Онлайн чтение книги История о покупке одноклассницы раз в неделю Story About Buying My Classmate Once A Week
4 - 8 Время, оставшееся нам с Мияги

Не видеться до окончания вступительных экзаменов.

Мияги, выдвинувшая это вполне уместное и разумное предложение, теперь, когда всё осталось позади, бездельничала. И я, и она сдали все необходимые экзамены. Результаты были ещё неизвестны, но мы сделали то, что должны были, поэтому могли с полным правом позволить себе расслабиться. Однако из-за того, что при встрече я с ходу спросила, как прошли экзамены, у Мияги испортилось настроение.

О том, что она не хотела слышать этот вопрос, я догадалась в первые же секунды нашей встречи. Но и не спросить не могла.

Всё-таки не стоило это приносить.

Со своего обычного места я посмотрела на сумку, в которой лежал шоколад.

Меня вызвала Мияги, и я до самого последнего момента сомневалась, брать ли его с собой, а теперь окончательно упустила подходящий момент для вручения, так и не достав его из сумки.

Валяющаяся на кровати Мияги пребывала совсем не в том настроении, когда хочется дарить шоколад. К тому же до Дня святого Валентина оставалось ещё немного времени, что делало ситуацию более неловкой. Вдобавок ко всему, я так и не знала, успешно ли она сдала экзамены. Я принесла его, думая отдать при первой же встрече, ведь было неизвестно, когда капризная Мияги позовёт меня в следующий раз, но, возможно, это оказалось ошибкой.

Этот год настолько отличался от прошлого, что я с ностальгией вспоминала, как в прошлом году смогла подарить шоколад, ни о чём не задумываясь.

То, что из-за свободного посещения мы не ходили в школу, придавало шоколаду ненужную значимость. В прошлом году я сделала порцию для Мияги заодно с шоколадом для Умины и остальных. Но в этом году выходило так, словно я приготовила его специально для Мияги.

Я привыкла отмечать всякие сезонные праздники.

Не то чтобы это было моим девизом, но когда ты с друзьями, волей-неволей приходится в них участвовать. Поэтому на День святого Валентина мы обменивались шоколадом.

Так было и сегодня.

В прошлом году Мияги говорила, что не обменивается шоколадом с друзьями, но я всё равно планировала его подарить. 

Я собиралась сделать это, даже если для Дня святого Валентина было ещё рановато, однако без предлога «заодно с друзьями» вручить его оказалось сложно. Да и Мияги, по сути, не была мне подругой, так что, похоже, шоколаду так и не суждено было дождаться своего часа.

Я встала и подошла к книжной полке.

Погладив черного кота, сидевшего перед мангой, я стала проверять, не появились ли новые книги, когда сзади раздался голос:

— Сэндай-сан, это тебе.

Я обернулась и посмотрела на Мияги — она уже успела слезть с кровати и стояла, держа в руках перевязанную лентой коробку. Коробка была не очень большой.

— Это что?

Я вернулась к столику, так и не взяв мангу, а Мияги всучила мне красную коробку, словно силой навязывая её.

— Попалась на глаза, когда ходила по магазинам.

Я села, разглядывая оказавшуюся в моих руках коробку.

Как ни крути, она была упакована явно ко Дню святого Валентина, и на ней даже красовалось название бренда. Внутри, без всяких сомнений, лежал шоколад. Вот только то, что Мияги дарит мне шоколад — было чем-то невозможным.

— ...Разве скоро не День сушёных сардин?

Именно так Мияги назвала День святого Валентина в прошлом году.

Я это хорошо запомнила.

Учитывая это, я бы не удивилась, окажись в коробке сушёные сардины.

Я посмотрела на севшую рядом Мияги.

На её лице, как всегда, читалось легкое недовольство.

— В прошлом году Сэндай-сан сама сказала не нести чушь в стиле непопулярных парней, так что если не нужно, возвращай.

Слова Мияги окончательно убедили меня в том, что внутри был шоколад.

— Беру. Спасибо. И у меня тоже кое-что есть.

Я торопливо открыла сумку и вытащила из неё коробку с шоколадом.

Другого такого шанса могло и не представиться.

— Держи, хоть и немного рано, но это порция для Мияги. Ручной работы.

Я протянула ей коробку, завернутую в бледно-розовую упаковочную бумагу. Это было далеко не самое изящное вручение, но на красивые жесты у меня не осталось ни душевных сил, ни самообладания.

— В школу не ходишь, а Ибараки-сан и остальным всё равно специально приготовила и раздала?

