Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 46

Глава 46

— Больше всего люди боятся суда в загробном мире. Время на земле конечно, а адский огонь вечен.

Он думал, что упоминание ада заставит Аннет почувствовать вину, но она ответила так, словно только этого и ждала.

— Вы уже нарушили клятву, сэр. Вы предали короля Дельмаса.

— Я никогда не клялся этому королю в верности.

— Ваш господин — вассал Фербранте, а Фербранте присягал моему отцу. Значит, граф Рот и вы — подданные и рыцари моего отца.

Логика Аннет была безупречна. Если бы Роан еще существовал, это было бы неоспоримо. Но её королевство пало, а бывший король был меньше, чем призрак. Клятвы верности между лордами были скорее политическими контрактами.

Но указывать на это принцессе было бы жестоко, поэтому Райнгар решил сменить тему.

— Графиня, вы тоже давали клятву перед богами. Говорят, предательство мужа — самый тяжкий грех жены. Вы не можете не знать, что брачный обет священен.

— Клятва не имеет силы. Я давала её не по своей воле.

— Вы попадете в ад.

— Я уже в аду.

Аннет посмотрела на него прямо. Райнгар увидел в её глазах знакомый блеск. Тот самый, что он видел в ночь их первой встречи, когда поймал её под лавром. Решимость или, может быть, яд. Взгляд человека, который отчаянно бьется за жизнь.

— В каком бы аду я ни оказалась, разницы не будет.

Встретившись с этим твердым взглядом, Райнгар испытал сильное чувство дежавю. Лицо в боннете, рука в его хватке, ощущение хрупкости её тела — всё было точно так же, как тогда, и от этого по спине пробежал холодок.

Словно семена всего происходящего были посеяны в ту ночь, и, пока он не замечал, они проросли густыми лианами, оплетя всё его тело.

— Сочувствую, что вы в аду, но я — нет.

Поэтому Райнгар заставил себя быть предельно холодным. Словно разрубая воображаемые путы.

— Мне вполне неплохо живется, и умирать я не хочу. Хотелось бы прожить подольше. Я еще слишком многого не попробовал, чтобы умирать сейчас.

Саркастично усмехнувшись, он отпустил её руку. Отступил на шаг, увеличивая дистанцию, и слегка вздернул подбородок. Глаза Аннет, прижавшейся к стене, дрогнули, но она продолжила разговор, делая вид, что её это не задело.

— Вот как? И что же вы хотите попробовать?

Этот небрежно брошенный вопрос неожиданно больно кольнул в сердце.

Что я хочу попробовать?

Вместе с вопросом пришла мысль: он десять лет был оруженосцем. В прошлом году стал рыцарем и только-только начал пожинать плоды этого достижения.

Сын служанки Райнгар стал сэром Райнгаром, которого все признают и уважают. Если помолвка с Эбенами состоится, он станет лордом-консортом, а если переживет жену — отцом лорда.

Но… разве это то, чего я хочу?

Райнгар никогда раньше об этом не думал. Ему никто не задавал таких вопросов, и возможности подумать не было.

Он терпел тяжелую службу оруженосца, чтобы добиться признания как бастард графа. Стал рыцарем и пошел на войну, но нашел там лишь разочарование, а вернувшись после потери Эриха, не имел никаких особых желаний. Если бы не приказ графа, он бы даже не думал о женитьбе.

То, чего хочу я. Не то, что я должен делать, а то, что хочу попробовать.

Среди этих непривычных мыслей он смотрел на женщину перед собой. Он подумал, что хочет сорвать этот белый боннет и увидеть волосы, скрытые под ним. Ему стало интересно, каковы на ощупь эти золотистые кудри. Какой вкус будет у поцелуя, если обхватить ладонями её маленькое лицо. Если всосать её губы и проникнуть языком внутрь, как в его фантазиях.

То, что мысли зашли так далеко, было не по его воле, и от этого ему стало страшно.

— …Возможно, я внебрачный сын графа.

Сердце бешено колотилось. Выпалив это, Райнгар впился взглядом в лицо женщины. Он следил за малейшей реакцией, но Аннет не удивилась. Перед лицом греха, куда более тяжкого, чем нарушение клятвы, она не то что не отшатнулась, а ответила дерзко, словно только этого и ждала:

— А может, и нет.

Она знала. Знала всё и всё равно пошла на это.

