Пока я лежала обмякшая, словно сброшенная змеиная кожа, Юн Со Хо, как вышколенный дворецкий, привел меня в порядок. Он вытер салфеткой сперму, брызнувшую на тело, и натянул на меня брюки. Зачем он запихал мои насквозь мокрые трусы себе в карман? Спрашивать не было сил, поэтому я просто забила. Я слабо пошевелила пальцами ног, намекая на носки, но Юн Со Хо не стал утруждать себя обуванием.
Не снимая куртки с моего лица, он просто поднял меня на руки. Какое счастье, что на парковке нам не попался никто из соседей.
— Это же твоя комната.
— Идите в душ, — ответил он, опуская меня на пол. — А я помоюсь в ванной в гостиной.
— А моя одежда?
— Там висит халат.
— А белье?
— А зачем оно вам? Всё равно снимать.
Юн Со Хо, словно уличный бандит, приобнял меня за плечо и сам распахнул дверь ванной. Достал новую зубную щетку, тщательно выдавил на нее пасту и сунул мне в рот.
— Я же говорил. Я не бракованный, и вам одного раза тоже мало.
— ...
— Я схожу куплю, что нужно.
Было бы проще притвориться дурочкой, списать всё на алкоголь и сделать вид, что ничего не было. Но я прекрасно понимала смысл каждого слова Юн Со Хо, да и пьяна я была недостаточно, чтобы напрочь забыть этот момент.
Я схватила Юн Со Хо за руку, когда он уже отвернулся.
— ...И соджу тоже купи. С красной крышечкой.
Я вытолкнула Юн Со Хо за дверь и захлопнула её.
Юн Со Хо не мог не понять, что мои слова означали согласие.
Поливая себя водой, я задумалась.
Правильно ли я поступаю?
Говорят, в наше время люди спят с первым встречным, если совпадают интересы, но мне такие нравы не по душе. К тому же моим партнером был Юн Со Хо.
Это не та связь, которую можно просто разорвать, сказав: «Ой, как неловко, давай больше не видеться». Пока я не выплачу ему долг, я обязана оставаться рядом с ним, нравится мне это или нет.
В долгосрочной перспективе этот порыв неизбежно принесет одни сожаления.
Разум, до этого вязко утопавший в алкоголе, начал понемногу возвращаться на место, подавляя животное желание.
— ...Надо сказать ему, чтобы мы остановились, — пробормотала я себе под нос.
— С чем?
Дверь ванной резко распахнулась. Я, как раз завязывавшая пояс халата, вздрогнула от испуга и уронила концы пояса на пол. Полы халата разошлись, полностью обнажив мое тело.
Юн Со Хо одним широким шагом сократил расстояние между нами.
— ...
Запах моего геля для душа обволок его кожу. Не сводя с меня потемневших глаз, он наклонился и поднял упавший пояс.
Я протянула руку. Но вместо того, чтобы отдать его, он ухватился за борта халата и стянул ткань с моих плеч.
— Он вам больше не нужен.
— Погоди, Со Хо.
— Отключите мозг. Наши отношения, обстоятельства, совесть. Что там еще? Короче, вышвырните из головы все эти консервативные, замшелые мысли. Подчиняйтесь только своим желаниям, сонбэ. Думайте только о том, что хотите со мной сделать. О том, какое место Юн Со Хо должен вам вылизать, как глубоко он должен в вас всадить, чтобы вы умерли от кайфа. И просто ждите, как будете обильно течь и сверху, и снизу.
— ...
Выпалив всё это на одном дыхании, Юн Со Хо поднял меня на руки. Стоило ему усадить меня на край кровати, как халат окончательно соскользнул на простыни.
— Соски-то стоят, — сказал он, протягивая мне стакан.
Он о таких вещах говорит так буднично, будто погоду обсуждает. Кое-как запахнув халат на груди, я взяла стакан.
Увидев плещущуюся внутри янтарную жидкость, я нахмурилась.
— А соджу?
— От этого похмелье меньше. А в идеале вообще не пить.
Я колебалась. Казалось, стоит мне сделать глоток, и пути назад уже не будет.
— Ой!
Пока я мешкала, Юн Со Хо выхватил у меня стакан. Опрокинув голову, он залпом влил в себя содержимое и с силой надавил мне на плечи.
Моя спина с глухим стуком коснулась матраса, и в то же мгновение наши губы жадно слились. Юн Со Хо властно надавил мне на подбородок, губы непроизвольно приоткрылись, и внутрь хлынуло обжигающее спиртное.
— М-м...
Крепкий алкоголь обжег горло. То, что я не смогла проглотить, потекло по подбородку. Везде, где проходила жидкость, всё горело огнем. В конце концов, не выдержав, я плотно сжала губы, а Юн Со Хо проглотил остатки из своего рта и влажно поцеловал меня.
— Я же сказал, ни о чем не думать.
Потолок закружился перед глазами. Алкоголь, которым напоил меня Юн Со Хо, оказался настолько крепким, что всего от пары глотков сознание окончательно поплыло.
— Ах! Больно...