Видимо из-за того, что я выразилась так, словно приготовила и для других, Мияги сама додумала то, чего на самом деле не было, и посмотрела на меня.

— Мм, ну да. Можешь открывать. Мне свою тоже открыть?

Я невольно солгала там, где в этом не было необходимости.

Почему-то мне было трудно признаться, что я сделала его не заодно, а только для Мияги.

— Как хочешь, — сухо бросила Мияги и начала снимать упаковочную бумагу с подаренной мной коробки.

Я тоже аккуратно, стараясь не порвать, сняла обёртку. Открыв коробку, я увидела внутри шесть конфет.

Точно такое же количество, что я подарила ей в прошлом году.

Не думаю, что Мияги запомнила это и специально подобрала нужное количество. Скорее всего, это вышло случайно, но было приятно получить в ответ столько же конфет, сколько я подарила в прошлом году. Да ещё и от той самой Мияги, которая никогда не делала ответных подарков на Белый день.

Хотелось бы, конечно, чтобы она вручила их в чуть более приподнятом настроении, но если бы такое произошло, то завтра непременно наступил бы конец света.

— Точно. Может, покормить тебя с рук, как в прошлом году?

Я указала на шоколад, который подарила Мияги.

Шоколад в её руках был таким же трюфелем, что и в прошлом году, и в том же количестве. Я думала сделать что-то другое, но решила, что дарить что-то слишком замысловатое будет чересчур, и отказалась от этой идеи.

— Не надо, я сама поем, — произнесла Мияги, взяв белую конфету, обсыпанную сахарной пудрой. И затем одним махом отправила в рот это маленькое лакомство, которое я сделала специально поменьше, чтобы его было удобно есть.

Выражение её лица не изменилось.

Она не делилась впечатлениями, поэтому я не могла понять, вкусно ей или нет.

Пальцы Мияги дёрнулись, словно она колебалась, взять ли ещё одну конфету, а затем вытянули салфетку из спины крокодила.

— Вкусно? — спросила я вытиравшую пальцы Мияги, и в ответ раздалось тихое «угу».

— …Спасибо, — добавила она.

В прошлом году она тоже меня поблагодарила, но я всё равно почувствовала облегчение. Уж лучше услышать, что это вкусно, чем наоборот, да и слова благодарности радовали. Хотя она сказала не «вкусно», а «угу», но я и не рассчитывала на такие прямые слова от Мияги.

— А Сэндай-сан не будет есть?

— Буду.

— Тогда дай мне. — Мияги указала на шоколад передо мной.

— Это приказ?

— Приказ.

— В смысле, ты же не просишь вернуть его?

Я, конечно, понимала, что дело в другом, но на всякий случай переспросила.

— Я такого не говорила.

Почувствовав облегчение от её отрицательного ответа, я покорно передала ей шоколад вместе с коробкой.

— Открой рот, — велела Мияги, взяв одну квадратную конфету.

— …Ты что-то задумала?

Я инстинктивно отстранилась.

Наверное, Мияги собиралась покормить меня шоколадом.

Но это само по себе было странно.

Она ни за что не стала бы кормить меня просто так.

«Мияги кормит меня с рук»

Подобное случалось и в прошлом, но в памяти остались лишь неприятные последствия. Сам факт того, что она приготовила для меня шоколад, казался невозможным, а уж в то, что она будет нормально кормить меня им, я тем более поверить не могла.

Раз уж она прибегла к приказу, чтобы накормить меня, значит, в этом точно что-то крылось. Мияги, которая не выкидывает никаких странностей — не Мияги.

— Если хочешь есть сама — пожалуйста, — грубо бросила она и попыталась вернуть взятую конфету обратно в коробку.

Я поспешно схватила её за руку.

— Прости. Покорми меня.

Меня беспокоило, какие дополнительные опции будут прилагаться к этому кормлению, но, поскольку в конечном итоге мне всё равно придётся смириться с любыми, даже самыми неприятными последствиями её приказа, переживать об этом было бессмысленно.

— Тогда рот.

Слово «открой» было опущено, но как только я послушно открыла рот, квадратная конфета приблизилась ко мне. Она тут же протолкнула шоколад мне в рот прямо вместе с пальцами, которые сразу коснулись моего языка. То ли шоколад растаял от температуры тела, то ли что, но кончики её пальцев были сладкими. Когда я прикусила пальцы вместе с шоколадом, Мияги отдернула руку.

Во рту остался только шоколад.

Он был не слишком сладким и не горьким.

Я посмотрела на Мияги.

Она не подавала признаков того, что собирается выкинуть что-то странное, и не тянулась за новой конфетой. Приказ оказался в точности таким, как прозвучал, и, судя по всему, без всяких опций.