— Мне всё равно. Вы мне всё равно нравитесь.

Аннет смотрела на него прямо. Райнгар больше не знал, что думать. Не понимал даже, что он чувствует. Смущение, стыд, растерянность и облегчение смешались в такой клубок, что у него свело челюсть.

Очнись. Не поддавайся.

— Клянусь, даже если вы будете так себя вести, я не стану помогать графине бежать.

— Почему вы думаете, что я хочу бежать? Я не собираюсь уходить отсюда.

— …

— Я останусь в этом замке. Ведь вы здесь, сэр.

Чем дальше, тем… Райнгар замолчал, глядя на Аннет. То ли от отблесков огня, то ли от чего-то еще, её глаза сияли особенно ярко.

Это всё ложь, это уловка, чтобы использовать меня для побега, — твердил он себе снова и снова, но не мог отвести взгляд.

— Если не побег, то чего вы от меня хотите?

— Чтобы я тоже нравилась вам, сэр.

— Это невозможно.

— Давайте делать то, что делают мужчины и женщины.

От одних этих слов в паху мгновенно потяжелело. Бросив эту ошеломляющую фразу, Аннет прикусила нижнюю губу. Он думал, это просто привычка, но нет — это было соблазнение. Неужели все благородные дамы так соблазняют? Райнгар впервые испытал жгучее сочувствие к рыцарям, которые пошли на связь с женами своих господ и погибли.

— То, что делают в спальне. Я хочу этого.

Как можно устоять перед таким искушением?

Больше он слушать не мог. Он протянул руку к женщине. Даже в тот момент, когда он схватил её за руку и потянул к себе, он всё еще колебался.

Позволить себя обмануть или воплотить свои фантазии в реальность? Пока он легко тащил её легкое, как соломинка, тело во внутреннюю комнату, пока усаживал её, почти вдавливая в ветхую кушетку, он отчаянно сопротивлялся самому себе.

— Сэр…

— Сидите здесь. И не попадайтесь на глаза.

Бросив это, он развернулся. Хотел закрыть дверь, но решил оставить открытой, чтобы следить за ней. Вернувшись к горну, он первым делом натянул сброшенную тунику, всё это время стоя спиной к женщине.

Если она заметит бугор в его штанах, он не мог ручаться за последствия. Судя по её напору, эта принцесса тут же бросится продолжать соблазнение.

Может, это всё-таки сон? Это точно реальность?

Одевшись, Райнгар подошел к окнам и закрыл ставни. Убедившись, что снаружи ничего не видно, он встал перед наковальней. С кушетки, где сидела Аннет, горн был виден по диагонали. В таком положении он пытался успокоить возбужденное тело и придумать, как выбраться из этого тупика.

В такое время в кузницу никто не приходит. Даже если кто-то увидит свет и заглянет, вряд ли он пойдет проверять заднюю комнату. Бруно может вернуться внезапно, но он, скорее всего, решит, что Райнгар развлекается со служанкой. Ему и в голову не придет, что переодетая графиня тайком пробралась сюда.

Это предположение немного успокоило. Пока она в таком виде, риск, что кто-то из гарнизона узнает Аннет, невелик. Главное, чтобы никто не услышал, как она говорит на общем языке.

— Послушайте, сэр…

— Вам лучше помолчать.

Вежливо приказав ей заткнуться, он даже не взглянул в сторону Аннет. Он встал перед наковальней, словно собираясь работать молотом, прикрывая пах.

Ему нужно было остудить разгоряченное тело, но мысли всё время возвращались к ней. Он представлял, как она сидит на кушетке и смотрит на него, и возбуждение не спадало. Сердце колотилось, всё тело было в поту, а прямо перед носом ревело пламя в горне.

Я точно свихнусь.

— Ах!

Вскрик Аннет раздался именно в этот момент.

Райнгар мгновенно повернул голову к комнате. Женщина, сжавшись на краю кушетки, смотрела куда-то в угол. Из-за боннета лица было не видно, но страх чувствовался кожей. Жук?

— Тут… тут кошка…

Аннет посмотрела на него, моля о помощи. Лицо под чепцом побелело. Кошка. В гарнизоне жило несколько кошек, и так как Бруно подкидывал им объедки, они часто заходили в кузницу. Видимо, одна из них, привыкшая чувствовать себя здесь как дома, оказалась в комнате.