Когда мы в первый раз тянули жребий на «камень-ножницы-бумага» для распределения ночных дежурств, мы с Шин Хэ Джуном договорились по очереди спать и дежурить до восхода солнца. Ведь жребий и был брошен для того, чтобы определить эту очередность.

Но когда я открыла глаза, уже наступило рассветное утро и даже взошло солнце.

— Хорошо спала?

Шин Хэ Джун всё еще не спал.

А я, только что проснувшись, заставила свою сонную голову работать и, переводя взгляд то за окно, то на лицо Шин Хэ Джуна, с трудом пытаясь осознать ситуацию…

— Нет, почему вы меня не разбудили?!

Вскочила в испуге.

Угх!

То ли из-за того, что я слишком резко подскочила, у меня закружилась голова. Тело пошатнулось. Вопреки моим ожиданиям удариться головой о жесткий подголовник пассажирского сиденья, мой затылок приземлился на нечто весьма удобное.

— Что значит «почему не разбудил».

Конечно, он был военным, и его руки были грубоваты, но ладонь Шин Хэ Джуна, вопреки его характеру и атмосфере, оказалась теплее, чем я думала. Собственноручно поддержав мою голову, он невозмутимо переспросил, а другой рукой провел по подбородку, на котором слегка пробивалась колючая щетина.

Он что, хвастается своей красотой?

Ён Чхоль — отдельный разговор, но обычно мне не нравится помятый и изможденный утренний вид парня, не спавшего всю ночь. Видимо, всё дело было в лице. У чертовски красивого лица Шин Хэ Джуна была способность превращать даже грубую щетину в элемент томной декадентской красоты.

Почему этот человек с самого утра такой сексуальный и всё такое?

Нет. О чем я сейчас думаю? Шин Хэ Джун не сексуален. Абсолютно не сексуален. Нет, ну, объективно-то он всё-таки сексуален.

Это не мои личные предпочтения, а просто факт. В итоге, быстро согласившись с внутренним голосом, я мельком взглянула на его щетину, которая выглядела так, словно модель тщательно и намеренно ее отращивала и подравнивала.

— На что смотришь?

— Впервые вижу вас, бригадный генерал, с щетиной.

Не имея возможности соврать, я быстро ответила, и Шин Хэ Джун смерил меня раздраженным от недосыпа взглядом. Я не собиралась ни подкалывать, ни указывать на это, но, похоже, настроение у него было не из лучших.

— Как только прибудем в Канвондо, сбрею.

Вроде бы и не обязательно было это делать, но Шин Хэ Джун, видимо, всё же задетый моими словами, прикрыл подбородок рукой и указал на то, о чем я даже не подумала.

— Как я мог разбудить подчиненную, которая дрыхнет без задних ног, пуская слюни.

Что?

— Я пускала слюни?

От мысли о том, что я предстала в таком позорном виде, сон как рукой сняло. Я поспешно вытерла уголки губ. Мои до глупости неловкие движения служили доказательством того, насколько я была смущена. Шин Хэ Джун, словно не веря своим глазам, издал нечто похожее на смешок и покачал головой, сказав, что просто пошутил.

— Почему вы так шутите.

— Не знаю. Потому что ты милая?

— Вы с ума сошли?

Кто тут милый? Шин Хэ Джун был человеком, который никогда бы не посчитал меня милой. Конечно, я тоже не хочу, чтобы он считал меня милой. От одних фантазий мурашки по коже.

В обычное время я бы сказала еще что-нибудь, но я лишь бросила на него свирепый взгляд, так как он не ответил. Это было что-то вроде благодарности за то, что он не разбудил меня, пока я спала.

— Шутка. Теперь пришла в себя?

— Я уже давно пришла в себя. Спасибо за шутку.

— Для этого у тебя глаза еще не до конца открылись.

Заметив мой взгляд, Шин Хэ Джун сделал замечание. Я не ответила, лишь пару раз хлопнула себя по щекам и снова выпрямилась. Только тогда Шин Хэ Джун убрал руку, поддерживавшую мой затылок.

— Выйди и разомнись немного. Спала скрючившись.

Вместо ответа я огляделась по сторонам. Зараженных не было видно. Я осторожно вышла из машины и посмотрела за дорогу — вдалеке светало.

— Ха-а-ам.

Не пытаясь сдержать зевок, я хорошенько потянулась. Шин Хэ Джун, вышедший вслед за мной, тоже разминал затекшее тело, а посмотрев на меня, сделал лицо, словно говорящее «чего только не придумает».

Шин Хэ Джун не спал всю ночь в грязной машине, но всё равно выглядел так аккуратно, словно жил в другом мире. Даже складки на его форме, которую он носил почти с обсессивно-компульсивной педантичностью, казались намеренными. Если бы не эта грубая щетина, никто бы не подумал, что он всю ночь дежурил в машине на обочине.