— Вкусно? — Мияги повторила те же слова, что я сказала ей чуть раньше, и вытерла пальцы салфеткой.

— Хочешь попробовать?

Шоколад был вкусным.

Но мне не хотелось объяснять это словами.

— Я же подарила его Сэндай-сан, так что не хочу.

— Можешь не переживать об этом, — сказала я, схватив Мияги за руку.

Когда я легонько потянула её к себе, между бровей Мияги залегла морщинка. Но она промолчала. Поэтому я просто притянула её ближе и приникла к её губам.

В последний раз мы целовались в тот день, когда я во второй раз наложила «заклинание».

С тех пор мы вообще не виделись.

Возможно, она так легко позволила себя поцеловать именно из-за того, что прошло столько времени.

Я раздвинула языком её плотно сжатые губы.

Мияги вцепилась мне в руку. Однако сопротивляться не стала. Её нельзя назвать инициативной, но мне было позволено проникнуть к ней в рот. Обычно она бы разозлилась и сказала, что это никакая не дегустация, но сегодня Мияги была на удивление покладистой. Это заставляло немного волноваться, но желания отстраняться не возникало, и я коснулась её языка.

Я дотронулась до его кончика, но реакции не последовало. Когда я с нажимом сплела наши языки, хватка на моей руке усилилась. От влажного языка мне передавалось тепло тела Мияги.

Язык был горячее её рук, и сердце забилось чаще.

Поцелуи с Мияги всегда были сладкими.

Было ли это из-за шоколада, который подарила она, или из-за того, что подарила я — не знаю, но было сладко. А может, шоколад тут вообще ни при чём, но эта бесконечная сладость вызывала желание коснуться Мияги ещё глубже.

Я целовала её так сильно, будто кусая.

Было жарко, сладко и не хватало воздуха.

Я отстранилась, когда стало трудно дышать.

Скорее уж это я продегустировала Мияги, так что теперь, казалось, она точно должна была разозлиться.

— Я так и не поняла, какой вкус, — Мияги упёрлась руками мне в плечи, разрывая дистанцию.

— Тогда нужно продолжать, пока не поймёшь.

— Быстрее будет съесть самой, — сказала она низким голосом, хоть и не казалась рассерженной, и потянулась к коробке, которая вроде как уже стала моей.

Прежде чем она успела взять конфету, я перехватила её запястье и потянула на себя.

— Сэндай-сан!

Голос прозвучал недовольно, но слова «прекрати» не последовало. Поэтому я без стеснения поцеловала её снова. В этот раз её губы были слегка приоткрыты, и я беспрепятственно скользнула внутрь языком.

Всё-таки сладко.

Не знаю, откуда бралась эта сладость, но Мияги была такой сладкой, что мне хотелось ещё, и я проникла языком глубже.

Руки Мияги вцепились мне в плечи.

Пальцы больно впились в кожу.

Меня насторожило, что Мияги, которая обычно в таких случаях пыталась меня оттолкнуть, не делала этого, и я отстранилась сама.

— Сегодня не злишься? — спросила я, и между бровей Мияги снова залегла морщинка.

— Раз знаешь, что разозлюсь, так не делай этого, — она высказала мне своё недовольство.

Но по-настоящему так и не рассердилась.

◇◇◇

Завтра наступит конец света.

Если бы в новостях передали нечто подобное, я бы поверила без малейших сомнений.

Настолько странно вела себя Мияги.

После обмена шоколадом она вызывала меня ещё несколько раз, но ни разу не злилась и не отдавала странных приказов. Настроение у неё не сказать чтобы было очень хорошим, но она много болтала и позволяла себя целовать.

Я смотрела в потолок своей комнаты, казавшейся такой неуютной по сравнению с комнатой Мияги. 

Такой Мияги просто не могло существовать. 

Хотя, если подумать, не злиться и разговаривать — это нормальное человеческое поведение. Даже с обычными знакомыми люди общаются спокойно, а значит, в такие моменты Мияги просто вела себя как адекватный человек. Наверное, та Мияги, которую я видела в последнее время — это Мияги, находящаяся в компании Уцуномии и других.

Возможно, куда более странно то, что я тревожусь, видя такую Мияги.

Прислонившись к спинке кровати, я посмотрела на копилку, стоящую на комоде.

Купюры по пять тысяч иен, забитые внутри неё.

Я не знала, сколько их там набралось, но на мгновение подумала: «Если бы не они...» Не будь этих сделок за пять тысяч иен, я бы не сблизилась с Мияги и не думала бы о ней в таком ключе. Я могла бы просто ждать выпуска, заботясь только о себе.

