну чего тебе? Не можешь налюбоваться моей красотой?

— Иногда, генерал, я не могу понять: вы серьезно или шутите…

— Я абсолютно серьезен, — усмехнулся Хэ Джун. — Так чего надо? Что ты смотришь на меня, как побитая собака?

Наткнувшись на резкий тон, Ха Бин слегка стушевался, но затем, неловко улыбнувшись, всё же спросил:

— Ну, э-э... — Он нервно сглотнул. — Что вас связывает с младшим лейтенантом Мин?