Внезапно президент клуба сгреб меня в охапку. Почувствовав себя котом, у которого шерсть встала дыбом, я инстинктивно применила приемы самообороны, которые Юн Со Хо заставлял меня зубрить каждый день. Ударила локтем в солнечное сплетение и, использовав отдачу, боднула его головой.
Грохот!
— Кх-х!
Вместе со стулом президент рухнул на пол. Видимо, удар пришелся точно в цель: зажав нос обеими руками, он долго не мог подняться.
— Сонбэ, вы в порядке?!
— Ты чуть человека не убила, а теперь спрашиваешь, в порядке ли я?
— Поехали в больницу!
— Обойдусь. Сейчас не мое тело главное.
Президент, с трудом отлепившись от пола, кое-как поднялся.
— А что тогда?
— Твой парень. Юн Со Хо. Он — надежда нашего клуба.
— …
— Если всё пойдет так и дальше, в следующем семестре нам полностью урежут финансирование. Знаешь, что это значит? Клуб закроют. А знаешь, что это значит? Эту комнату отдадут другим придуркам!
Бабах.
Словно гром среди ясного неба прогремел за спиной. Я пыталась сохранить невозмутимость, но руки предательски задрожали.
Если закроют единственное место в этом универе, где я могу спокойно дышать, куда мне идти?
— Юн Со Хо вообще ни в каких клубах не состоит.
— …А откуда вы это знаете?
— Придурок, сейчас не это важно! Если Юн Со Хо вступит к нам, я тебе на сто… нет, на тысячу процентов гарантирую, что отбоя от новичков не будет. Зуб даю. Ты не могла бы поднапрячься и привести его?
…Я почувствовала, как душа покидает мое тело прямо через макушку, оставляя лишь пустоту.
Если вы всё это время доставали меня вопросами о парне только ради выживания клуба, так бы сразу и сказали…
Я уже соврала, что он мой парень, и как мне теперь затащить сюда Юн Со Хо?
Пока я хранила гробовое молчание, президент в отчаянии ударил себя в грудь.
— Ты что, под каблуком у Юн Со Хо?
— Да.
— Как быстро призналась. Эй, на кону судьба клуба, могла бы хотя бы попытаться. Ладно, забудь, я сам всё сделаю. Ты просто стой и не мешай.
— Вы сами собираетесь уговорить Юн Со Хо?!
— С ума сошла?
— …Не настолько уж это безумие.
Оставив президента суетиться за моей спиной, я погрузилась в мрачные раздумья. Сейчас проблемой был не Юн Со Хо.
— Что вы делаете?
Президент, нахмурившись от сосредоточенности, держал в руках мой телефон. Он даже не замечал, как капли пота скатываются с висков по его пухлым щекам, с каким-то героическим видом набирая текст большими пальцами.
— О, подожди секунду.
Животное чувство опасности острой бритвой прошлось по затылку.
— Отдайте!
Стоило мне вскочить, как президент тут же повернулся ко мне широкой спиной, уходя в глухую оборону.
— Отдайте!
— Всё-всё, уже всё!
— Что «всё»?!
Я шагала вправо — он поворачивался, я шагала влево — он снова отворачивался. Я стучала кулаками по его мясистой спине, даже вцепилась в волосы. Жесткие, густые пряди обмотались вокруг моих пальцев, как толстая веревка, и он с болезненным криком запрокинул голову.
— Да что вы там делаете!
— А-а-ай, больно! А, всё, понял! Отдаю, отдаю!
После долгой борьбы я наконец выхватила телефон, липкий от чужого неприятного тепла, и тут же разблокировала экран без пароля.
Увидев, что там было, я почувствовала, как кровь стынет в жилах.
…Что это за херня?
Я смотрела и не верила своим глазам… Умом понимая, что это абсурд, я даже подумала: «Я что, сплю?» Но тепло чужих рук на корпусе телефона и пульсирующая боль в пальцах от вырванных волос были слишком реальными.
Под глазом от шока задергался нерв.
Юн Со Хо было отправлено несколько сообщений, которые я не писала.
[Заюша, че делаешь? Занят?]
[У меня к тебе одна маааленькая просьба ㅜㅜ]
[Из-за того что у нас мало людей в клубе, нам урезали финансирование… Если ты к нам вступишь, это будет такая крутая реклама! Ну как, согласен?]
[Президент-сонбэ сказал, что освободит кладовку и сделает там для заи личную комнату отдыха ㅎㅎ Угу?? Ты же согласишься? Люблю тебя]
— А-а-а-а!!
С диким воплем я выронила телефон. Ни один фильм ужасов не сравнится с этой жуткой, кровавой расправой над моей психикой. Шок, вырвавший мой мозг с корнем, стер последние капли самообладания.