Как же всё сложно.

И я, и Мияги, и вообще всё.

Радоваться, что мы с Мияги вдоволь наговорились, или что она не отдавала дурацких приказов...

Было бы здорово, если бы я могла просто радоваться этому, не выискивая скрытый смысл. Но сейчас мне казалось: чем добрее ко мне Мияги, тем хуже будет финал всей этой истории.

Оглядываясь назад, я понимала: всё, что связано с нетипичным поведением Мияги, не приносило хороших воспоминаний.

Поэтому мне хотелось сомневаться в её поступках, и казалось, что в каждом её действии кроется какой-то подвох.

Будь я Уцуномией, я бы наверняка смогла принять нынешнюю Мияги без тени сомнений. Увидев, как она много болтает без всякого недовольства, я бы обрадовалась, решив, что она, вероятно, откажется от нашего уговора разойтись после выпускного. 

Но я так не могу. 

Не думаю, что Мияги меня ненавидит: иначе она не позволяла бы себя целовать и трогать. Однако кажется, что она вроде бы и принимает меня, а вроде и нет. Я совершенно не понимаю её намерений, но кажется, чем сильнее мне хочется отменить наш уговор, тем с большей вероятностью эта разыгрывающая доброту Мияги выдаст мне совершенно противоположный ответ.

Да и вообще, результаты экзаменов уже объявили, а Мияги даже не соизволила связаться со мной.

О том, что я поступила, я ей уже сообщила. И даже услышала от неё поздравления.

Однако сама Мияги, несмотря на обещание рассказать о своих результатах, молчала. Не то чтобы у меня не было способов узнать, сдала она или нет, но раз уж я покорно жду, ей стоило бы поскорее сообщить мне.

«Поступила».

«Провалилась».

Могла бы прислать хотя бы такое короткое сообщение.

— Написала бы уже быстрее. — Я мысленно добавила «дура» и встала.

Бросилась на кровать и закрыла глаза.

Было только начало десятого, так что для сна ещё рановато.

Да и ванну я ещё не принимала.

С тяжелым вздохом я взглянула на экран смартфона, зазвонившего прямо под ухом.

— ...Мияги.

Она позвонила настолько вовремя, словно прослушивала меня, и я невольно приподнялась.

— Только не говори, что в университет ты не поступила.

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

Я чувствовала вину за то, что первым делом подумала о плохом результате, но поскольку она так и не сказала мне прямо, как прошли экзамены, ничего не попишешь.

— Алло, — произнесла я в трубку ни слишком радостным, ни слишком мрачным тоном, и вместо гудков, которые неясно сколько раз уже прозвучали, услышала голос Мияги.

— Поступила.

— А?

— Я поступила в тот же университет, что и Майка. Конец доклада.

— А, о, поступила, значит. Тогда...

Заставив меня столько ждать, она отрапортовала всё так сухо, что нужные слова не спешили срываться с языка.

Пойдёт ли она в тот же университет, что и Уцуномия, или не пойдёт?

Мы не договаривались о том, что она мне это расскажет, но я хотела знать. Однако прежде, чем я успела спросить, что она выберет, Мияги заговорила первой:

— И ещё, есть фильм, который я хочу посмотреть.

— Фильм?

Слова, совершенно не связанные с университетом, были брошены настолько внезапно, что на языке завертелось совсем не то, что я собиралась сказать. К тому времени, как я поняла, что даже забыла поздравить её, в трубке уже раздалось «ага» от Мияги.

Мои мысли не поспевали за разговором, который сменил направление с невообразимой скоростью. Мияги молчала, да и, несмотря на поступление в университет, особой радости в её голосе не чувствовалось. В итоге я так и не смогла произнести забытое поздравление.

Эта Мияги всегда такая.

Говорит всё, что вздумается, не думая о других, а потом замолкает.

Что до меня, то я постоянно завишу от перепадов её настроения, но всё равно не могу перестать о ней беспокоиться. Я считаю эту роль неблагодарной, но и отказаться от неё тоже не могу. Вот и сейчас я раздумываю, что бы ей сказать.

— На этом всё, — обронила Мияги.

Но я понимаю: это ещё не конец. Просто следующий шаг должна сделать я.

— Ты, случайно, не в кино меня зовёшь?

— Если не хочешь, чтобы звала — забудь.

— И когда мы пойдём?

Мияги неохотным тоном назвала дату, которую наверняка определила заранее.

«Как же не вовремя», — подумала я.

— Я бы хотела пойти, но в этот день я занята. Можно немного раньше или позже?

