Шин Хэ Джун упал прямо в центр скопления зараженных. Почуяв запах человека, твари, карабкавшиеся на стену, тут же переключились и бросились на него. Но Хэ Джун ни капли не боялся. Казалось, чувство страха у него просто атрофировалось.

Тяжело ударяя ногами о землю, он сам побежал навстречу зараженным. Его движения были быстрыми и точными. Рукой в перчатке он схватил одного зараженного за затылок и швырнул, одновременно другой рукой с винтовкой открыл шквальный огонь по приближающимся.

Ту-ду-ду-ду! Разнеся головы десяткам зараженных, он в подкате проскользнул между ними и, отбросив винтовку с пустым магазином, прицелился в головы пистолетом. Бах! Ба-ах! Наступив на тело повалившегося зараженного, он, держа пистолет в зубах, ударил кулаком в лицо того, кто схватил его за руку.

Сейчас он был далек от того Шин Хэ Джуна, что всегда выглядел опрятно и безупречно. Весь в крови, он сплюнул и бросился на следующего. Зараженный с воплем попытался укусить его за руку, но Хэ Джун был быстрее. Бах! Пробив ему голову из пистолета, он использовал тело как щит, чтобы протаранить других, и начал размахивать пустым пистолетом как дубиной.

Звуки ударов кости о кость звучали жутко. Разорванная плоть зараженных и разлетающаяся кровь казались символом отчаянной схватки тех, кем двигал эгоистичный инстинкт выживания.

— Бригадный генерал!

В этот момент со стены закричал капитан.

— Волна идет!

Он указал на толпу зараженных, надвигающуюся издалека. Вслед за этим А Хён начала прицельную стрельбу. Бах! Ба-ах! Хотя она еще не до конца поборола страх и меткость была хуже обычной, этого было достаточно, чтобы прикрыть Хэ Джуна и дать ему возможность вернуться.

Поднявшись на стену, Хэ Джун, тяжело дыша, откинул назад пропитанные кровью волосы.

— Блядь, чуть не сдох.

К счастью, несмотря на то что он был весь в крови, укусов на нем не было. Смыв кровь с рук водой из бутылки, Хэ Джун обратился к перепуганным солдатам.

— Все собрались! Видели, что я делал?

Он показал свое невредимое тело, несмотря на то что убил десятки зараженных.

— Плевать, уворачиваются эти ублюдки от пуль или нет. Просто цельтесь в голову и сносите ее к чертям. Главное — не дайте себя укусить и держитесь на одной злости. Вы же можете. Так ведь?

— Так точно!..

— Есть!

То ли потому, что Хэ Джун лично бросился в толпу и устроил бойню, боевой дух солдат поднялся. Верно. Подумаешь, зараженные уворачиваются. Люди тоже инстинктивно уворачиваются, видя оружие. Зараженные просто эволюционировали так же. Если думать об этом так, то можно побороть отторжение и страх.

Но не А Хён. Она чувствовала тревогу, беспокойство и страх, идущие из самой глубины инстинктов. Это было не под ее контролем. Сама того не замечая, А Хён коснулась ушной раковины. Нащупала шрам от чипа, вживленного в лаборатории. Дыхание сбилось само собой.

— Делайте все как надо. Если не хотите все тут подохнуть.

Шин Хэ Джун сплюнул скопившуюся во рту кровь и протянул руку капитану.

— Оружие.

— Есть!

Взяв в руки пистолет и штурмовую винтовку, Хэ Джун глубоко вдохнул. Ситуация и его сбивала с толку. Но отступать было некуда. В Сеульском убежище живет почти сто тысяч человек. Если стена рухнет, случится ужас, который невозможно даже представить.

Толпа зараженных с остервенением полезла на стену. Наступая на падающих, стягивая тех, кто лез выше, они вопили, лезли и лезли.

— Огонь!

Ту-ду-ду-ду! Под звук вылетающих гильз солдаты бросились в бой. Их глаза были полны холодной решимости, но в них также читались хаос и страх. Выжимая из себя последние силы, они беспорядочно палили, и, в отличие от прошлых боев, пули часто летели мимо цели.

— А-а-а-а! Сдохни! Сдохни же!

— Не подходите, ублюдки!

Но не все пули пропадали зря. Десятки голов взрывались, сотни тел разрывало на куски. Поле боя превратилось в море хаоса и ярости.

Ба-ах! Шин Хэ Джун пнул в живот бросившегося на него зараженного и прострелил ему голову, вывернул руку другому, сунул ствол ему в пасть и вышиб мозги. Чтобы увернуться от следующего, он подпрыгнул, в полете раздавил ногой голову зараженного и продолжал сражаться, сражаться.

А Хён тоже участвовала в битве, но не могла проявить свои обычные способности. В этом шумном хаосе ее сердце колотилось так громко, что она слышала его стук, а все тело наполняла тревога.

Непрекращающиеся взрывы, выстрелы, крики зараженных парализовали ее чувства. Она нажимала на курок дрожащими руками, но чаще всего промахивалась.

— Мин А Хён!

Хэ Джун подбежал к ней.

— Эй! Я тебя так учил? Соберись!

Он кричал злее, чем когда-либо, и А Хён прекрасно понимала его раздражение и гнев. Но, но... Беспомощность и страх, подступившие к горлу, давили на плечи.

Она пробормотала, давно растеряв уверенность дезертира, дерзившего приказам.

— И-исправлюсь.

— Исправишься или нет, смотри по сторонам, черт возьми!

Бам! Прикладом винтовки Хэ Джун снес голову зараженному, который бросился на А Хён сзади. Обычная А Хён легко увернулась бы от такой простой атаки, но сейчас с ней было что-то не так.

— Мин А Хён!

В этот момент зараженный, лежавший рядом с А Хён, внезапно вскочил и кинулся на нее. А Хён поспешно нажала на спуск, но поняла, что опоздала на долю секунды.

А Хён смотрела на того, кто встал перед ней, и с трудом разлепила губы, не в силах поверить своим глазам.

— Бригадный генерал?..

Шин Хэ Джуна укусили.

Ха-а, ха.

А Хён затащила Шин Хэ Джуна в наспех сделанный из контейнера пост и наглухо заперла дверь. Забаррикадировав вход столом и шкафом, закрыв единственное окно, она бросилась к Шин Хэ Джуну.

Она не помнила, как и в каком состоянии ей удалось дотащить его сюда. Нет, это не важно. А Хён осмотрела лицо Шин Хэ Джуна.

— Бригадный генерал. Очнитесь. Бригадный генерал!

Бледную кожу Шин Хэ Джуна уже оплетали черные вены, расходящиеся от места укуса. Если оставить все как есть, он превратится в зараженного меньше чем за пять минут. А Хён сильно нажала на место укуса и снова крикнула:

— Бригадный генерал. Вы меня слышите?

Только тогда Шин Хэ Джун медленно открыл глаза. Лопнувшие капилляры залили белки кровью, сделав их пугающе красными. Казалось, в глазах стоит кровь. Его губы, уже распухшие от инфекции, криво усмехнулись.

— Ха, блядь.

Ругаться даже в такой ситуации. «Вполне в его стиле», — подумала А Хён и почувствовала, как он схватил ее за руку.

— Младший лейтенант.

— Да, бригадный генерал…

— Убей.

Он приставил револьвер, который держала А Хён, к своему подбородку и расслабленно опустил взгляд.

— Убей, говорю. Хочу закончить жизнь человеком.

— ...

Он оказался в таком состоянии из-за ее невнимательности. Защищая ее. Вспомнив это, А Хён сжала кулак. А затем, стиснув зубы, покачала головой.

— Этого не будет.

Выдернув руку из его захвата, А Хён уронила револьвер на пол. Раздался глухой стук. Затем она взяла мачете и полоснула себя по руке. «Что за...» — не успел Шин Хэ Джун удивиться, как А Хён направила струю своей алой крови ему в рот.

А Хён, обладая антителами, знала, что ее кровь может вернуть зараженного в человеческое состояние.

— Кха!

Но с момента укуса прошло слишком много времени. Даже когда она пыталась влить кровь, его тело не принимало ее. Так не пойдет. Подумав мгновение, А Хён с силой прикусила собственную губу до крови. А затем, схватив Шин Хэ Джуна за подбородок, поцеловала его.