Онлайн чтение книги В мире не существует плохих военных собак There Are No Bad Military Dogs
1 - 79

О Ха Бин, подчиненный Мин А Хён и ее преданный младший товарищ, в этот самый момент испытывал глубочайший восторг от того, что смог ее спасти.

Конечно, сейчас он уже набрался опыта и дослужился до старшего сержанта, но всего несколько лет назад он был совсем зеленым, ничего не смыслящим желторотиком. И не то чтобы он этого просил, но А Хён помогала ему очень много — порой даже слишком.

— Ой-ой, наш Ха Бин, если ты так будешь держать винтовку, сотрешь кожу на ладонях в кровь. Отличный план: потом даже похлопать в ладоши не сможешь. Да?

— Наш Ха Бин, если так целиться, хрен ты куда попадешь. Видимо, мечтаешь промазать, спалить нашу позицию и благополучно сдохнуть. Да?

— Наш Ха Бин, если будешь махать штыком как дубина, получишь прикладом по колену и останешься инвалидом. Видимо, расти больше не планируешь. Да?

Это вообще можно назвать помощью?..

Как бы то ни было, О Ха Бин, будучи ее непосредственным подчиненным, всегда держался рядом и учился у нее всему. Он искренне гордился тем, что служит бок о бок с лучшим снайпером их части. До того самого дня, пока А Хён не пострадала из-за него.

До того как разразилась эпидемия зараженных, главной мировой проблемой был климатический кризис. На Корейском полуострове всё ограничилось исчезновением четырех сезонов, появлением чудовищно огромных насекомых и сменой выращиваемых сельхозкультур. Вы не поверите, но это считалось еще легко отделались. А вот соседней Японии повезло куда меньше.

Япония приняла на себя прямой удар от повышения уровня мирового океана. Вода поднималась, температура росла, что спровоцировало извержения подводных вулканов, за которыми последовали бесконечные землетрясения и цунами... Бедствия, непрерывно терзавшие страну на протяжении долгих трех месяцев, были настолько ужасающими, что их впору было назвать апокалипсисом.

В такие времена правительство, само собой, обязано защищать свой народ. Однако по какой-то неведомой причине японское руководство перенесло правительственные учреждения на Хоккайдо и начало последовательно игнорировать мольбы своих граждан. Глубоко разочарованные японцы искали разные пути спасения, и одним из самых популярных стал нелегальный побег в соседнюю Южную Корею.

— Должны ли мы приравнивать нелегальных мигрантов из Японии к беженцам?

Этот вопрос стал новой головной болью для корейского правительства, и мнения разделились радикально. Одни утверждали: если японцы — беженцы, то давайте тогда уж и сомалийских пиратов принимать. Другие кричали: во Владивостоке люди замерзают насмерть, давайте спасать и их! Третьи язвительно предлагали: раз такое дело, давайте вообще всё человечество на Корейском полуострове поселим. Под прикрытием дискуссий лоббировались корыстные интересы, всё сплелось в тугой узел противоречий, и именно в этот момент...

Бах!

Грянувший выстрел вдребезги разнес голову корейского правительства.

Почему японское руководство переехало на Хоккайдо, бросив на произвол судьбы историческую столицу Токио?

Причина была лишь одна.

Война.

Оценив шансы на восстановление Японского архипелага как нулевые, они решили воплотить в жизнь давнюю мечту, которую годами лелеяли втайне, опасаясь реакции международного сообщества — экспансию на континент.

— Блять, да у этих ублюдков что ни день, то мысли о вторжении. Видимо, совсем забыли, как в прошлый раз пиздюлей огребли.

А Хён поносила Японию так красочно и разнообразно, что один из солдат-полукровок даже накатал на нее рапорт.

Так или иначе, война началась, и подразделению А Хён поручили оборону порта Инчхон. Несколько месяцев всё шло относительно нормально. До тех пор, пока Китай не объединился с Японией.

— Охуеть просто. Зажали с двух сторон и творят дичь.

Их часть выстроила линию обороны вдоль побережья. Истребители, с воем рассекающие небо, авианосцы на горизонте и непрекращающиеся бомбардировки... Для Ха Бина это стало одновременно самым страшным и самым завораживающим зрелищем в жизни. Бум, ба-бах! Огненные цветы распускались в небе, исполинские столбы воды взмывали над морем. Где еще увидишь подобное великолепие? Ха Бин, тогда еще не понимавший, что этот восторг — не более чем одна из галлюцинаций поля боя, стоял как вкопанный и из-за этого прослушал приказ укрыться от обстрела.

Оглушительный взрыв ударил по барабанным перепонкам, чудовищная взрывная волна швырнула Ха Бина на землю, как тряпичную куклу. Боль была настолько адской, что он даже вскрикнуть не смог. Ему оторвало руки и ноги? Или он умирает? Он не понимал. Из-за дикой боли мысли обрывались...

— О Ха Бин! Приди в себя!

