Сдавленный насмешливый смешок До Юна дрожью отозвался на кончике языка Чхэ Гён. Ей уже было абсолютно плевать на нехватку воздуха. В голове билась лишь одна отчаянная мысль: пусть он скорее сделает с ней хоть что-нибудь.
И в этот момент его грубый большой палец, до этого лишь дразнивший её, надавил на клитор и принялся безжалостно его растирать. Влажные хлюпающие звуки от движений пальцев внутри тоже ускорились. Спину мгновенно прошило разрядом ослепительного удовольствия, а в голове всё смешалось в кашу, словно раздавленный переспевший фрукт.
— А-ах…
От рассудка не осталось и следа. Сейчас ей было абсолютно наплевать на своё жалкое положение, как и на то, что её руки всё ещё связаны.
В голове одна за другой вспыхивали яркие молнии. Ей казалось, что в её скучной, монотонной жизни подобного больше никогда не случится…
Но только за сегодняшний день это произошло уже дважды. Настолько легко, что становилось даже смешно. И в то же время пришло пугающее осознание. Осознание того, что значит для неё этот мужчина — единственный, кто способен вершить её судьбу.
Она с трудом сглотнула жадность, подступившую к самому горлу.
— А-ах!
Пальцы покинули её лоно и медленно заскользили по бёдрам. Когда Чхэ Гён высоко выгнула поясницу, у самых её губ эхом отозвался его низкий, хриплый смех.
— Ты всё такая же.
Всё такая же — в каком смысле? Ей безумно хотелось спросить, но она промолчала. Потому что мужчина, поднявший голову, смотрел на неё и открыто улыбался.
Она не хотела портить этот момент. Не хотела, чтобы эта улыбка, которая впервые за долгое время казалась искренней, исчезла. И от того, как его лицо врезалось в память, на душе стало так горько, что она снова до крови закусила влажные губы.
— Ну вот, и икота прошла.
Внимательно оглядев её, До Юн потянулся к прикроватной тумбочке. Бросив на одеяло несколько презервативов, он взял один и надорвал упаковку.
Сгорая от смущения, Чхэ Гён отвернулась к окну. Она смотрела на бесчисленные звёзды, а шелест разрываемой фольги резко разрезал ночную тишину спальни.
Раз у него припасено столько презервативов…
Эта неуместная мысль безжалостно полоснула по сердцу. У неё не было права упрекать его за то, что его прошлое отличалось от её собственного. Но разум и сердце существовали порознь, мучая её каждое по-своему.
Где-то глубоко в груди затрещали искры. Дешёвая, липкая ревность побежала по венам, отравляя тело. С одной стороны, она чувствовала облегчение от того, что сейчас рядом с ним именно она; с другой — сердце рвалось на куски при мысли о том, как всё могло бы быть, окажись на её месте другая.
Со Чхэ Гён. Вот кто ты есть. Для Хан До Юна ты не более чем просто… доступная женщина.
Едва она успела горько усмехнуться собственным мыслям, как сильные руки обхватили её под коленями и широко раздвинули ей ноги. Что-то тупое и твёрдое потерлось о её раскрытую плоть. Вздрогнув, Чхэ Гён повернула голову и увидела, что До Юн пристально смотрит между её ног, туда, где всё было пропитано влагой. Его кадык дёрнулся вверх и тяжело опустился.
— Не знаю, о чём ты там думаешь, но…
— …
— Может, перейдём к главному?
Его лёгкая улыбка была поистине прекрасна. Настолько соблазнительна, что, наверное, именно так и должен выглядеть дьявол, явившийся за душой по контракту. И в тот самый миг, когда она, словно заворожённая, смотрела на этого порочного мужчину…
— А-ах!
Все сомнения, терзавшие Чхэ Гён, мгновенно сгорели дотла. Огромная, раскалённая плоть безжалостно вторглась в её лоно. Спина вытянулась в струну. Боль, от которой волоски на теле встали дыбом, словно разорвала её изнутри.
— Д-До Юн-а… А-ах, подожди…!
Она попыталась отпрянуть, вырываясь изо всех сил, но всё было бесполезно. Мужчина, железной хваткой вцепившийся в её бёдра, явно не собирался отступать.
Сквозь пелену слёз она увидела его стиснутые челюсти. Желваки ходили ходуном от напряжения. Слегка нахмуренное, упрямое выражение его лица было ей слишком хорошо знакомо.
Именно так выглядел Хан До Юн, сжимающий руль на гоночной трассе.
Если гонка началась, он уже не остановится. Он из тех, кто добивается своего любой ценой.
Словно не слыша мольб Чхэ Гён, он приковал взгляд к одной точке. То, как До Юн неотрывно смотрел на место их соединения, было одновременно и знакомо, и пугающе. В этом взгляде читалось неистовое, почти звериное безумие. Казалось, он готов сожрать её живьём, и от этого по спине бежали мурашки.
«Ты сама на это напросилась», — его слова эхом отдавались в ушах. Он не собирался отступать, и от мощного толчка плечи Чхэ Гён подбросило вверх.
— Х-хнык… До Юн, а-а…
Её нижняя челюсть мелко дрожала. Несмотря на то что Чхэ Гён была насквозь мокрой, принимать его в себя оказалось сущей пыткой. Как вообще описать чувство, словно в тебя вколачивают раскалённый железный кол?
— Чуть-чуть, ах, помед… леннее… прошу…
Она всхлипывала и умоляла. И всё же даже не пыталась до него дотронуться. Белый пояс на запястьях давно ослаб, руки были свободны, но Чхэ Гён лишь судорожно комкала простыню.
И тут его грубые, безостановочные толчки внезапно прекратились.
С ледяным, непроницаемым лицом До Юн посмотрел на неё сверху вниз. Переводя взгляд с её рук, вцепившихся в простыню, на катящиеся по щекам слёзы, он вдруг грязно выругался.
— …Блядь.
— Слишком, а-а… давно не было, а-ах.
— …
— Я смогу, но, а-ах… он слишком большой… Поэтому, пожалуйста, просто чуть помедленнее, — тихо добавила она.
Уголки его губ вдруг дрогнули в свирепой усмешке. До Юн крепко зажмурился и сделал глубокий вдох. О чём он сейчас думает?
Может, жалеет о том, что вообще всё это затеял? Что, если его взбесили мольбы женщины, которая сама же уверяла, что стерпит всё?
Ей стало страшно. Страшно, что он сейчас скажет: «Хватит, забудь». Поднимет её, выставит за дверь и захлопнет её прямо перед носом…
— Я просто хотела сказать…
— Значит, просто помедленнее?
— …
— Так будет нормально? Чхэ Гён-а.
Сердце рухнуло вниз.
Чхэ Гён-а.
От того, как мягко он произнёс её имя, на глаза навернулись совсем другие слёзы. Словно она снова оказалась в прошлом, восемь лет назад, в ту самую штормовую ночь в Чумунджине. Чхэ Гён резко отвернула лицо.
Её грудь прерывисто вздымалась. Горло саднило от попыток проглотить подступающий ком. Да, она уже и так вдоволь наплакалась, и это могло показаться фальшивым, но именно сейчас, в этот самый момент, ей отчаянно не хотелось рыдать перед ним.
Сколько прошло времени?
Замерев на мгновение, он снова начал двигаться. Его толчки больше не были грубыми, и, чувствуя эту молчаливую заботу, Чхэ Гён тоже постаралась расслабиться, унимая колотящееся сердце.
— А-а, а-ах…
Чем глубже он входил, тем отчётливее становилось чувство распирания, и дышать становилось всё труднее. В месте их плотного соединения захлюпала скользкая смазка, а когда его пальцы грубо сжали её сосок, губы Чхэ Гён мелко задрожали.
— Ха…
Рука, разминавшая грудь, скользнула вниз по рёбрам. Провела по тонкой талии и сжала бедро. Чхэ Гён резко вдохнула.
И тут где-то глубоко внутри внезапно засвербило. Это было не снаружи, и она даже не могла понять, где именно, но ей до безумия захотелось, чтобы он достал до этого места.
— А-ах!
С мощным толчком он заполнил её до самого конца. Чувствительные стенки влагалища туго натянулись, обхватывая член, и головка с силой ударилась во что-то глубоко внутри.
— Я же говорил.
— А-а, хнык.
— Вы всё такая же, госпожа Со Чхэ Гён.
— Ха-ах…
— Так что дыши, Чхэ Гён-а.
«Я дам тебе кончить ещё раз». Низкий, издевательский шёпот обжёг её ухо. Словно отвечая на эти слова, из пульсирующего лона обильно потекла смазка. До Юн лизнул мочку её уха и возобновил толчки.
Он медленно выходил и с силой вбивался обратно. С каждым толчком её дыхание сбивалось, а жар от соприкасающейся кожи растекался по всему телу.
Как До Юн и обещал, давящее чувство распирания вскоре стало привычным. Резкая боль притупилась, уступив место тягучему наслаждению.
С каждым его ритмичным проникновением забытые ощущения просыпались одно за другим, словно вспыхивающие лампочки гирлянды.
Звонкие шлепки плоти о плоть наполнили спальню. Мужчина, неистово двигающий бёдрами, походил на обезумевшего от похоти зверя. Зверя, который, достав до самой шейки матки, отчаянно жаждал втиснуться ещё глубже.
— Вам нравится, госпожа Со Чхэ Гён? — прошептал До Юн.
Несмотря на агрессивный темп, его дыхание оставалось ровным, как и всегда. Словно на этом тонущем в бушующих волнах корабле находилась только она одна.
— А-ах, ах… д-да… А-ах!
Сокрушительная волна оргазма ударила по телу. По спине пробежала дрожь, а перед глазами взорвались мириады звёзд.
Она взлетела до самых небес, чтобы в следующую секунду рухнуть на землю. От немыслимого наслаждения запылали щёки, и слёзы брызнули сами собой. И в этот момент…
— Вы по-прежнему слишком доступны, — произнёс он ничуть не изменившимся тоном, не сбавляя бешеного темпа. — Госпожа Со Чхэ Гён.
И
он потащил её, всё ещё дрожащую в экстазе, на новую вершину блаженства.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
