— Выдвигаемся через неделю. Что решишь?
Я медленно закрыла и снова открыла глаза. Разумеется, мне хотелось броситься на поиски У Джу прямо сейчас. Хотелось послать этих «Спасителей» ко всем чертям и сказать: «Какая, нахрен, неделя? Поехали немедленно!». Но...
В памяти всплыли лица людей. Лица тех многочисленных беженцев в этом университетском убежище, с которыми я успела так или иначе пересечься. Могу ли я просто взять и бросить их? Оставить на растерзание секте... и сбежать, преследуя лишь собственные интересы?
— Вы вообще в курсе, что «Спасители» вытворяют с гражданскими?
На мой вопрос Хэ Джун лишь пожал плечами и посмотрел на Ха Бина, который ответил таким же жестом.
— Если бы мы знали, уже бы везде раструбили. Типа: «Спасители — ебаные ублюдки, держитесь от них подальше».
— Я слышал, что они используют зараженных как приманку...
Мы с Хэ Джуном одновременно уставились на Ха Бина. Что за бред он несет? Это сейчас молодежный сленг такой?
— Вы хотите сказать, что, кроме слухов про приманку, о них больше ничего не известно?
— Похоже на то.
— Тогда...
Я в очередной раз отбросила мешающую прядь волос и прикусила губу.
Допустим, сектанты используют людей как приманку для зараженных. Это еще полбеды. Достаточно просто предупредить беженцев, и они сами будут осторожнее.
Но меня не отпускало совсем другое.
Только ли в этом дело?
Вряд ли.
То, что я видела недавно... зараженные, которые шарахались от Юн Су Джин и Им До Хёна. Зараженные, которые, словно мотыльки на пламя, свернули с пути при виде странного фейерверка. Это абсолютно ненормальное поведение для этих тварей. А раз они добились такого неестественного результата, за это явно была заплачена соответствующая цена.
«Возможно, они как-то... используют людей».
Но как?
Именно это и предстояло выяснить. Только так можно предотвратить еще большие жертвы в будущем.
У Джу и люди. Люди и У Джу.
Будь я чуть более эгоистичной, чаша весов, на которой находился брат, несомненно, перевесила бы. Но... так же, как для меня вселенной был У Джу, у этих людей тоже были свои «вселенные». И теперь, зная, что их миры стоят на краю гибели, я не могла просто закрыть на это глаза.
— Тогда я останусь здесь на эту неделю.
С тяжелым вздохом бросив на весы «убежище без У Джу», я продолжила:
— Выясню, что они замышляют, как манипулируют людьми и... как можно прикончить эту их секту.
— Выглядишь так, словно тебя заставляют.
— Но кто-то же должен это сделать.
Хэ Джун склонил голову набок и посмотрел на меня. Взгляд у него был до того липким и тягучим, что выдерживать его оказалось как-то неловко. Я поспешно отвела глаза, и он спросил:
— И что ты будешь делать с этой информацией, когда всё узнаешь?
— Армии я ее точно не отдам.
— Вот как.
Хэ Джун театрально нахмурился и прищурил один глаз. Затем шагнул ко мне вплотную и закинул руку мне на плечо, словно мы были закадычными друзьями. А свободной рукой ткнул меня пальцем в щеку.
— А я-то думал, мы вроде как сблизились.
— Вам показалось.
— Да ладно. Мы же столько всего друг о друге узнали.
— ...
Я прекрасно чувствовала, как его взгляд скользнул в вырез моей футболки. Ха-ха. Вот же извращенец.
— Даже если мы много знаем, это еще не значит, что мы близки. Иногда, чем больше узнаешь человека, тем дальше хочется от него держаться. Я вообще интроверт, знаете ли.
— Вы что, из этих, лейтенант? Буквоед? — встрял Ха Бин.
— Заткнись.
Проигнорировав нашу с Ха Бином перепалку, Хэ Джун глубокомысленно хмыкнул и положил подбородок мне на плечо.
— Значит, вот так мы заговорили, — прошептал он с легкой обидой в голосе, обдавая мое ухо горячим дыханием. — Придется тебя укусить.
— Да отвалите вы!
Я поспешно оттолкнула его. Лицо горело. Даже без зеркала я знала, что раскраснелась как помидор — жар ощущался почти физически.
— Кончайте уже с этими своими шуточками! Ясно?
— Младший лейтенант Мин.
— Мин А Хён! Хватит уже, а.
— Ладно, А Хён.
Отстранившись, Хэ Джун невозмутимо прикурил сигарету и вопросительно вскинул бровь:
— Пушка есть?
А.
Я посмотрела на свой пистолет, магазин которого был пуст, и несколько раз моргнула.
— Ну, выйду за ворота и принесу...