Огромная рука Юн Со Хо сжала мою грудь снизу, приподняла её, и он провел широким языком по коже. Место, где он безжалостно укусил меня до этого, слегка саднило. Когда я попыталась слегка оттолкнуть его, уперевшись ладонью в лоб, он хрипло выдохнул: «Понял», — и кончиком языка раздразнил сосок. Что он там понял?
Его губы оставляли влажные следы по всему моему телу. Он метался от ключиц к затылку, кусая кожу, затем горячо прикусил округлое плечо и переключился на подмышку. Я вздрогнула от неожиданности, и в этот момент его большая рука жадно сжала левую грудь.
— Дергаетесь от каждого прикосновения. У вас всё тело — сплошная эрогенная зона?
Влажный, горячий язык облизал мочку моего уха. От простреливающей дрожи плечи сами собой сжались, а Юн Со Хо с громким, непристойным причмокиванием засосал кожу на моем, наверняка уже покрасневшем, плече, словно ставя клеймо. Даже от таких грубо-игривых ласк возбуждение прошивало до самых глубин.
— Ха-а, м-м, а...
С моих губ сорвался нетерпеливый стон. Тяжелое тело Юн Со Хо вклинилось между моих широко раздвинутых ног. Каждый раз, когда его толстый, налитой член терся о мой живот с явным намерением, скользкая смазка непрерывно стекала между половых губ.
Разве так можно? Всё было слишком обжигающим. Там, где проходила его рука, там, где опускались его губы. Словно расплавленная магма, эта страсть выжигала все связные мысли и до предела оголяла нервные окончания.
— М-м... Щиплет. Хватит уже... трогать.
Юн Со Хо, поиграв с сосками обеих грудей, переместил лицо ниже. Его большой палец грубовато скользнул по ареоле и соску. Кожа мелко задрожала.
— А-а!
Юн Со Хо засосал сосок так сильно, что у него аж впали щеки. Зажав его зубами, он слегка покусывал нежную плоть, переходя от одной груди к другой, щедро покрывая их слюной. Каждый раз, когда он с силой засасывал кожу, пронзительное удовольствие било по мозгам.
Когда его лицо отдалилось, я с запозданием прикрыла лицо тыльной стороной ладони. Мне казалось, что безумное возбуждение слишком явно читается в моих глазах.
— Зачем закрываетесь? Смотрите, как я вас вылизываю.
— Ты... х-х, как маньяк...
— Обычно так говорят при первой встрече.
— А-а, кх-х, подожди...
Юн Со Хо переплел свои пальцы с моими и с силой прижал мои руки к кровати.
— Не закрывайтесь.
Он до боли укусил меня за запястье и опустил губы ниже. Оставив влажную дорожку на локтях, круглых плечах, подмышках и уже распухшей груди, он добрался до низа живота и начал с силой засасывать кожу с громким, развратным причмокиванием.
Когда его шелковистые волосы коснулись низа живота, ладони инстинктивно сжались, а по телу побежали мурашки, несравнимые ни с чем до этого.
— Юн Со, ах! Что ты делаешь?! М-м...
Его язык скользнул между влажных половых губ. Моя поясница оторвалась от кровати и мелко задрожала. Мягкие губы пощипывали нежную плоть, словно покусывая, а кончик языка грубо надавил на клитор.
— А-а, у-угх! А-а!
Мне казалось, что глаза сейчас выкатятся из орбит. В горящем взоре скопились слезы от накатывающего экстаза. Когда его зубы легонько прикусили чувствительный бугорок, все волоски на теле встали дыбом, а спина выгнулась крутой дугой.
— Нельзя, м-м, убери... рот!
Каждое движение губ Юн Со Хо сопровождалось непрерывным влажным, чавкающим звуком. Моя и без того мокрая киска, обильно смоченная его слюной, просто истекала соком. Я не могла остановить судорожные сокращения бедер от этой невиданной ранее, сумасшедшей интенсивности.
— А-а, п-подожди!
Большой палец Юн Со Хо нагло раздвинул влажные складки. В тот же миг его обжигающее дыхание проникло внутрь, и пальцы на моих ногах рефлекторно поджались.
— Так и течете, просите, чтобы я в вас всадил.
— Не говори так, ах... Не надо.
— Как вы вообще скрывали, что в вас столько воды? Если бы возбуждались, это бы сразу было видно.
— Н-не знаю! Угх... Хватит... раздвигать, ах!
— Хотите сказать, что, трогая мое тело, вы ни разу не возбудились?
— Вряд ли, — низко прошептал Юн Со Хо и, словно назло, широко лизнул меня снизу, размазывая смазку по всей киске. Его заостренный язык быстро двигался вверх-вниз по скользкому от влаги клитору. Везде, где он проходил, накапливалось колоссальное удовольствие, ударяя молнией прямо в макушку.
Мои бедра то сжимали голову Юн Со Хо, то раздвигались так широко, что колени касались локтей. Я сама не знала, чего хочу. Дикое, накатывающее мощными волнами удовольствие пугало и пьянило одновременно.
— Ах...!
