Онлайн чтение книги В мире не существует плохих военных собак There Are No Bad Military Dogs
1 - 72

Давайте немного поговорим о зараженных, которых принято называть зомби.

Большинство считает, что из-за климатического кризиса температура на планете поднялась, ледники растаяли, и вирус вырвался наружу. Если это так, то что тогда я видела в лаборатории и через что там прошла? Но поскольку информация оттуда никуда не просочилась, в народе быстро расползлись слухи, будто вирус — это древнее биологическое оружие, спавшее во льдах. В итоге эта версия стала официальной. В нее свято верили даже мои бывшие начальники и с важным видом рассуждали об этом при мне. Так что тот, кто на самом деле устроил весь этот пиздец, должно быть, сейчас втимолку ликует.

Инфекция передавалась через слюну. Укус был их главным и единственным оружием: стоило им впиться в жертву, как зараженная слюна проникала в рану, распространяя вирус.

В самом начале эпидемии инкубационный период длился очень долго. Люди жили обычной жизнью, даже не подозревая, что уже заражены, а потом в один прекрасный день — бац! — и понеслось. Катастрофа для всего человечества. Конец света. Финал.

В последнее же время инкубационный период практически исчез — возможно, так началась мутация вируса. Всего через пятнадцать минут после укуса человек превращался в зараженного, терял рассудок и впадал в бешенство. Именно поэтому недавний случай с Чхве Дэ Ро и стал такой проблемой: он умудрялся «контролировать инкубационный период», оставаясь в сознании и понимая, что заражен.

Так или иначе, если верить общепринятой версии, зараженные появились из-за вируса, спавшего глубоко во льдах. И поскольку единственная его цель — это распространение, он продолжает заражать и убивать людей.

Полная чушь. Утверждения умников о том, что «вирус никогда не дает своему носителю просто так умереть», быстро разбились о человеческий инстинкт выживания.

Прошло четыре года с начала эпидемии. «Почему» возник вирус и «как» он распространился — всё это давно перестало иметь значение.

Для тех, кто еще топтал эту землю, главным было одно — выжить. Когда на кону стоит вопрос, сдохнешь ты прямо сейчас или дотянешь до завтра, всем глубоко плевать на то, откуда этот вирус вообще взялся.

Я могу понять их невежество. Невежество — это то, с чем порой ничего не поделаешь.

Но я не могу принять их отстраненность и нежелание знать правду. Я считаю, что, как бы сильно вам ни хотелось закрыть глаза и заткнуть уши, какой бы жизненно важной ни казалась банка консервов прямо перед носом, нужно четко осознавать, что происходит вокруг. Да. Только так можно уберечь себя от подобного бреда.

— Нуна, это правда. Честное слово! Зомби теперь на нас не нападают, говорю же!

— Ого, ты нам не веришь. Вы только гляньте на ее лицо. Не верит. Вообще ни в какую.

Глядя на этих парней, которые с таким важным видом распинались передо мной, я тяжело вздохнула. И ведь даже врезать этим ублюдкам нельзя...

— Юнхо. Сынмин.

— А?

Я положила руки на плечи парней, которые когда-то починили джип Ён Чхоля, и через силу выдавила из себя милую улыбку.

— У зараженных нет такой штуки, как мозг. Понятно? Что такое мозг? Это то, что позволяет вам, несмотря на ваши пустые котелки, двигать руками и ногами в нужном направлении. Но, повторяю, мозга у них нет! Он сожран вирусом! Они не способны думать, как вы, тупоголовые придурки.

— Ого. Она дважды назвала нас тупыми.

Проигнорировав бормотание Сынмина, я продолжила, чеканя каждое слово. С тайной надеждой, что эти идиоты выкинут из головы дурные мысли и вернутся на охрану баррикады.

— В общем, зараженные в принципе не способны думать. Они не «решили» на вас не нападать, на это сто процентов была какая-то другая, объективная причина.

На душе скребли кошки. И вовсе не потому, что я как-то по-особенному привязалась к этим двум студентам и теперь расстраивалась за них. Причина была в другом — на меня нахлынули воспоминания.

Дедуля, размахивавший прутиком с приговором: «Если коснуться их веткой персикового дерева, все зараженные сдохнут», — махал им ровно до тех пор, пока ему самому не свернули шею.

Тетушка, заявившая: «Если с ног до головы обмазаться грязью, зараженные тебя не почуют», — она приняла грязевой душ, да так и отправилась в землю.

Какой-то старшеклассник, который убеждал: «Если точь-в-точь имитировать звуки зараженных, они примут тебя за своего и не тронут», — он так и отбыл на тот свет с нелепыми завываниями.

Уж не знаю, где они этого набрались, но люди искренне верили в этот антинаучный, начисто лишенный здравого смысла бред. Они считали это реальными способами выживания и действовали соответственно. Наверное, та же самая психология в прошлом заставляла людей скупать псевдолечебные браслеты из германия.

Мне было жаль, что они погибли. Грех невежества слишком мал, чтобы расплачиваться за него жизнью.

