Онлайн чтение книги Я молюсь, чтобы ты меня забыл Will You Forget Me
1 - 66

— Это всё, что я хотел сказать.

С самого начала твоей целью был не я, а другие военные. Ты прекрасно знал, что, сев за этот стол, окажешься среди стаи волков, и все же охотно согласился.

А потом затравил меня. Мое прошлое, которое все делали вид, что не замечают, было выставлено напоказ так, что игнорировать его стало невозможно. Те, кто должен был быть на моей стороне, перестали верить мне и поверили этому типу. Теперь мне будет еще сложнее продвигать свои планы в штабе.

«Этот хитрый ублюдок, похоже, уже успел навести на меня справки?»

И как он это использовал! Под этой кристально чистой внешностью скрывалась черная, как сточная вода, душонка.

Как только он услышал мой тост, он сразу понял, что тот был направлен против него, но ни на миг не позволил своей невинной маске помутнеть. Из-за этого я ошибочно подумал, что он не понял намека, и недооценил противника. Он даже заставил меня на мгновение усомниться в своих подозрениях и пересмотреть всё с самого начала.

«Ублюдок, он специально притворялся невеждой, а сам вовсю крутил шестеренками.»

Стоило мне потребовать назвать номер части, как он тут же использовал эту же тему против меня. Я недооценил его и пропустил удар, но проиграл не только я. В конце концов, он тоже раскрыл свою истинную сущность — прожженного мошенника.

«Этим ты только укрепил мою уверенность в твоей личности.»

Возможно, благодаря этому он отдалил от себя подозрения командования, но мои подозрения стали только сильнее.

— Теперь послушаем, о чем хотели поговорить вы, господин майор.

— Письмо.

Я расставил еще одну ловушку, на этот раз открытую. Шансов, что он попадется в ловушку, о которой знает, было мало. Я просто хотел посмотреть, как он будет выкручиваться, но он не стал уклоняться и сам шагнул в нее.

«Лживый язык ненавидит тех, кого он сокрушил, и льстивые уста готовят падение. Кто же прелюбодействует с женою ближнего, тот скудоумен; губитель души своей, он сделает это. Тот, кто оскверняет чужую плоть, осквернит и свою собственную.»

Получив листок с его каракулями, я не сдержал смешка. Кто бы говорил об осквернении чужой плоти — тот, кто обманом овладел чужой женой?

— Это твое покаяние?

Или, может быть, признание.

Спрашивать о традициях устно — самый простой способ застать врасплох. Но традиции могут немного отличаться в разных регионах даже одной страны, и противник легко может выкрутиться, сказав, что просто перепутал.

Даже когда я доложил о своих подозрениях, возникших из-за рождественских традиций, начальство отмахнулось, сказав, что любой может запутаться, если ему это неинтересно.

Но ошибки в правописании, которому учат по государственным учебникам? Тут не может быть региональных различий. И перепутать невозможно. К тому же письменное доказательство — это документ, от которого так просто не отмахнешься.

Как только он ушел, я разобрал почерк по косточкам. Орфография. Точность. Пунктуация. Никаких заметных ошибок. А цифры? Изогнутые линии двойки и семерки, которые я использовал как ловушку, словно насмехались надо мной: «Думал, я не знаю даже этого?»

— Проклятье.

Я ожидал, что он хорошо подготовился, раз уж притворяется учителем литературы, но чтобы знать все тонкости правописания и грамматики, в которых так легко ошибиться... Придраться было не к чему.

Я надеялся, что он не выберется из ловушки, но он вышел из нее так же легко и непринужденно, как и вошел. Я предвидел такой исход, но горечь поражения все равно была ощутимой.

«Скользкий, как змея.»

Я скомкал письмо, швырнул его и встал. Больше здесь оставаться не было смысла. Выйдя наружу и закурив, я заметил у входа на ферму слившийся воедино силуэт. Я цокнул языком, глядя, как хитрая змея обвивает свою жертву, сжимая ее в объятиях.

Я хочу эту женщину? Чушь собачья. Моя добыча — это он.

После легкого поражения мой боевой дух, до этого тлевший, разгорелся с новой силой.

Думаешь, я сдамся? Я человек, который пережил то дерьмо, зубами держался за армию и дослужился до этого места.

Я послал ему усмешку как последнее предупреждение.

«Ты не на того напал, шпион из Фолкленда, притворяющийся гражданином Хайланда.»

Мой взгляд встретился с взглядом неизвестного шпиона, скрывающегося под маской Йохана Леннера. Он не отвел глаз, а посмотрел мне прямо в лицо. Словно пытаясь прочесть мои мысли. Я с удовольствием представил его изрешеченное пулями тело и мысленно спросил:

«Не собираешься бежать?»

