Онлайн чтение книги История о покупке одноклассницы раз в неделю Story About Buying My Classmate Once A Week
3 - 1 Я не могу уснуть из-за Сэндай-сан

Я не собиралась смотреть на неё так пристально.

Я просто смотрела, безо всякого умысла, но Сэндай-сан так и не расстегнула вторую пуговицу на блузке.

Обычный вечер после школы, обычная комната. Только Сэндай-сан вела себя иначе. В школе она оставляет расстёгнутой лишь самую верхнюю пуговицу, но, приходя ко мне, всегда расстёгивает и вторую — будто по какому-то негласному правилу. Однако сегодня эта пуговица оставалась на месте.

Мне было не по себе.

Если искать причину, почему пуговица не расстёгнута, то, думаю, виной тому «летние каникулы, когда мы делали не то, что обычно». 

В дни когда нет уроков мы не встречаемся.

Сэндай-сан, придумавшая это правило, сама же его и изменила, приходя ко мне домой во время летних каникул в качестве «репетитора».

Из-за этого изменённого правила мы виделись по три раза в неделю, и в итоге наши встречи наполнились вещами, далекими от учёбы. Мы ходили к ней домой, играли в «друзей», я отдавала ей слишком далеко зашедшие приказы. Мы должны были просто заниматься, а вместо этого наделали много такого, чего обычно не делаем.

— Какой будет сегодняшний приказ?

Голос раздался с противоположной стороны стола — такого, за которым при желании можно сидеть рядом. Я взглянула на неё

В прошлый раз, когда Сэндай-сан приходила сюда, она тоже не расстегнула вторую пуговицу. Но в сентябре, в наш первый учебный день после лета, она её расстегнула. То расстегивает пуговицу, то нет, это не давало мне покоя. В прошлый раз я промолчала, но если так пойдёт и дальше, у меня будет стойкое ощущение, будто она всё ещё зациклена на событиях лета, и я так и не смогу нормально сидеть с ней рядом. Раз уж с начала семестра мы видимся в третий раз, ей пора бы вести себя как обычно.

— Расстегни блузку.

Я озвучила приказ, чтобы вернуть необычную Сэндай-сан в её привычное состояние.

— Блузку?

— Да.

— Ну ты и извращенка, Мияги.

Ответ был неожиданным, но, вероятно, мои слова не были переданы точно. Она, должно быть, неправильно меня поняла.

— Я не в том смысле.

Я поспешила исправить её ошибку.

— А в каком?

— В том, что не нужно расстегивать всё. Вообще, это ты извращенка, раз  подумала, что «расстегни блузку» означает «расстегни всё».

— Я не говорила, что подумала на «всё».

— Не говорила, но ведь подумала же.

Стоило мне нажать, как Сэндай-сан призналась: «Ну, допустим». И продолжила:

— Ладно, если не всё, то сколько тогда расстегнуть?

— Одну. Расстегни вторую сверху.

— …А причина?

— Сэндай-сан, ты ведь всегда её расстегиваешь, когда приходишь сюда.

— Если так хочешь, чтобы я её расстегнула, перестань на меня так пристально смотреть.

— Я не смотрела.

— Хотя в прошлый раз, когда я была, ты глаз не сводила.

— Неправда.

Я поправила её неточное замечание. Я не собиралась смотреть пристально. И в прошлый раз я тоже этого не делала. Наверное.

— Ну хорошо, раз ты так настаиваешь, допустим, не смотрела. Значит, хватит одной пуговицы? — Сэндай-сан посмотрела на меня, словно закрепляя договорённость.

Даже если я скажу расстегнуть две, она всё равно этого не сделает. Третья пуговица — штука непостоянная: бывают дни, когда её позволено расстегнуть, а бывают — когда нет. Не знаю, какой день сегодня, но я и не хотела, чтобы она её трогала, и не верила, что она согласится.

— Я не знаю, сколько пуговиц хочет расстегнуть Сэндай-сан, но две или три расстегивать не нужно.

— Ну, тогда ладно.

Несмотря на лёгкий тон, Сэндай-сан не спешила.

— Это приказ. Расстегивай быстрее.

Стоило мне это сказать, как застегнутая пуговица наконец поддалась.

— Так пойдёт?

— Пойдёт.

В блузке с двумя расстёгнутыми пуговицами Сэндай-сан выглядела именно так, как я привыкла видеть её в этой комнате — не так, как в школе. Но чувство какой-то неправильности осталось, она всё равно казалась иной, чем до каникул. Я не могла смотреть на неё в упор, но и отвести взгляд не получалось. Я смотрела на неё неотрывно, словно играла в «найди отличия».