Именно поэтому слышать подобную чушь от стоящих передо мной студентов было... невыносимо. Я хочу, чтобы они выжили. Пожалуйста.

— Вы же, ублюдки, столько учились, так какого черта ведете себя как идиоты? Ваша нуна правда расстроена. А?

— Я вообще-то не из этого университета.

— Но всё равно образованнее меня…

— Я вообще только школу экстерном окончил.

— А-а-а, да чтоб вас!

Я погрозила Юнхо кулаком, громко цокнула языком и в сердцах топнула ногой. В этот момент Сынмин подал голос:

— В любом случае, мы тоже поначалу так думали, нуна. Но он свидетель. Живой свидетель.

— Клянусь, это правда! Я стоял прямо перед толпой зомби, и они меня не тронули.

— И он не единственный! Таких людей, которые на своей шкуре это проверили, не один и не два.

Глядя на то, как они перекидываются репликами, я запрокинула голову. Посмотрев на стремительно темнеющее небо, я подумала: «Ха, блять. Мое будущее будет таким же беспросветным?».

— Да нуна! Я серьезно! — Юнхо потянул меня за руку. — Нуна, мы ведь до сих пор выживали только благодаря тому, что умели думать своей головой.

С этим не поспоришь.

Прошло четыре года с начала эпидемии.

Если люди из кожи вон лезли, чтобы продержаться все эти четыре года, значит, у них в голове всё-таки есть мозги, и они выработали собственные методы выживания. В случае этих двоих таким методом стал ремонт автомобилей.

— С чего бы нам бросать баррикады и вести себя подобным образом?

— Теперь нам спокойно. Потому что мы знаем, что не умрем!

— ...

Я пристально посмотрела им в глаза. Они уверенно отстаивали свою правоту, но... как бы это сказать. В их взгляде скользило легкое безумие. Словно они были чем-то одержимы, словно нашли слепую опору и теперь фанатично в нее верили.

Я прекрасно знала этот взгляд. И слишком хорошо понимала, к чему он ведет. Нет, такого быть не может. Такого не должно происходить ни в Сеуле, ни тем более здесь. От внезапно накатившей тревоги у меня по спине пробежала дрожь, и я зябко передернула плечами.

Они же, совершенно не замечая моего беспокойства, с лучезарными улыбками добавили:

— Это всё благодаря тем людям, которые недавно прибыли.

— Если бы не они, мы бы погибли. Мы поверили им и поэтому выжили. Какое счастье. Правда?

Я крепко зажмурилась.

Мир рухнул, а от человечества остались лишь жалкие крохи.

Были те, кто, как в этом университетском убежище, выживал, помогая друг другу. Но куда больше расплодилось ублюдков, которые творили полнейшую дичь, прикрываясь тем, что насилие — это истинный инстинкт человека. Самые настоящие отморозки.

Но так уж заведено, что на любых отморозков всегда найдутся психи еще похуже. И самая отбитая на всю голову группировка в этом мире стояла особняком.

— Опять эти ебучие сектанты.

И почему им всегда так не терпится возвести себя в ранг божества? Бог — да что это вообще такое? Так или иначе, пока ты топчешь эту землю, ты всё равно сдохнешь как собака, и разницы не будет никакой.

Перебирая намотанный на запястье розарий, я протяжно вздохнула:

— Ха-а...

А затем снова посмотрела на Юнхо и Сынмина.

Если я сейчас развернусь и уйду, этим парням промоют мозги окончательно, используют в своих целях, и в конечном итоге они погибнут. И тогда доля вины за их смерть ляжет и на меня.

Я не хотела лезть в чужую жизнь, не хотела быть причастной к чужой смерти. Но в данном случае...

— Ведите.

— Что?

— Ведите меня к этим вашим новеньким или как их там.

В первую очередь нужно было просто вытащить этих двоих из лап смерти...

Для начала просто посмотрим на них. Только посмотрим.

* * *

— И значит... — Шин Хэ Джун слегка нахмурился, покачивая носком закинутой на ногу ноги. — Младший лейтенант Мин сейчас за пределами убежища? Без снайперской винтовки, с одним лишь пистолетом?

Стоящий перед ним на коленях Ён Чхоль комично сжался, что совершенно не вязалось с его внушительными габаритами, и низко опустил голову.

— Ха... ха-ха. Вот именно. Я ей так настойчиво, так упорно твердил не выходить, а она ответила, что ей прям позарез надо. Ха-ха-ха!

Ён Чхоль отвечал, выдавливая из себя нервный смех и косясь на Хэ Джуна, чьи глаза сейчас сверкали, как у хищника, выслеживающего А Хён. Ведь говорят же: в улыбающееся лицо не плюют. Поэтому...

— И тебе смешно?

Но он всё-таки плюнул… Ён Чхоль поспешно замотал головой.

— Нет-нет. Кто смеялся? Разве здесь кто-то смеялся? Фух, никого. Успокойтесь.

Глядя на Ён Чхоля, который изо всех сил пытался прикинуться дурачком, Хэ Джун нахмурился еще сильнее.

— Ты вообще не понимаешь всю серьезность ситуации и сидишь тут лыбишься?