Окончательно проснувшись, я пару раз пожала плечами, разминаясь. Видимо, из-за того, что я хорошо выспалась, самочувствие было отличным.

— Поспите немного по дороге в Канвондо. Я поведу.

Услышав мои полные амбиций слова, Шин Хэ Джун приподнял одну бровь. Похоже, ему не понравился мой снисходительный тон.

— Младший лейтенант Мин, ты?

Даже когда я просила называть меня Мин А Хён, звание «младший лейтенант», видимо, прилипло к его губам и не хотело отрываться. Если я не делала замечаний, Шин Хэ Джун периодически называл меня младшим лейтенантом Мин.

— А Хён.

Внезапно я вспомнила тот момент, когда он не называл меня младшим лейтенантом, и мое лицо вспыхнуло. Ах, блин. Чтобы скрыть покрасневшее лицо, я намеренно стала делать размашистые движения и заговорила:

— Да. Вы же видели вчера. Как я — вжик — крутанула руль и — вжик — поехала задним ходом.

Хоть это и сделала я сама, я действительно крутанула руль в такой невероятный момент, что даже сама была поражена. До такой степени, что любой, увидев это, не подумал бы, что я не умею переключать передачи.

Вспоминая вчерашний триумф, я изобразила движение рулем, а он смотрел на меня с несколько недовольным видом.

— Водишь двумя ногами или одной?

— Двумя!

— ...

Шин Хэ Джун, поджав губы в прямую линию и глядя на меня в упор, со вздохом «эх» открыл дверь водительского сиденья.

— Вы открыли ее, чтобы я села?

— Похоже на то?

— Да. Поэтому, пожалуйста, немного отойдите. Можете положиться на меня и спокойно поспать по дороге.

— Закрой рот и садись на пассажирское.

В отличие от меня, говорившей с триумфом, голос Шин Хэ Джуна был ледяным. Он сел в машину первым, оставив меня неловко почесывать затылок.

К чему такая реакция. Неужели он водит одной ногой. Но Ён Чхоль говорил, что нужно водить двумя ногами, чтобы быстро прорваться через зараженных.

На самом деле он всегда водил двумя ногами. Я уверена, ведь видела это не один и не два раза, сидя рядом.

Озадаченная реакцией, которая сильно расходилась с моими ожиданиями, я только хлопала глазами, а Шин Хэ Джун снова сел на водительское место. Затем он с жалким видом покосился на меня, садящуюся на пассажирское сиденье, и переключил передачу.

Клац, клац.

Сделав вид, что прислушиваюсь к звуку быстро переключаемой передачи, я отвернулась, почувствовав неловкость.

— Поехали.

— Есть.

Когда я без лишних слов кивнула на слова Шин Хэ Джуна, он сразу же тронулся с места.

И больше не открывал рот.

Всю дорогу до Канвондо.

Среди звуков переключения передач Шин Хэ Джуном, шумного рева двигателя джипа и далекого шума ползающих зараженных, его низкий голос, который, как мне не хотелось признавать, было не так уж и неприятно слушать, больше не звучал.

Вау. До смерти неловко.

Тишина, повисшая в этом пространстве, по-прежнему была неловкой, но, так как я уже пережила это однажды, она не казалась такой ужасной, как вчера. С другой стороны, пытаться завязать с ним разговор, чтобы нарушить эту тишину, тоже было бы странно. Если говорить, то лучше не вспоминать наши прошлые ссоры или то, что случилось позавчера... Я хотела перестать прятать свое покрасневшее лицо.

Вскоре мы подъехали к Канвондо. Я сидела прямо, только сжимая и разжимая кулаки, и Шин Хэ Джун, мельком взглянув на меня, небрежно покрутил ручку радио.

— Сегодня радио не слушаешь?

— Да. С вами, бригадный генерал, не хочу.

Мне не хотелось слушать, как человек, ставший хищником, слушая истории тоскующих по семье, рассуждает о том, насколько он никчемен, или учиться у него, как оценивать детей в качестве рабочей силы.

— Ха, как знаешь.

Шин Хэ Джун, видимо, не найдя что ответить на мой решительный отказ, снова закрыл рот. За его красивым профилем, на котором читалась легкая обида, показался указатель «Каннын».

— Похоже, отсюда начинается Каннын.

Добро пожаловать.

Джип, в котором ехали мы с Шин Хэ Джуном, быстро пронесся мимо указателя с приветственной надписью, испачканного кровью и кусками плоти. Шин Хэ Джун проверил приборную панель и сильнее надавил на педаль. Джип с ветерком мчался по автостраде, где было меньше брошенных машин, чем в других местах.

В тишине мы съехали с автострады и долго ехали по национальной трассе, пока не прибыли на место. Я вытянула ладонь перед Шин Хэ Джуном, который собирался подниматься по извилистой горной дороге.

— Подождите. Остановитесь.

— Зачем?

Я открыла рот от изумления, глядя на его лицо, выражавшее полное непонимание.

Он сумасшедший?