— Что такое? — раздался её подозрительный голос.

В такие моменты её реакция была обычной. Но то, что я не могла ухватить суть этого странного ощущения, меня раздражало.

— Хочешь, я снова сделаю тебе причёску?

Эти слова, обращённые к притихшей мне, зацепили моё внимание. В первый раз, когда она пришла в сентябре, она заплела мне волосы. Но странность была не в этом. Я посмотрела на волосы Сэндай-сан. Сегодня они были частично собраны на затылке — её стандартный образ вместе с формой. В таком виде она была «обычной Сэндай-сан». Однако во время каникул она чаще ходила с распущенными волосами, и мои воспоминания путались. Наверное, в этом и крылась причина дискомфорта.

— Мои волосы оставь в покое. Сэндай-сан, лучше ты свои распусти.

— Зачем?

— Просто так. Это приказ, распустить их ведь несложно?

«Ну да», — ответила она и принялась распускать волосы. Из-за того, что они долго были собраны, её волосы — более каштановые, чем мои — не ложились ровно. В отличие от лета, они шли мягкими волнами, и в моей голове летний образ наконец-то правильно смешался с нынешним.

— А теперь делай что хочешь, как обычно.

Приказы закончились, и я отдала остаток времени на откуп Сэндай-сан.

— «Как обычно» — это как?

— Поговори о чем-нибудь.

— О чем-нибудь... о чем угодно?

 — О чем угодно.

— Та-ак, ну дай подумать... — протянула Сэндай-сан.

Пока она размышляла, мои мысли снова унеслись в лето.

Тридцать первое августа. Последний день тех необычных каникул. Я не помню, чтобы ставила в календаре пометку «не забыть», но события того дня прочно врезались в память. Меня не валили, я не падала сама, но в какой-то момент моя спина коснулась пола, а всё поле зрения заполнила Сэндай-сан. Её губы коснулись меня, коснулись и руки. Проще говоря, мы едва не нарушили правило «никакого секса».

— Тогда у меня вопрос, — звонкий голос Сэндай-сан выдернул меня из воспоминаний в реальность. — Мияги, в какой университет будешь поступать? Сейчас уже пора бы определиться.

Я сказала «о чем угодно», но это был не очень хороший вопрос. Это была тема, которой мне не хотелось касаться, и я невольно нахмурилась. Сэндай-сан наверняка знала об этом и спросила специально.

— Ты сама просила меня поговорить, так что отвечай.

На самом деле я просто примерно выбрала вуз, и мне было просто неловко об этом говорить, а не то чтобы я что-то скрывала. Рано или поздно всё равно бы выяснилось. Пожалев, что не ограничила список тем, я назвала местный университет.

— А ты, Сэндай-сан?

Мне не то чтобы было интересно, но нужно было поддержать разговор.

— В другой префектуре.

Она ответила сухо и добавила название университета.

— Ты это серьезно?

Вуз, который она назвала, был из тех, куда не поступить, если ты просто «довольно умная». Насколько я знала, из нашей школы туда ещё никто не проходил. Наверняка и у неё не выйдет.

— Шучу. Я хотела туда, но это абсолютно невозможно, — Сэндай-сан улыбнулась.

— Так ты метила туда?

— Ага, хотя понимала, что не потяну.

Я подумала, что это шутка, но раз она не стала отрицать мои слова, значит, действительно собиралась пробовать. Не знаю, зачем ей такой крутой университет, но она прилежно ходит в подготовительную школу, так что, может, до сих пор не оставила этой мысли.

— Я сказала это только тебе, Мияги. Для остальных это секрет, ладно?

— Не скажу. У нас и так правило — не болтать о том, что происходит здесь.

— Верно.

Честно говоря, меня это тяготило. У нас и так было полно секретов на двоих, и новые мне были не нужны. Чем больше тайн, тем тяжелее они становятся, тем сложнее двигаться. Казалось, я скоро вообще никуда не смогу уйти от Сэндай-сан.

— А куда на самом деле подашь документы?

Чтобы хоть как-то разбавить тяжесть секрета, я спросила снова. Она опять назвала университет в другой префектуре. На этот раз планка была такой, что Сэндай-сан вполне могла поступить. Стало ясно — сейчас она не врет.

И всё же. Учитывая её оценки, это было ожидаемо, я и сама об этом догадывалась, но услышать от неё лично слова об отъезде было неприятно. Свежий секрет ещё беспокоил меня, но куда больше мои мысли занял этот её университет. Он будто скребся где-то в глубине души, вызывая противное чувство тревоги.

— Слушай, Мияги. Поступай в тот же университет, что и я.

Сэндай-сан выдала эту невыполнимую просьбу как нечто само собой разумеющееся. Учитывая мои оценки, это не тот университет, куда я могу легко поступить.

— Не говори чепухи. Я же не пройду.

— Да ничего подобного.

— Не хочу специально идти туда, где провалюсь.

— Провалишься или нет, не узнаешь, пока не попробуешь, а для подстраховки можно подать и в другой. Ты в последнее время серьезно занимаешься, думаю, если ещё немного постараешься, то сможешь поступить.

— Нет смысла идти в один университет.

— Может и так, но раз есть возможность, лучше идти в хороший вуз, разве нет?

— Исключено.

У меня не было ни малейшего желания прикладывать столько усилий ради хорошего вуза. К тому же наше время с Сэндай-сан ограничено выпускной церемонией. А значит, нет никакого смысла поступать вместе. Сэндай-сан и сама должна это понимать. И то, что она уезжает из префектуры, меня тоже совершенно не волнует. Да, вообще, ни капельки не заботит.

— Хватит об этом. Следующий приказ.

У меня не было идей для приказа. Но я не хотела продолжать этот дурацкий разговор о будущем, поэтому я судорожно пыталась придумать приказ, который можно было выполнить прямо сейчас.

— Опять приказ?

— Да. Слушай.

— Слушаю и повинуюсь, — Сэндай-сан даже не пыталась скрыть, что ещё не наговорилась.

И я задумалась. Приказ, приказ... Что-нибудь безобидное. Что-нибудь, чтобы заполнить время. Ничего не шло в голову. Но и молчать было нельзя. Если я быстро что-нибудь не скажу, Сэндай-сан снова начнет болтать о лишнем. Я закрыла учебник, отвела взгляд от Сэндай-сан и обвела комнату глазами. Кровать, шкаф, комод. Взгляд зацепился за книжную полку, и решение пришло.

— Почитай мне книгу.

— Ладно, а какую?

— Какую-нибудь скучную.

— Не интересную?

— От скучной быстрее потянет в сон.

— А, вот оно что.

Поняв, что её используют вместо колыбельной, Сэндай-сан встала. Она подошла к полке и, не раздумывая, вытянула одну книгу, после чего уселась на пол рядом с кроватью.

— Эта подойдет?

Эту книгу я купила только потому, что её любил главный герой одной манги, но она показался мне неинтересным, и я помню, что так и не дочитала её до конца.

— Читай её, — я устроилась на кровати и отдала команду.

— Хорошо.

Тонкие пальцы открыли книгу, вечно пылившуюся на полке. Я видела профиль Сэндай-сан, небрежно устроившись на полу со стороны подушки. Послышался шорох страниц и голос, читающий историю, которую я когда-то сочла неинтересной.

Я уже отдавала такие приказы раньше, и Сэндай-сан, как обычно, читала плавно и четко. Её голос — не слишком громкий и не слишком тихий — идеально заполнял комнату. В этой обстановке он звучал мягче и приятнее, чем в классе. Хороший голос.

Сэндай-сан, читающая книгу с двумя расстёгнутыми пуговицами, была той же самой Сэндай-сан, что и до каникул. Я не понимала, чем интересен читаемый роман, поэтому обычно мне сразу хотелось прилечь и уснуть. Но сегодня сон не шёл. Мне даже не хотелось ложиться.

И вины Сэндай-сан в этом не было. Наверное, это моя проблема.

В тот день, когда она заплетала мне волосы, я четко обозначила границы: наше время в этой комнате закончится на выпускном. 

Значит, после выпускного я больше не услышу этот голос.

Я сама так решила. Но после её слов о «другой префектуре» стало очевидно, что после выпуска она уедет далеко-далеко. И эта мелочь вдруг начала меня беспокоить. Я понимала, что мы больше не столкнёмся случайно на улице, но, видимо, не осознавала этого до конца.

— Ты разве не собиралась спать?

Скучная история внезапно оборвалась, и речь зашла обо мне, так и не прилегшей и всё ещё сидящей на кровати.

— Ложусь уже, продолжай.

Не чувствуя и намека на сонливость, я опустилась на подушку. Сэндай-сан протянула руку и без колебаний погладила меня по волосам. Я оттолкнула её руку.

— Читай дальше.

Она ничего не ответила, и прерванная история зазвучала вновь. Чистый голос щекотал слух. Спать не хотелось, поэтому я не закрыла глаза и стала смотреть на неё. Волосы падали на её красивое лицо, и я подумала, что они мешают. Зря я попросила её распустить их. Я придвинулась ближе к краю кровати, туда, где сидела она, и её голос стал ощутимо ближе.

Взгляд приковался к расстёгнутым пуговицам. Сейчас были видны только ключицы, но я видела и то, что скрыто дальше. Жарким летом я приказала ей раздеться, и Сэндай-сан послушно исполнила это. Хоть она сама и спровоцировала тот приказ, подобного больше не повторится, я больше не увижу её тела.

Ну и ладно. Разные университеты, её тело — всё это не имеет ко мне отношения. Университеты кажутся ещё скучнее, чем история, которую сейчас читают вслух. Я протянула руку и потянула её за волосы.

— Куда ты смотрела? — спросила она.

Я думала, она возмутится, что ей больно, но она сказала другое.

— Ты сидишь прямо тут, вот я и смотрела на тебя.

Я озвучила очевидный факт, на что она лишь недоверчиво хмыкнула. Но больше ничего не сказала. Сэндай-сан отложила книгу на кровать, повернулась ко мне и тихо вздохнула. А потом потянула меня за чёлку.

— Закрой глаза. Ты же спать собиралась.

Её ладонь накрыла мои глаза. В комнате сразу стало темно, я ничего не видела. Я схватила её за руку и убрала её от своего лица. Прямо передо мной была Сэндай-сан. Мы встретились взглядами, хоть я и не планировала этого.

Близко.

Она была гораздо ближе, чем мгновение назад. Я в панике отпустила её руку и задела книгу. Роман с глухим стуком упал на пол, но она даже не шелохнулась, чтобы его поднять.

— Сэндай-сан, отодвинься немного.

— Мияги, ты же сама ко мне придвинулась.

Признаю, первой приблизилась я. Но я не помню, чтобы пододвигалась настолько близко. Почему-то Сэндай-сан теперь буквально нависала над моим лицом.

— Допустим, но ведь и ты тоже придвинулась, так?

— Думаешь?

— Уверена. И вообще, не нужно читать книгу так близко ко мне.

Я слегка толкнула её в плечо, но она не шевельнулась. Её пальцы коснулись моей мочки. Она нежно погладила её, а потом слегка потянула. Кончики пальцев скользнули за ухо — стало невыносимо щекотно. Сэндай-сан продолжала эти медленные касания, которые так напоминали о лете, и я не выдержала — хлопнула её по руке.

— Прости, — Сэндай-сан на миг замерла с удивленным лицом, но тут же извинилась и снова ровно села на пол.

— Подними, — я приподнялась и указала на упавшую книгу. Сэндай-сан послушно взяла её, пролистала страницы и остановилась там, где повествование прервалось.

— Читать дальше? — бесстрастно спросила она.

— Нет, не надо.

— Не будешь спать?

— Не буду.

Точнее было бы «не могу уснуть», но ей знать об этом необязательно. Я забрала у неё книгу и положила её на подушку. Домашнее задание так и лежало заброшенным, но слезать с кровати не хотелось. Сэндай-сан, которой нечем было заняться, тоже не пошла к столу.

Из-за того, что приказ был выполнен наполовину, в комнате воцарилась странная тишина. Она была какой-то неприятной, я не могла просто сидеть спокойно. Хотелось что-то делать, и я начала легонько постукивать пальцами по книге.

Раздавался лишь этот тихий звук: тук-тук. Сэндай-сан прислонилась спиной к кровати. Сверху мне была видна её макушка — то, чего я обычно не замечаю. Пока я думала, что если протяну руку, то смогу коснуться её, Сэндай-сан словно вспомнила что-то, сказав: «Точно», — и продолжила:

— Класс Мияги уже решил, что делать на культурном фестивале?

Она заговорила о школьном мероприятии, запланированном на следующий месяц, и я тут же ухватилась за эту тему.

— Ещё нет. А у вас?

— Мои одноклассники совсем не горят желанием что-то делать, так что, скорее всего, отделаемся какой-нибудь выставкой.

— Везёт.

Этот внезапный разговор был куда лучше гнетущего молчания, и я с готовностью его поддержала. Если мы можем вести такие спокойные разговоры, я хотела бы, чтобы мы делали это раньше. Это куда лучше, чем обсуждать неприятную тему поступления. Между нами всё ещё есть неловкость, но мы приближаемся к нашему обычному состоянию.

— У Мияги всё не так?

— Последний фестиваль в школе, так что все полны решимости сделать что-нибудь запоминающееся.

По-моему, сплошная морока. Я сказала «все», но на деле это лишь половина класса суетится и спорит. Остальным наверняка всё равно, но тон задают самые активные и заметные ребята, так что возразить никто не смеет.

— Прямо-таки все полны решимости? И ты тоже?

— Я не особо. Думаю, сойдет что угодно.

— Вот это по мне, так проще, — Сэндай-сан обернулась и улыбнулась.

«Жаль, что мы не в одном классе», — эта фраза чуть не сорвалась у меня с губ при виде её мягкой улыбки, но я вовремя прикусила язык.

— Может, доделаем уроки? — Сэндай-сан посмотрела на стол.

— Не хочу.

— Тогда продолжить читать?

— …Нет, давай лучше уроки.

— Ну, тогда иди сюда.

— И без тебя знаю.

Я слезла с кровати и, поколебавшись секунду, села напротив Сэндай-сан.

◇◇◇

Пойти в университет.

Сэндай-сан говорила об этом ещё до каникул, и я даже без её слов догадывалась, что она выберет вуз в другой префектуре. Она просто подтвердила мои ожидания. Вот и всё.

Но это стало для меня небольшим шоком. Если быть точной, меня шокировало то, что я никак не могла выкинуть это из головы. 

Причину, по которой Сэндай-сан хочет уехать, я могла предположить по тому, что видела у неё дома летом. Она хочет вырваться из дома. Наверное, как-то так.

И если я права, то я не в силах изменить её решение.

Нет. Всё не так. Я вовсе не хочу менять её планы, в этом нет никакого смысла. Нашим отношениям придёт конец сразу после выпускного. В конце концов, это её жизнь, и не мне в неё лезть.

Я всё это понимала, но так и не смогла сдвинуться с места после того, как Сэндай-сан ушла. Я всё сидела там же, где сидела она. Ужинать мы вместе не стали, поэтому я ещё не ела. Но аппетита не было. Я вяло поднялась, взяла сменную одежду и пошла в душ. Если буду долго лежать в ванне, в голову полезут лишние мысли, поэтому я приняла душ и плюхнулась на кровать.

Если всё пойдёт так и дальше, я поступлю в местный вуз. До университета Сэндай-сан мне не хватит баллов, но я и не стремилась в элитное заведение, так что это не проблема. 

Вообще, Сэндай-сан слишком много на себя берет. Она даже не знает моих точных оценок, а несёт всякую чушь про совместное поступление. Если я скажу отцу, что хочу учиться в другой префектуре, он, скорее всего, согласится, но с моими нынешними баллами попасть туда же, куда и Сэндай-сан, абсолютно нереально. Даже с учётом наших летних занятий это почти невозможно. Увидев результаты промежуточных тестов в следующем месяце, даже Сэндай-сан скажет, что это невозможно.

Пытаться поступить туда, где у тебя нет шансов — пустая трата времени.

— …И зачем я вообще об этом так серьезно думаю?

Я перевернулась на другой бок и выключила свет. Отец сегодня снова не придёт. Мысль о том, что во всём доме сейчас темно, заставила меня почувствовать себя неуютно.

— Всё нормально.

«Мне совсем не страшно». 

Я прошептала это про себя и зажмурилась. Было слишком рано для сна, поэтому спать не хотелось совершенно. И всё же я крепко зажмурилась. Одна овца, две овцы... Я попробовала старый проверенный метод, но сон не приходил. В итоге я лишь немного подремала, так и не уснув глубоко, наступило утро, и мне пришлось идти в школу.

В классе голова от недосыпа была тяжёлой. Прошёл час, другой, но туман перед глазами так и не рассеялся. Я совершенно не помнила, о чём говорили учителя. Очнулась я только на третьей перемене, когда ко мне подошли Майка и Ами.

— Сиори, идём, — позвала Майка.

— А?

— Сейчас аудиовизуальный класс.

Ами тут же добавила: «Быстрее, быстрее!».

— А, да, сейчас.

Я поспешно вытащила учебник и тетрадь и встала. Не успела я проверить, всё ли взяла, как Майка схватила меня за руку: «Ну же, живей!». И я потащилась за ними по коридору. Вяло и неохотно.

Обычно я не из тех, кто рано ложится и рано встаёт, но чтобы я настолько расклеилась из-за бессонной ночи — такое бывало редко.

То, что я такая вялая — вина Сэндай-сан. 

Наговорила всякого про моё будущее, а я теперь из-за неё даже на уроках сосредоточиться не могу. Злость так и закипела во мне. В порыве раздражения я начала топать сильнее, и мои шаги гулко разносились по коридору. От этого звука в голове немного прояснилось, и я топнула ещё раз. Тут же раздался голос Майки:

— Сиори, смотри вперёд!

— Вперед?

— Сюда!

Майка потянула меня за руку. Тело немного наклонилось, и я перевела внимание с ног вперед.

Наши с Сэндай-сан глаза встретились. 

Э, Сэндай-сан?

Почему? 

Нет, в этом не было ничего странного — она же учится в этой школе, так что встретить её в коридоре вполне естественно. Но я никогда не оказывалась так близко к ней так внезапно. Пока я удивлялась тому, что очевидное и невероятное произошли одновременно, мы столкнулись плечами.

— Ой!

Это не было просто касанием: мы врезались друг в друга плечо в плечо, и это было больно. Я и так едва держалась на ногах после рывка Майки, а тут окончательно потеряла равновесие и едва не упала, вскрикнув от неожиданности.

— Сиори, ты как? — Майка подхватила меня.

— В порядке, — ответила я, выпрямляясь.

Я перевела взгляд с Майки на Сэндай-сан и увидела рядом с ней Ибараки-сан и её подруг.

— Хадзуки, ты не ушиблась?

— Нет, всё нормально.

Я не могла отвести глаз от Ибараки-сан, которая участливо расспрашивала Сэндай-сан — совсем как Майка меня.

Место рядом с Сэндай-сан — моё.

Эта фраза всплыла в голове, и пока я пыталась её отогнать, послышался знакомый голос: «Прости».

— Всё в порядке?

Сэндай-сан сказала это тем самым приветливым голосом, который редко издает в моей комнате, и пристально посмотрела на меня. С такой Сэндай-сан мне не по себе Я отвела взгляд.

— ...В порядке. Это ты прости. Я задумалась.

Если и искать виноватого, то это, конечно, я. Я смотрела вперёд, но ничего не видела. Пропустила предупреждение Майки. 

Если копнуть глубже, то причина была в Сэндай-сан, но здесь я такого сказать не могла.

— А ты? В порядке? — почему-то у меня язык не повернулся назвать её «Сэндай-сан», и я обратилась к ней словами, которые уже много раз звучали в этом месте.

— Со мной всё хорошо. Давай подниму.

Сэндай-сан наклонилась за учебником, упавшим на пол. Только тут я поняла, что выронила и учебник, и тетрадь.

— Ой, не надо, я сама.

Я присела, чтобы поднять тетрадь. Когда я потянулась за пеналом, Сэндай-сан вдруг схватила моё запястье.

— Я подниму, — сказала она мягким тоном.

Но руку не отпустила. Она сжала моё запястье так сильно, что стало больно.

— Я сама подниму.

Будь мы в моей комнате, я бы просто приказала ей немедленно меня отпустить. Но здесь была школа, поэтому я постаралась выбрать максимально спокойные слова.

— А, извини.

Рука, сильно сжимавшая мое запястье, разжалась.

— Это всё? — спросила Сэндай-сан, протягивая мне учебник.

— Да, всё. Спасибо.

— Не за что.

Она одарила меня улыбкой, безупречной, как у куклы, и зашагала прочь. Она сразу исчезла из моего поля зрения, и слышен был только голос Ибараки-сан, эхом отдающийся в коридоре. Я отряхнула учебник и тетрадь. Заодно похлопала по пеналу и позвала Майку с Ами: «Пошли».

— …Ты что-то сделала Сэндай-сан? — Майка подозрительно сощурилась.

— В смысле?

— Она на тебя так смотрела, жуть просто. И за руку схватила. Ты её чем-то обидела?

— Да нет, ей, наверное, просто больно было. Мы же сильно столкнулись.

Не думаю, что она как-то по-особенному на меня смотрела. А вот запястье болело. 

Следа не осталось.

Не знаю, зачем она это сделала. Я посмотрела на свою руку. Она выглядела точно так же, как и до столкновения. На мгновение я поймала себя на мысли, что было бы лучше, если бы на ней осталось хоть что-то, и тяжело вздохнула.