Той, кто бросился к нему на помощь, оказалась А Хён. Ведь она была так далеко. Когда она успела? Как вообще добралась сюда? Он пытался соображать сквозь пелену мутящегося сознания, но губы не слушались. Перед глазами всё плыло...

— Ах ты сумасшедший ублюдок!.. Эй! Очнись! Держи меня за руку! Хватайся крепче, мать твою!

А Хён схватила Ха Бина за руку и потащила за собой, но у него совершенно не было сил. Его пальцы разжались, рука выскользнула. И в это самое мгновение грянул новый взрыв. 

— Сука.

А Хён бросилась на Ха Бина, накрыв его своим телом и принимая удар на себя.

К счастью, бомба не попала прямо в них. Но А Хён всё равно сильно досталось. Поскольку она закрыла собой Ха Бина, ее травмы оказались куда серьезнее. На икрах мясо было содрано до белевших костей, кожа на спине превратилась в кровавое, изуродованное месиво. Рука была вывернута под неестественным углом, но даже в таком состоянии она не отпускала Ха Бина.

— Держись крепче, О Ха Бин.

Она всё-таки втащила его в бункер... И они выжили. Но Ха Бин получил серьезную травму левого плеча, а тело А Хён, хоть она и не получила тяжелых увечий — ее регенерация поражала воображение, — покрылось жуткими шрамами.

С тех пор Ха Бин постоянно думал об этом.

«А что, если бы я тогда крепко держал ее за руку? Может быть, мы бы успели укрыться от взрыва? Может, она бы не пострадала? Если бы я нашел в себе хоть каплю сил, может, А Хён не приходилось бы теперь каждую ночь морщиться от боли в шрамах перед сном?».

Ха Бин глубоко раскаивался и винил себя.

Это случилось ровно за полгода до того, как вспыхнула эпидемия зараженных.

* * *

— На этот раз я вас поймал.

Я не совсем поняла, к чему О Ха Бин это ляпнул, но первой мыслью было, что как же всё-таки хорошо, что этот придурок здесь оказался. Не появись он вовремя, я бы либо словила пулю, либо рухнула прямо в толпу зомби, где меня бы либо сожрали, либо раскрыли мой иммунитет и утащили куда подальше.

— Спасибо, — коротко бросила я и попыталась отстраниться, упираясь Ха Бину в грудь.

Но он не разжимал объятий. Более того, он недовольно буркнул:

— Вы чего творите?

— Ну, я вроде как и сама ходить умею…

— Не несите чушь. У вас плечо в кашу.

— Плечо — да, но ноги-то у меня целы.

— Ага, конечно. Не пущу.

Ха Бин проигнорировал мои слова и прижал меня к себе еще крепче. Затем он огляделся по сторонам. К сожалению, вокруг нас кишела целая орда зараженных.

— Ха! Так тебе и надо! — донесся сверху голос Им До Хёна; он кричал оттуда, откуда я только что упала. — Да! Пусть они разорвут вас на куски! Вот так! А мы вам еще мяса подкинем! Ха-ха! Отличный вид! Просто загляденье!

Вот же конченый урод...

Я подняла здоровой рукой пистолет, небрежно прицелилась и спустила курок. Бах!

— А-а-ак! — завопил Им До Хён, хватаясь за ухо.

Тц. Хотела прострелить ему башку, но промазала — О Ха Бин как раз сорвался с места, таща меня на руках.

— Да не дергайтесь вы. И так тяжелая.

— Этот вес — чистые мышцы выживания, Ха Бин. Понял?

— Неа, не понял. И перестаньте их злить. Вы просто не знаете. Они отбитые наглухо психи.

Услышав это, я снова запрокинула голову. Су Джин смотрела на нас с ледяным, пронизывающим спокойствием. М-да, взгляд у нее и правда жуткий. Такого и до убийства доведет.

— ГР-Р-Р-А-А-А!

В этот момент зараженные — те, кто действительно мог нас прикончить — бросились в атаку. Словно изголодавшись, они неистово мчались прямо на нас; их глаза лихорадочно блестели, гнилые зубы клацали, а грязные когти судорожно царапали воздух.

— Эй, ты с этим всем стадом справишься?

— Вы меня вечно недооцениваете, нуна. Обидно вообще-то.

— Да ты же даже пушку нормально держать не умел. Помнится, снайпер из тебя был просто дерьмовый...

Бах! Ба-бах! Бах!

Похоже, мои воспоминания безнадежно устарели. Глядя на феноменальную стрельбу Ха Бина, я от удивления открыла рот, так и не договорив фразу. Ха Бин широко ухмыльнулся и произнес полным уверенности голосом:

— Я много тренировался.

А затем тихо добавил:

— Чтобы в этот раз не отпустить.

— ГР-Р-Р-А-А-А!

Зараженные кидались на нас со всех сторон.

Но мне, собственно, и делать ничего не пришлось.