На том конце линии Мияги протяжно промычала.

Разговор о поступлении в университет незаметно перетёк в обсуждение похода в кино, и было очевидно, что если я попытаюсь вернуть тему в прежнее русло, о кино можно будет забыть. В таком случае, поход в кино должен был стать приоритетом.

Об университете лучше поговорить лично, глядя друг другу в глаза.

Будет неловко, если я начну в спешке расспрашивать её сейчас и услышу в ответ что-то неприятное.

— Тогда лучше раньше. Как насчет завтра?

Я согласилась, и Мияги назначила время и место встречи. Они в точности совпадали с теми, что были во время летних каникул, когда мы вместе ходили в кино, отчего у меня на душе стало неспокойно.

И то, что Мияги сама предложила посмотреть фильм, и то, что она специально выбрала то же время и место, что и на летних каникулах — всё это казалось до жути странным. Из-за нарастающей тревоги я уже собиралась спросить её о причине, как вдруг Мияги произнесла:

— Сэндай-сан.

— Что?

— Что у тебя за дела из-за которых ты будешь занята?

— Я поступила в университет, так что поеду смотреть квартиру.

Я буду жить там одна.

Это было решено с того момента, как я поступила в университет, в который хотела, поэтому я собиралась ехать на поиски жилья. Был, конечно, вариант сделать это на весенних каникулах, но на курсах мне сказали, что с поиском квартиры лучше не тянуть.

— А что будет делать Мияги?

— В смысле «что»?

— Разве тебе не нужно искать квартиру, если ты поедешь в тот университет?

Я заговорила об университете, как бы между прочим.

Мне казалось, что такой вопрос задать можно.

— Может, я останусь здесь.

— А если всё же поедешь?

— ...Буду жить в общежитии.

— Разве ты сможешь жить с посторонними людьми?

— Папа занят, у него нет времени ехать со мной смотреть квартиры. Если с общежитием ничего не выйдет, буду думать уже потом.

Мияги говорила об этом так, словно всё было уже решено. По её голосу, отвечавшему без запинки, было понятно, что она уже определилась. Наверняка она пойдёт в тот же университет, что и Уцуномия, и правда будет жить в общежитии. Но начни я допытываться, она сто процентов заявит, что ни за что туда не поедет.

— Как же у тебя всё легко и просто. Ну и ладно. Так что за фильм будем смотреть?

— А что ты хочешь посмотреть, Сэндай-сан?

— Мияги, это ведь ты сказала, что есть фильм, который ты хочешь посмотреть.

Тут уж я не могла не докопаться.

Слова Мияги расходились с тем, что она говорила ранее.

— Я просто спросила, на всякий случай. Смотри не забудь про завтра. Спокойной ночи, — произнесла она холодным голосом, и закончила звонок, не дожидаясь моего ответа.

Высказала, что хотела, и бросила трубку.

Всё-таки Мияги — это Мияги.

Она действительно вела себя странно в последнее время, да и сегодня тоже. Но её эгоистичность осталась при ней.

Странное поведение Мияги вызывало у меня дурное предчувствие, которое смешивалось с радостными ожиданиями от её слов об общежитии.

Я положила смартфон у подушки.

Закрыла глаза и стала думать о завтрашнем дне, после того как мы посмотрим фильм.

Что она решила с университетом.

Что будет с нами после выпускного.

Я не знаю, даст ли она ответ, который я хотела услышать, и у меня нет в этом уверенности, но я не могла не спросить.

Я открыла глаза и тяжело выдохнула.

Я ещё не решила, что надену завтра, поэтому начала мысленно перебирать и комбинировать вещи из своего гардероба.

В тот раз, когда мы с Мияги ходили в кино на летних каникулах, я долго не могла определиться с нарядом.

Думаю, и в этот раз определюсь не скоро.

Интересно, Мияги тоже сейчас выбирает, что надеть?

Я ещё раз тяжело вздохнула.

◇◇◇

Около двух часов до финальных титров.

Досмотрев до конца, мы с Мияги встали с мест.

Поправив юбку, я пошла вперед.

Будь это Умина или Марико, они бы вскочили с мест сразу после окончания фильма, словно титры — это лишь ненужный придаток. Если бы я пошла в кино с ними, мне бы пришлось подстраиваться, поэтому я не особо горела желанием смотреть с ними фильмы.

Но Мияги сидела со мной, пока в зале не включили свет. И когда мы ходили в кино на летних каникулах, она тоже просидела до самого конца. Характеры и вкусы у нас совершенно разные, но в таких мелочах мы сходимся.

Пусть с Уминой и Марико у нас и есть разногласия, всё равно точек соприкосновения с ними больше, чем с Мияги. Но удивительно: нам с Мияги с трудом удаётся найти хоть что-то общее, однако находиться рядом с ней гораздо более приятно.

— Было интересно? — спросила она, когда мы вышли из кинотеатра.

— А тебе, Мияги? 

— Было интересно.

— Мне тоже. Я не так уж часто смотрю боевики, но такие фильмы тоже ничего.

Мияги сама завела речь о том, что хочет посмотреть какой-то фильм, но в итоге даже сегодня так и не сказала, какой именно. Поэтому мы пошли на нашумевший боевик просто потому, что он первым подвернулся. Был ещё вариант с фильмом ужасов, но я вычеркнула его из списка, так как Мияги их не любит, и мне кажется, что за это меня стоит похвалить.

— Пойдем куда-нибудь перекусим? — предложила я, подстраиваясь под шаг идущей рядом Мияги.

Нашей сегодняшней целью был фильм, а остальное мы не планировали.

Но мне нужно поговорить с Мияги. Я не то чтобы хотела есть, просто искала место, где можно присесть и поговорить. Кажется, скажи я ей прямо, что у меня есть разговор, она попытается сбежать, но я твёрдо решила всё обсудить.

— Я домой.

— А? Уже? 

Я посмотрела на Мияги.

Сегодня она выглядела совсем не так, словно собиралась пойти домой сразу после кино.

Проще говоря, она непривычно нарядилась. Без макияжа, но в юбке с милым узором и пальто, которое я раньше на ней не видела.

Совсем не тот повседневный стиль, что был на ней летом.

Поэтому я думала, что после сеанса она хотя бы согласится куда-нибудь зайти. Конечно, это лишь мои эгоистичные ожидания, которые разошлись с реальностью, но меня совершенно не устраивало, если она вот так просто уйдет.

— Я больше никуда не хочу. У тебя, Сэндай-сан, ещё есть время?

— Есть.

— Тогда пойдем ко мне, — сказала Мияги, схватила меня за руку и пошла вперед.

Это прикосновение явно отличалось от обычного — хватка была слабой. Она не тащила меня силой, а касалась мягко; проще говоря, мы шли, держась за руки.

От прежней Мияги такого невозможно было ожидать.

Да, это было абсолютно немыслимо.

В том, как естественно она взяла меня за руку, крылась пугающая неестественность, и я невольно уставилась на лицо Мияги.

— Что? — раздался рядом её ровный голос.

Прохожим не было дела до того, что мы держались за руки. Да и я сама вряд ли обратила бы внимание на двух незнакомок, идущих за руку, так что это в порядке вещей. Чужие взгляды меня не волнуют, но вот о чем думает Мияги — очень даже.

— Мияги, а рука? — я легонько сжала руку, за которую она меня держала.

— Лучше отпустить?

— Можно и так оставить, но к чему это?

— Всё равно скоро выпускной, так что без разницы, увидит ли кто-нибудь, — произнесла Мияги слова, которые в обычной ситуации ни за что бы не сказала.

Выпускной и правда был не за горами.

Через несколько дней после того, как я вернусь с подписанным договором на квартиру, состоится церемония, а когда мы выпустимся, все эти правила о том, что мы встречаемся только после уроков и не разговариваем в школе, потеряют смысл. Не думаю, что случится что-то страшное, если мы нарушим их чуть раньше времени, но эти слова были совсем не в духе Мияги.

— Разве это не моя реплика? Мияги, ты же обычно такого не говоришь.

Меня интересовало, почему она выбрала именно этот кинотеатр, несмотря на то, что летом Умина видела нас здесь вдвоем, но её слова волновали меня куда больше.

— Тогда отпускаю.

— Эй, постой.

Мияги попыталась отпустить мою руку, но я крепко сжала её пальцы, не давая этого сделать. Рука, которая обычно стала бы с силой вырываться, на этот раз быстро затихла.

— Идём ко мне, ладно?

«Не хочу».

Скажи я так, сегодняшняя Мияги вряд ли бы меня послушала. К тому же, если мы сможем поговорить, место не имело значения. Значит, ответ был только один, и я ответила: «Хорошо».

Мияги так и не отпустила мою руку.

Мы шли, обмениваясь обрывками фраз, из которых никак не складывался нормальный разговор. Прошли через турникеты и, как и летом, вместе сели на поезд. Проехав несколько станций, мы вышли.

На февральских улицах было ещё холодно, но мы шли не спеша.