Ты ведь понял, что я разгадал твою сущность. Так беги. Разумеется, я сочту это признанием вины, арестую тебя и поставлю к стенке.

Но он не побежал, а, наоборот, направился ко мне.

— Йохан!

Оставив свою жертву, которая отчаянно звала его.

Зовет не того.

Лизе Айнеман, наверное, думает, что он пастух, который защитит её от волка — меня. Не ведая, что пастух и волк поменялись местами. Если благодаря мне она избежит расстрела за пособничество шпиону, тогда, возможно, она поймет, кто есть кто.

— Есть еще, о чем поговорить?

Спросил я, когда он нагло подошел и встал передо мной. И тут он выдвинул дерзкое требование.

— Я хочу честного ответа.

— На что?

Я решил, что это какая-то уловка, отчаянная попытка спасти свою шкуру, но «честный ответ», который он хотел услышать...

— Я тоже знаю, что вы, господин майор, знаете причину странного поведения Лизе в последнее время. Я не знаю лишь саму причину.

Всего лишь причина, по которой эта баба была не в себе? Это было нелепо.

— Ха...

Видимо, заметив мою усмешку, когда он оправдывался воздушными налетами, он догадался, что я знаю правду. Догадливый.

«Смотри-ка. Этот проницательный ублюдок прикидывается дурачком.»

Но даже самый проницательный шпион, видимо, не может прочесть мысли женщины, с которой делит постель? Впрочем, Лизе Айнеман — женщина с больной головой.

— Думаешь, я ее обижал? Обидно слышать. Эта бедняжка страдает из-за своей сломанной головы.

Он нахмурился. Сделав вид, что искренне беспокоится, он попросил рассказать подробнее. Кто бы говорил. Смех, да и только.

— Продолжай гадать.

Стану я рассказывать, что она сходит с ума из-за снов, где муж изменяет ей с другой? С чего бы мне делать ему такое одолжение?

— Впрочем, если захочешь показать ее врачу, я помогу. Приходи в любое время.

Он ни за что не придет. Если Лизе Айнеман с помощью врача вернет память, его прикрытие рухнет.

В конечном счете он беспокоится о себе больше, чем о ней, но притворяется заботливым мужем — это лицемерие вызывает тошноту. Сам использует ее, а меня выставляет подонком.

— Если вы хотите помочь Лизе, лучше всего будет, если вы перестанете проявлять к ней свой нездоровый интерес. Конечно, если вы искренне любите Лизе и она отвечает вам взаимностью, я готов отступить ради её счастья.

— ...Что?

— Но ведь вы преследуете её не ради её счастья, а ради собственного удовольствия. Я не намерен уступать жену мужчине, который сделает её несчастной.

Что он несет?

— Поэтому оставьте Лизе в покое. Если вы продолжите мучить мою жену, я тоже не буду сидеть сложа руки.

В этот момент я вспомнил доклад солдат, возивших рабочих в бункер. Он давал им взятки и пытался разузнать, действительно ли Лизе Айнеман только убирает мой кабинет.

Начал подозревать, что она изменяет со мной.

Казалось, он боится, что его марионетка спутается со мной и станет двойным агентом, поэтому и наводит справки. Но услышав этот бред, я вдруг подумал, что причина может быть совсем иной.

«Этот ублюдок что, всерьез начал считать её своей?»

Подобрал первую попавшуюся бабу для прикрытия, даже не настоящий муж, а туда же — чувствует собственничество?

«Или это тоже тонкая психологическая игра?»

Уловка, чтобы заставить меня расслабиться, делая вид, что не знает о том, что раскрыт.

«В любом случае, его не понять.»

Из-за этого в голове снова все запуталось. То ли это искусный блеф, чтобы развеять мои подозрения, то ли он действительно ни о чем не догадывается и искренне верит, что я хочу выставить его геем, чтобы увести жену. Но я не собирался долго ломать голову.

В любом случае, я сам решу, кто он такой.

— Герр Леннер, вы не планируете уехать отсюда?

Он нахмурился, словно не понимая, к чему этот внезапный вопрос.

Играешь ты или нет — неважно. Я сейчас своими устами скажу тебе, что знаю, кто ты. Твоя жизнь зависит от того, как ты отреагируешь в этот момент.

Жду не дождусь его реакции. Я облизнул губы и продолжил:

— Туда, на северо-запад, где вы жили раньше...

За реку Арген, например. Я уже собирался бросить ему в лицо, что знаю, что он из Фолкленда.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver