«Где вы?»

Ответа не последовало.

Юн Со Хо свирепо сверлил взглядом упрямую единичку, которая никак не исчезала. Четвертым уроком у Бо Дым была физкультура. Судя по пустому стадиону, занятие проходило в крытом спортзале, но, как назло, этот чертов спортзал находился гораздо ближе к пятому классу, где учился Ги Чха Хён, чем к кабинету Юн Со Хо.

Но отчаиваться было рано. Кто такой Юн Со Хо? Обладатель длинных от природы ног и бедер, мощно накачанных изнурительными тренировками. С его скоростью, благодаря которой он всегда получал высший балл по бегу на медосмотрах, оставалось лишь домчаться туда сверкая пятками и вырвать Бо Дым из лап соперника.

— Все же знают, что во время финальных экзаменов вход в учительскую и кабинет завуча запрещен? Не вздумайте потом приходить и просить напомнить материал.

Взгляд учителя математики многозначительно остановился на Юн Со Хо, но тому было плевать на экзамены. Как только преподаватель отошел от кафедры, Юн Со Хо сорвался с места и выбежал из класса. Стоило ему открыть дверь, как прозвенел звонок, и из распахнувшихся в коридоре дверей хлынула толпа изголодавшихся школьников.

Пробившись сквозь жуткую давку, он, задыхаясь, добежал до спортзала.

— Ха-а, ха-а…

Но что-то было не так. При входе в зал шаги Юн Со Хо замедлились, а по затылку липким холодом скользнуло зловещее предчувствие.

Прокрутив в памяти проделанный путь, он вспомнил: ученики вываливали из кабинетов, как вода из прорванной плотины, но лишь одна дверь — пятого класса, где учился Ги Чха Хён, — оставалась плотно закрытой. С замиранием сердца Юн Со Хо заглянул через стеклянные створки большого спортзала.

— Блядь!

Ученики средней и старшей школы вперемешку суетливо разбредались по залу. Совместная физкультура. Какая подстава. Расписание Бо Дым он выучил наизусть, пока они общались, но расписание Ги Чха Хёна, блядь, откуда ему было знать! Более того, ни Бо Дым, ни Ги Чха Хёна нигде не было видно. То, что Бо Дым не читает сообщения, — наверняка тоже из-за этого мудака Ги Чха Хёна.

Юн Со Хо со всей силы ударил по стеклянной двери зала. Ба-бах! Дверь опасно затряслась, и учитель физкультуры, свистнув в свисток, заорал:

— А ну иди сюда, щенок!

Однако до ушей Юн Со Хо слова физрука, естественно, не долетели. Глядя на спину убегающего парня, учитель лишь глубоко скорбел о падении своего авторитета.

Потеряв координаты Бо Дым, Юн Со Хо не знал, куда бежать. Куда она могла пойти? В комнату клуба? За спортивную кладовку, где мало кто ходит? Неужели в музыкальный класс старого корпуса? Без понятия. Когда ищешь дорогу, нужно подняться повыше. Юн Со Хо рванул со второго этажа, где находился спортзал, на третий.

В тот момент, когда он собирался ступить на лестницу, ведущую на четвертый этаж…

…за окном в поле его зрения попала знакомая макушка. Ноги, мчавшиеся на полной скорости, резко затормозили. Тапочки с громким скрипом прочертили тормозной след по линолеуму коридора.

Второго такого же маленького, иссиня-черного, блестящего затылка в мире просто не существует. Это точно Бо Дым. Он распахнул окно и оперся о подоконник рукой со вздувшимися венами, положив подбородок на ладонь. Прямо перед Бо Дым он увидел лицо Ги Чха Хёна анфас.

Даже издалека было отчетливо видно, как пылают щеки Ги Чха Хёна. Невозможно было расслышать ни слова, но по всему было ясно — тот просто не находит себе места от волнения. Юн Со Хо прищурился и впился взглядом в его губы.

— Извините, что так внезапно позвал. Э-э… ну, в общем.

С пугающей одержимостью Юн Со Хо читал по губам и вслух повторял каждое слово.

— Надеюсь, мои слова вас не слишком напугают. Я не прошу ответа прямо сейчас, сонбэ. Я хотел дать вам время, чтобы вы могли узнать меня получше, но побоялся, что кто-то другой успеет раньше.

Пока он в одиночку вел ожесточенную мысленную борьбу, пытаясь сорвать признание Ги Чха Хёна, для случайных свидетелей со стороны это выглядело… специфически.

— Что за… Юн Со Хо, кажется, призрака увидел, — в шоке зашептались проходившие мимо школьницы.

— Хватит смотреть дорамы. Сразу же видно, что это театральный кружок репетирует.

— Не пизди. У нас в школе нет театрального кружка.

— Но пацаны недавно репетировали что-то про «О-о, моя прекрасная, налитая грудь»?

— Это литературный кружок.

Тема разговора школьниц плавно перетекла с «Юн Со Хо видит призраков» на то, кому сложнее подобрать лифчик: толстому парню или худой девчонке. В отличие от этой мирной картины за спиной, сам Юн Со Хо переживал критический момент, готовый вот-вот выпрыгнуть из окна.

Всё потому, что Ги Чха Хён, который до этого никак не смел посмотреть в глаза Бо Дым, словно приняв важное решение, вдруг поднял голову.

— Сонбэ, на самом деле я хотел сказать…

По этой штампованной фразе Юн Со Хо понял, что времени почти не осталось. Если в этот критический момент я не отвлеку Бо Дым, она увязнет в непоправимом болоте и пустит свою жизнь под откос!

— С того самого момента, как вы, сонбэ, ударились о мой локоть и у вас пошла кровь из носа, я…

Ги Чха Хён запнулся и сделал глубокий вдох. В тот момент, когда его грудная клетка медленно расширилась…

— Сонбэ!! — внезапно заорал Юн Со Хо.

Маленькая спина Бо Дым вздрогнула, и девушка обернулась. Высунувшись из окна третьего этажа по пояс, Юн Со Хо с паническим выражением лица опасно свисал вниз.

— Юн Со Хо, ты же упадешь! — крикнула Бо Дым, сложив правую руку рупором у рта.

Но из-за слабого голоса звук не долетел до Юн Со Хо четко. Да она, по правде говоря, и не особо напрягалась.

Однако Юн Со Хо от этого жеста почувствовал такое волнение, что у него всё внутри сжалось. Бо Дым так сильно за меня переживает, как я могу бросить её в такой опасности? Это вопрос человеческого долга.

— Сонбэ, я еще не закончил.

В этот момент Ги Чха Хён обхватил Бо Дым за плечи. Точнее, попытался обхватить. Если бы не отчаянный крик Юн Со Хо.

— Я буду вашей моделью для практики!

Бо Дым, уже собиравшаяся повернуться к Ги Чха Хёну, замерла. Она посмотрела наверх, туда, где висел Юн Со Хо, широко распахнув глаза.

— …Правда?

— Я хочу быть моделью для практики! Пожалуйста, позвольте мне!

Её глаза, залитые солнечным светом, то скрывались под моргающими веками, то появлялись вновь, с каждой секундой всё больше наполняясь восторгом. И вот, когда лицо Бо Дым густо покраснело, в её ясном взгляде не отражалось ничего, кроме Юн Со Хо.

***

Вплоть до того момента, как он успешно сорвал признание Ги Чха Хёна, всё шло просто отлично.

Услышав, что Юн Со Хо станет её моделью, Бо Дым мгновенно стерла из реальности само существование Ги Чха Хёна. Она даже не обратила внимания на то, что тот зовет её сзади, и со всех ног бросилась в здание, к Юн Со Хо.

Юн Со Хо, словно генерал, обезглавивший вражеского полководца, окинул Ги Чха Хёна взглядом победителя. Встретившись с ним глазами, он на прощание элегантно показал неудачнику средний палец и бросился к лестнице, по которой должна была подниматься Бо Дым.

— Юн Со Хо!

Голос, звенящий от радостного возбуждения, окликнул его.

Модель для практики — да подумаешь. Сделаю, мне не сложно.

Собираясь отреагировать с максимально равнодушным видом, Юн Со Хо замер на пролете второго этажа, как только увидел Бо Дым. В его голове стало абсолютно пусто.

Бо Дым бежала к нему с непередаваемо счастливым лицом. Яблочки щек радостно приподнялись, губы растянулись в широкой улыбке, а волосы весело развевались на бегу. Знакомый запах сливы стал ощущаться так близко, что Юн Со Хо машинально раскинул руки для объятий.

Но Бо Дым резко, как по команде, вкопалась в пол прямо перед ним. Его руки, готовые крепко её обнять, неловко побарахтались в воздухе и бессильно опустились вдоль туловища.

— Ты правда это сделаешь. Менять решение нельзя.

— Не поменяю.

— Даже если в день турнира вдруг что-то случится дома, если ты заболеешь или тебе вдруг захочется всё бросить и уехать — нельзя.

— Даже если меня собьет машина, я приползу, истекая кровью.

— Хорошо. Обещай.

Они скрепили обещание, сцепившись мизинцами. Ровно до этого момента он действительно чувствовал себя неплохо. Настолько, что даже подумал: «Надо было согласиться раньше». Но…

— Трусы я тебе куплю!

…после того, как прозвучал этот гром среди ясного неба, Юн Со Хо понял, что всё пошло как-то не так.

Пока Бо Дым заполняла заявку на участие в турнире с ноутбука в комнате клуба, Юн Со Хо никак не мог стереть со своего лица выражение глубокого шока.

Трусы.

Это означало, что на турнире он должен будет лежать на массажной кушетке всего лишь в одних трусах. Логически рассуждая, это было очевидно. Нужно же видеть, на какие именно мышцы и насколько точно давит участник… Но всё равно, лежать только в трусах — не слишком ли это откровенно? Если надеть эластичную компрессионную футболку, рельеф мышц и так будет виден. Разве этого недостаточно?

Глубокое запоздалое сожаление превратилось в нерешительность, вертевшуюся на языке.

— У меня не было модели, поэтому я никак не могла подать заявку. Завтра уже последний день, как же мне повезло.

— Вы же говорили, что Ги Чха Хён согласился. Этот уебок подло пошел на попятную? Учитывая его мерзкий прищур, по роже было видно, что он на такое способен.

— Нет.

— Тогда что?

— Я ждала тебя. На случай, если тебе внезапно захочется стать моей моделью.

— …

Бо Дым отрезала ему пути к отступлению так технично, что он уже никак не мог нарушить обещание. Не в силах вымолвить ни слова, Юн Со Хо молча вписал свои данные в бланк заявки.