Витрины, ожидающие прихода весны, постепенно становились всё ярче, а небо светлее. Мы с Мияги по-прежнему держались за руки. Я поступила в университет, посмотрела интересный фильм с человеком, с которым мне приятно проводить время. Казалось бы, впереди ждут только хорошие события, но на душе отчего-то было неспокойно.

Было бы здорово, если бы такой день случился до наступления зимы.

Например, прошлым летом; думаю, тогда бы я от радости была готова прыгать до небес.

Но сейчас была зима — время, далёкое от лета.

Мы не спеша шли по дороге, ведущей к комнате, в которой мы провели так много времени.

Приблизившись к многоквартирному дому, Мияги отпустила мою руку.

Ускорив шаг, она пошла немного впереди меня.

Мой взгляд упал на юбку, которая не была частью школьной формы.

Я отчётливо видела ноги, по которым столько раз скользила языком.

К слову, в последнее время она не приказывала мне лизать ей ноги.

Я даже не могла вспомнить, когда мы делали это в последний раз. Не то чтобы мне так уж хотелось этим заниматься, но я ловила себя на мысли, что было бы неплохо, вернись Мияги к подобным приказам.

Мы прошли через вестибюль, сели в лифт и вышли на шестом этаже.

Вместе дошли до входной двери, и Мияги открыла замок.

Открыв дверь, мы зашли внутрь.

Мияги первой сняла обувь.

Я тоже разулась и последовала за ней, но перед дверью в её комнату она выхватила у меня сумку.

— Сэндай-сан

Мияги с невозмутимым видом бросила мою сумку на пол в коридоре.

Внутри не было ничего хрупкого, но всё равно это было неприятно. Я попыталась поднять упавшую сумку, однако прежде, чем я успела к ней прикоснуться, Мияги схватила меня за руку.

— Эй. — Я подняла голову, глядя на Мияги, но она потянула меня за руку.

Прежде чем я успела возмутиться, её лицо приблизилось, и наши губы соприкоснулись.

Мы целовались много раз.

Но Мияги почти никогда не выступала инициатором.

За исключением летних каникул.

После того как мы вдвоём сходили в кино летом, Мияги стала сама тянуться за поцелуями. Это длилось недолго, и пять тысяч иен никуда не исчезли из наших отношений, но мне кажется, что тогда что-то едва уловимо изменилось.

И сейчас мне вовсе не неприятно от того, что Мияги целует меня сама.

Её губы мягкие и приятные.

Я притянула Мияги к себе.

Мы оказались ещё ближе друг к другу, чем мгновение назад. Но Мияги тут же отстранилась.

— Мы вообще-то в коридоре, — произнесла я какую-то банальность, не зная, что ещё сказать Мияги, которая была совсем не похожа на себя.

— Здесь никого нет, — тихо пробормотала Мияги.

Я никогда не видела в этом доме никого, кроме Мияги. Отсутствие людей было делом привычным, и даже без её слов я не думала, что тут кто-то есть, так что переживала не об этом. Если меня что-то и беспокоило, так это действия Мияги, которые она почти никогда не делала с конца летних каникул, да ещё и в таком месте, а не в комнате.

Кажется, сегодняшняя Мияги шаг за шагом повторяет те летние каникулы.

— Почему... — у меня накопилось столько вопросов, но в итоге я так ничего и не спросила.

Рука Мияги мягко коснулась моей щеки.

Её кончики пальцев погладили мои губы, и она поцеловала меня снова.

Сквозь прикосновение мягких губ в голове всплыли дурные мысли.

Конец всего.

Нет, миру конец не придёт, а вот нашим отношениям — вполне возможно.

Я не думаю, что Мияги сама хотела этого поцелуя.

Целоваться и прикасаться хотела я, а не она. Сегодняшняя Мияги просто выполняла то, чего всё это время желала я.

Я заставила себя отстраниться.

— Я ещё не слышала сегодняшний приказ, — произнесла я, думая о том, что нужно поскорее вернуть прежнюю Мияги.

То, что она держала меня за руку и целовала, казалось мне не чем иным, как прощальным ритуалом.

На летних каникулах мы сходили вдвоём в кино точно так же, как сегодня, чтобы проверить, сможем ли мы стать подругами. В тот день Мияги предпочла ими не становиться, и я приняла её выбор.

Сегодняшний день не был точной копией летних каникул, но Мияги ни за что не стала бы повторять те события без всякой причины.

— Я ведь не дала тебе пять тысяч иен.

— Да плевать на это, просто приказывай. 

Я хотела поскорее отделить сегодняшний день от тех летних каникул.

— Тогда просто стой смирно, и всё, — отдала Мияги нелепый приказ.

Я совсем не этого хотела.

Мияги должна была отдавать неразумные приказы.

Например, вылизать ей ноги.

Отдав этот скучный приказ, она как ни в чём не бывало потянулась к моему лицу. Мияги поцеловала меня так непринужденно, что в этой её естественности сквозило нечто совершенно чуждое

Губы Мияги сохранили всё ту же мягкость и жар, что и тогда, когда я целовала её сама. Ощущение смешивающегося тепла наших тел всегда было приятным. Будь моя воля, я бы хотела, чтобы этот поцелуй длился вечно.

Но лучше нам не целоваться.

У сегодняшних поцелуев должна быть причина, и я хочу её узнать. Хочу, чтобы она опровергла мои мысли о том, что это прощальный ритуал.

Я медленно упёрлась руками в плечи Мияги.

— Послушай, что с тобой в последнее время? Тебе не кажется, что ты ведёшь себя странно? — Я подняла брошенную сумку и посмотрела на Мияги.

— Ты ведь сама вечно хочешь целоваться.

— Это так, но...

— Не хочешь?

— Хочу. Хочу, но... к чему всё это?

— О чём ты?

— ...Объясни мне, какой смысл делать то, что должно меня радовать.

— Я не пыталась тебя порадовать.

— Тогда что это?

Ответа на мой вопрос не последовало.

Мияги молчала, погрузившись в свои мысли.

Затянувшаяся тишина грозила тем, что Мияги может сказать что-то нехорошее, поэтому я решила спросить то, ради чего сегодня собиралась поговорить с ней.

— Не хочешь отвечать — не надо. Но на то, что я спрошу сейчас, ответь нормально.

У меня был заготовлен вопрос.

Но прежде, чем я успела его задать, Мияги заговорила первой, словно играя на опережение.

— Университет. Я поступлю в тот же, что и Майка, — сухо сообщила она то, что я так хотела услышать в ответ на свой вопрос.

— Тогда... — слова, которые я собиралась произнести, были украдены Мияги.

Точнее говоря, она заткнула мне рот поцелуем.

Мияги с силой вцепилась мне в руку, и только что поднятая мной сумка снова упала на пол.

Что будет с нашим уговором разойтись после выпускного?

Слова, которые я собиралась произнести, так и остались невысказанными, потонув в её поцелуе.

К моим губам прикоснулось нечто мягкое, но в то же время упругое. Она слегка надавила на губы, заставляя приоткрыть рот, и, что было на неё совсем не похоже, первой скользнула языком внутрь. Наши языки соприкоснулись, и хватка Мияги на моей руке стала ещё сильнее.

Когда я сама сплела свой язык с её, пальцы сжались ещё крепче.

Я не раз ловила себя на мысли: «Вот бы Мияги была такой, а не той, что вечно упрямится и показывает характер». Но я об этом только мечтала. И та Мияги, с которой я хотела бы видеться даже после поступления в университет — это совсем не та Мияги, что стояла передо мной.

Я оттолкнула плотно прижавшуюся ко мне Мияги.

— Не заставляй себя, если не хочешь.

Я хотела видеть прежнюю Мияги.

Мияги, которая говорит о том, что будет после выпускного, должна оставаться самой собой, иначе в этом нет никакого смысла.

— Я себя не заставляю, — произнесла Мияги, коснувшись моей шеи.

Кончики её пальцев медленно погладили меня по шее и ухватились за цепочку кулона. А затем она медленно вытянула кулон за цепочку.

— После выпускного нам нужно поговорить, так что не забудь надеть его и прийти сюда, — с этими словами Мияги резко дёрнула сам кулон на себя.

Больно.

И рука, за которую она только что так сильно хваталась, и шея, в которую впилась цепочка, нестерпимо болели.

— А на сегодня уходи, — бросила Мияги и подняла мою лежащую на полу сумку.

— Держи. — Она всучила её, с силой ткнув мне в грудь.

— Мияги, когда ты позовешь меня в следующий раз?

— Следующий раз — после выпускного. До этого момента я тебя не позову. Поэтому обязательно приходи и не забудь, — строго напомнила Мияги и потянула меня за руку. Она тащила без всякой жалости, так что в итоге меня просто выставили за порог.

Дверь с громким стуком захлопнулась.

Мияги, которая обычно провожала меня до первого этажа, не стала этого делать.

В таких случаях не стоит ждать ничего хорошего.

Я один раз стукнула по двери, отвергающей меня.

Дверь не открылась, и голос Мияги не раздался.

Я крепко сжала руку в кулак.

Но больше стучать не стала, а вместо этого направилась к лифту.