— И как только ты выйдешь, они тут же запрут двери. Думаешь, пустят обратно?
— ...
И правда. Как я об этом не подумала? Я украдкой скосила глаза на винтовки Хэ Джуна и Ха Бина. Эх, вот бы отжать у них одну, было бы идеально.
— Ладно, хрен с ним, с оружием. Что делать будешь в случае экстренной ситуации? Засунь свою гордость подальше, в одиночку ты с ними не справишься.
— Хм... — Я нервно хохотнула. — Ну, видимо, сдохну.
Лицо Хэ Джуна мгновенно исказилось:
— Смерть — это не то, чем можно так легко разбрасываться, А Хён. Поняла?
— Да нет... просто...
Получить внезапный выговор оказалось как-то неловко, и я почесала затылок. Хэ Джун тем временем повернулся к Ха Бину.
— Старший сержант О.
— Есть!
— Тащи сюда оружие и рацию. Снайперскую, штурмовую и полные магазины к ним.
— Есть!
Ха Бин развернулся и побежал к машине, на которой они приехали. Хэ Джун выпустил облако сизого дыма, тяжело вздохнул и легонько щелкнул меня по лбу.
— Дам тебе оружие, рацию, а заодно и свой позывной.
— Что?.. Личный позывной?
Я от удивления вытаращила глаза.
Личный позывной — это код, по которому можно идентифицировать абонента при радиообмене. Из-за риска перехвата и подмены его держат в строжайшем секрете. А уж для такого высокопоставленного чина, как бригадный генерал Шин Хэ Джун, способного одним словом поднять по тревоге целую дивизию, эта секретность была абсолютной.
И он собирается отдать этот код мне?
Я недоуменно уставилась на протянутый им клочок бумаги.
— Достойная плата за информацию, не находишь? Большего не проси, иначе у меня будут проблемы.
— Нет-нет, генерал. — Я замахала руками. — Вы мне слишком доверяете! Откуда вам знать, что я с этим позывным не натворю? А если я вызову войска и устрою переворот?
— Переворот?
Хэ Джун удивленно вскинул брови и расхохотался.
— А Хён. — Отсмеявшись, он заговорил невероятно ласковым, медовым голосом: — Если ты попытаешься провернуть нечто подобное... как думаешь, что сделаю я?
— Э-э...
— Твоя смерть перестанет быть твоим личным выбором.
— Есть. Вас поняла. Буду использовать с умом.
Решив больше не искушать судьбу, я покорно кивнула и потянулась за бумажкой. Точнее, попыталась.
— И еще.
Хэ Джун внезапно поднял руку с листком вверх, другой рукой обхватил меня за талию, притянул к себе — так, что я едва не потеряла равновесие, — и прижался лбом к моему лбу.
— Я сейчас стою гораздо дороже.
Его лицо было так близко, что наши носы почти соприкасались. Он выдохнул мне в лицо дымом с терпким привкусом табака, коротко поцеловал в щеку и слегка прикусил мочку уха.
— Ах!
— Плату возьму позже.
— Прекратите эти свои шуточки!
Я попыталась вырваться, но на этот раз не вышло. Хэ Джун держал крепко. Не сдвинувшись ни на миллиметр, он перехватил мою руку и скользнул ею к своему карману брюк. Карман топорщился, словно там что-то лежало. И мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что именно это было.
— По-твоему, это похоже на шутку?
— Да блин, пустите!
— Так что... — Хэ Джун снова поцеловал меня в щеку и забавно наморщил нос. — Расплатишься позже.
* * *
Вру-у-ум!
Мощный рев двигателя разорвал тишину, и внедорожник рванул вперед. О Ха Бин, вцепившись в руль, вдавил педаль газа в пол, и машина помчалась по разбитой грунтовке.
— Старший сержант О.
Хэ Джун, сидевший на пассажирском, прервал молчание:
— Если поблизости есть свободные подразделения, подтяни их сюда.
— Что? Зачем?
— У меня плохое предчувствие.
Поскольку чутье Хэ Джуна редко подводило, Ха Бин не стал спорить и просто кивнул. Но всё же он то и дело бросал косые взгляды на профиль генерала. Хэ Джун, естественно, это заметил и со вздохом спросил:
— Ну чего тебе? Не можешь налюбоваться моей красотой?
— Иногда, генерал, я не могу понять: вы серьезно или шутите…
— Я абсолютно серьезен, — усмехнулся Хэ Джун. — Так чего надо? Что ты смотришь на меня, как побитая собака?
Наткнувшись на резкий тон, Ха Бин слегка стушевался, но затем, неловко улыбнувшись, всё же спросил:
— Ну, э-э... — Он нервно сглотнул. — Что вас связывает с младшим лейтенантом Мин?
