Хотя он и говорил спокойным голосом, внутри всё кипело от обжигающей жажды. Взгляд, впившийся в профиль Бо Дым, казалось, был жарче солнца.

— Хм...

Бо Дым, понятия не имевшая, что творится в душе Юн Со Хо, слушала его вполуха, попутно копаясь в сумке. То, как она медленно и неуклюже перекидывала лямку, выводило из себя. Юн Со Хо выхватил её сумку и закинул себе на плечо.

— Отдай.

— Я её не украду, так что лучше ответьте.

— У тебя сейчас лицо пугающее.

У меня? Осознав это, он почувствовал, как напряглись мышцы вокруг глаз.

— Это от жары.

— Давай купим мороженое и пойдем.

Освободившись от ноши, Бо Дым легко побежала вперед. Глядя, как она порхает словно бабочка, Юн Со Хо скривился как никогда.

— Ха-а... Ну и эгоистка.

Дразняще покачиваясь, её конский хвост скрылся за дверями забегаловки. Юн Со Хо растерянно замер посреди улицы.

...Может, просто уйти?

Если бы сумка Бо Дым не свисала с его опущенного плеча, он бы так и сделал. Стоя посреди шумной улицы, Юн Со Хо раздраженно выдохнул. Прохожие то и дело косились на него. Если бы Бо Дым увидела это, она бы тут же оттащила его в какой-нибудь угол со словами «Не создавай проблем».

С опозданием зайдя внутрь, он почувствовал, как холод от кондиционера остужает разгоряченную голову. Бо Дым, уже успевшая расплатиться, подошла к нему с двумя рожками мороженого. Тоже мне, веселится она. Расстроенный Юн Со Хо с мрачным видом взял угощение.

— Тут жарко, оно быстро тает, так что не лижи, а кусай.

Юн Со Хо был привередлив не только в общении, но и в еде. Он в принципе не любил мороженое, а уж к дешевому из аппарата, который неизвестно когда в последний раз чистили, и в жизни бы не притронулся. Но раз уж Бо Дым так о нем позаботилась, решил на этот раз подыграть. И принялся усердно откусывать лакомство.

Бо Дым, посмотрев на него снизу вверх, улыбнулась так, что её глаза превратились в щелочки, и первая вышла на улицу.

...Что это сейчас было? Чего она лыбится? Снова оставшись один, Юн Со Хо прокрутил в голове недавнюю сцену, пытаясь разгадать значение её улыбки. И после долгих размышлений пришел к выводу...

Я что, был настолько сексуален?

***

За центром города, усеянным магазинами и учебными заведениями, и за извилистыми переулками открывался широкий, залитый зеленью пейзаж. Среди травы, пригибаемой тихим ветром, бесконечной лентой тянулась ровная грунтовая дорога.

Дзынь —

Когда они отошли в сторону, уступая дорогу промчавшемуся мимо велосипеду, на тропинке снова остались только они вдвоем.

Бо Дым, шедшая на пару шагов впереди, подобрала длинную деревянную палку и стала ритмично стучать ею по грунту, оставляя следы. Юн Со Хо со скучающим видом следил за её движениями.

— Ну же, говорите.

— Опять?

Бо Дым оглянулась на него с таким видом, будто он ей уже осточертел. И неудивительно, ведь вопрос, заданный еще у кафе, продолжал висеть в воздухе.

Когда Бо Дым без задней мысли ответила: «Отношения сонбэ и хубэ?», она тем самым вытащила наружу паршивый характер Юн Со Хо, скрытый под маской.

— И с каких это пор мы учились в одной школе? — Юн Со Хо, изогнув бровь, требовал ответа. — Если судить по вашей логике, то все ублюдки в нашей школе в таких же отношениях с вами? Даю еще шанс, подумайте хорошенько. Вы правда считаете, что я ничем не отличаюсь от этих придурков? Мы даже целовались, и после этого — всего лишь сонбэ и хубэ? Сонбэ, я и не знал, что вы такая бессердечная и мелочная.

Бо Дым скривилась так, словно смотрела на капризного двоюродного брата, и молча закрыла уши руками. Из-за того, что Юн Со Хо без устали продолжал сыпать вопросами, ей впервые за долгое время пришлось ломать голову над чем-то, кроме массажа.

— Мы вместе едим сливы, вы познакомили меня с Кали, я — кандидат в ваши модели для практики. Что дальше?

— А что ты хочешь услышать?

— Странно вы говорите. С чего вы взяли, что я жду от вас чего-то конкретного? Просто идти молча скучно, вот я и спрашиваю.

— Если тебе дважды станет скучно, ты, наверное, умрешь.

Юн Со Хо, до этого специально шедший медленнее, ускорил шаг. Выхватив у Бо Дым деревянную палку, он преградил ей путь.

— А вам в Новый год надо по две тарелки ттоккука съедать. Глядишь, быстрее повзрослеете.