— Сонбэ!!
Я заорала так, что президент аж подпрыгнул. Но в нем чувство вины явно проигрывало желанию спасти клуб.
— Прости, что написал без спроса. Но реально, кроме твоего парня, у нас нет вариантов!
Опять этот парень! Заткнуть бы уши. Какая же я неудачница. И надо было этой ебаной катастрофе случиться именно тогда, когда мы с Юн Со Хо в состоянии холодной войны.
***
Трясущимися от ужаса руками я схватила телефон и зажала злополучные сообщения. Но, упустив золотое время, моя социальная реанимация с треском провалилась. Я никогда в жизни так не зависела от смартфона. Каждую минуту, нет, с каждым вдохом я заходила в чат с Юн Со Хо. Радовало только одно: проклятая единичка, показывающая, что сообщения не прочитаны, еще не исчезла. Шанс оставался.
Скоро у Юн Со Хо закончатся пары, и он приедет за мной. Обычно мы просто списывались, чтобы уточнить место встречи, но сейчас, чтобы исключить даже малейший риск, я позвонила первой.
Гудок не успел повториться и трех раз, как он взял трубку.
— Да.
От его низкого бархатного голоса волоски на руках встали дыбом. Чтобы скрыть волнение, я шумно сглотнула.
— Я через пять минут буду перед библиотекой юрфака.
Если честно, я бы предпочла спокойно поехать домой одна. Я всё еще не оправилась от того шока и предательства.
— Я уже здесь, так что не торопитесь.
— А, стой. Не клади трубку, подожди.
Я схватила сумку, брошенную на диван. Президент округлил глаза и подошел ко мне с лицом, полным надежды, словно дети из сказки, увидевшие сброшенную с неба спасительную веревку.
То, как он беззвучно шевелил губами, бесило до невозможности: «Это парень?»
— Что-то случилось?
— Да тут какой-то странный тип пристал. Постоянно спрашивает: «Верите ли вы в Дао?».
Президент ткнул пальцем в себя и сделал максимально возмущенное лицо.
— Сейчас поднимусь. Вы в комнате клуба?
Послышался щелчок отстегиваемого ремня безопасности, и тут же донесся уличный шум — видимо, он уже открыл дверь машины. Я торопливо замахала рукой, хоть Юн Со Хо этого и не видел.
— Нет-нет, я уже выхожу. Просто жди там.
Я рванула со всех ног, боясь, что Юн Со Хо реально заявится в клуб, и при этом не забывала проверять, не сбросился ли вызов.
Как только я села в машину, Юн Со Хо, будто только этого и ждал, протянул мне салфетку. Пока я вытирала пот, он убавил кондиционер и потянулся к моему ремню безопасности.
— Я, хух, сама.
Я хотела сказать это холодно и жестко, но из-за сбившегося дыхания получилось довольно жалко. Однако, видимо, какой-то эффект это возымело: бровь Юн Со Хо чуть дрогнула.
Щелк.
Как только ремень защелкнулся, машина плавно тронулась с места.
— Сегодня на тренировку?
— Да.
На этом наш разговор по пути домой закончился.
***
Делая вид, что мне абсолютно всё равно, я кружила вокруг Юн Со Хо. А точнее, вокруг его телефона.
Когда он заходил в комнату, я на цыпочках подкрадывалась к двери и прислушивалась. Как только раздавались шаги, я тут же начинала деловито расхаживать по дому, изображая бурную деятельность. Но строго в радиусе досягаемости его гаджета. Я пыталась улучить момент, но это оказалось не так-то просто.
В итоге, пока Юн Со Хо не ушел в спортзал, я так и не смогла даже пальцем коснуться его телефона.
— Слава богу, единичка всё еще на месте…
Сдаваться было рано. Чистоплюй Юн Со Хо всегда после тренировки возвращался домой и принимал душ.
— Буду ждать этого момента.
***
Сегодня я на собственной шкуре поняла, что нельзя жить, совершая грехи. Из-за тревоги всё валилось из рук, и я только и делала, что пялилась на часы и в чат.
В начале восьмого раздался сигнал, оповещающий о въезде машины на парковку. Я тут же включила телевизор, прибавила громкость и легла на диван боком, изображая человека, которому абсолютно нечего скрывать.
Юн Со Хо, проходя через гостиную, на секунду остановился возле дивана. Я затаила дыхание, ожидая, что он что-то скажет, но он молча ушел к себе.
— Пять. Четыре. Три. Два. Один.
Отсчитав ровно пять минут и пять секунд, я прильнула ухом к двери его комнаты. Несмотря на то что я услышала, как он зашел в ванную, на всякий случай подождала еще немного. Убедившись, что он вовсю увлечен душем, я осторожно приоткрыла дверь.
— …!