— Слушаюсь, дедуля.

Бросив небрежный ответ, Бо Дым отступила на шаг. Юн Со Хо вдруг опустился на корточки. Тупой конец палки легонько стукнул по носкам её кроссовок. Используя освободившееся место как холст, он начал что-то чертить.

— Так, смотрите. Вот круг, а вот треугольник. Круг первым подошел к треугольнику, который спокойно жил своей жизнью, и пристал с предложением поиграть. Добрый треугольник выделил свое драгоценное время и составил кругу компанию. Каждый божий день! Круг и треугольник стали неразлучны!

— Ага.

— Треугольник даже строил свой график, учитывая встречи с кругом. Но вдруг круг исчезает, ничего не сказав. И что, по-вашему, должен чувствовать оставшийся один треугольник?

Голос Юн Со Хо становился всё более взвинченным. Поверх удивительно ровных круга и треугольника яростно замелькали линии, пока фигуры не превратились в неразборчивое месиво.

— Треугольнику... обидно?

— Вот именно! И после этого вам нечего мне сказать?! — выпалил Юн Со Хо и протянул Бо Дым палку, держа её горизонтально.

Бо Дым растерянно взяла её.

— ...Уши болят.

Юн Со Хо в отчаянии схватился за голову. Да что с ней не так? Она же не из воска слеплена, как можно быть такой бесчувственной.

Но Юн Со Хо не собирался сдаваться. Он заранее изучил брошюру о школьной поездке, которую нашел, перевернув рюкзак Чон Дже Мина. Как и ожидалось от деревенской школы, они ехали не куда-нибудь, а в Сеул. И главным пунктом программы, судя по всему, был парк аттракционов.

Юн Со Хо выпрямился. Палящие солнечные лучи ударили по его массивному телу, отбрасывая длинную тень. Как раз в тот момент Бо Дым стояла в его тени, словно под козырьком.

— Эх-х, как бы я хотел съездить в парк аттракционов.

Юн Со Хо опустил глаза, наблюдая за реакцией Бо Дым. После такого намека пора бы уже всё понять.

— Ты тоже любишь парки аттракционов?

Еще бы. С чего бы мне любить места, где людей запирают в железных машинах и трясут, как бармен шейкер? Тем более я терпеть не могу места, где толпы людей с едой снуют туда-сюда, как муравьи. Если уж выбирать что-то подобное, я бы лучше сходил на баскетбольный матч — это в сотни раз круче.

— Конечно.

— Ты же из Сеула, наверное, часто там бывал.

— В детстве родители были слишком заняты, чтобы куда-то выбираться, а друзья никуда, кроме компьютерных клубов, ходить не хотели.

Если бы родители Юн Со Хо или Чхве Гён Тхэ услышали эту наглую ложь, они бы в обморок попадали.

— Да ну? — с удивлением произнесла Бо Дым и, снова стуча палкой по земле, мирно пошла дальше.

Юн Со Хо, как ни в чем не бывало, пристроился рядом и зашагал в ногу.

— Я тоже там ни разу не была.

Ничего удивительного.

— Говорят, там продают кучу разных ободков с ушками животных и есть милые ресторанчики. Правда, еда, по слухам, так себе. Самые вкусные перекусы — в уличных ларьках.

Маленькие губы Бо Дым без умолку щебетали. Она даже не подозревала, что внутри у Юн Со Хо всё кипит. Уже всё распланировала: и ободок наденет, и чуррос купит. А про меня в этот момент даже не вспомнила.

И всё же, несмотря на свое недовольство, Юн Со Хо не мог заставить себя прервать её мягкий, оживленный щебет. Так они и дошли до старой калитки.

— Спасибо, что проводил. Было весело.

Глядя, как она с ясной улыбкой скрывается за дверью, Юн Со Хо оставалось лишь беспомощно смотреть ей вслед.

Юн Со Хо потерпел поражение.

***

День отъезда.

Увидев в окно автомобиля вереницу автобусов, Юн Со Хо отвернулся. На всякий случай он проверил телефон, но среди кучи новых сообщений не было ни одного от Бо Дым.

Он думал написать первым, но передумал. Ему казалось, что он один тут бесится и ведет мелочную войну за гордость, в то время как Бо Дым абсолютно всё равно.

— И сегодня с другом поедешь? Я сказал мадам, что у тебя, кажется, появился друг, и она так обрадовалась.

Водитель Им бросил взгляд в зеркало заднего вида. Застывшие, пугающе холодные глаза Юн Со Хо, не по годам суровые, даже при желании нельзя было назвать умиротворенными. Водитель Им растерянно нахмурился. Последние пару дней он вроде был в хорошем настроении, что опять стряслось?

— Больше такого не повторится.

Коротко бросив это, Юн Со Хо закрыл глаза. Это означало, чтобы к нему больше не обращались. Ну и переходный возраст, просто жесть. Водитель Им усмехнулся и плавно повел машину.