Спустя три года.

Девятнадцатилетний Юн Со Хо.

— А-а, да отпусти ты! Белены объелся?!

Сон Ю Чан грубо вырвал руку. Висевший на нем Чхве Гён Тхэ пошатнулся, но, стиснув зубы, вцепился еще крепче.

— Бля, пиздец как бесите. Просто сходи с ним и всё! — заорал Ким До, с головой погруженный в игру на приставке.. На огромном экране телевизора красными буквами горело: «GAME OVER».

Два здоровых парня, сцепившись в единый ком, катались по всей комнате. Грохот, бах! Колени и локти то и дело врезались в массивный шкаф и мраморный стол, но никто и не думал переживать за девятнадцатилетних старшеклассников, желудки которых в этом возрасте могли переварить даже камни.

— Блядь, а я-то тут при чем?!

— Предлагаешь мне ехать одному?! В это жуткое место, где все орут как резаные?! Как ты можешь, Сон Ю Чан?! У тебя вообще сердце есть?!

— Это у тебя с башкой жуткие проблемы. Какой еще, нахер, парк аттракционов в выпускном классе? Тебе мозги отшибло?

— Я не в парк иду! Я иду на концерт группы RB!

Парк аттракционов запустил масштабную рекламу спецконцерта в честь цветения сакуры, куда пригласили пять музыкальных коллективов. Среди них была инди-группа, по которой фанател Чхве Гён Тхэ. В своих кругах они считались легендами, но на телевидении не светились, а концерты давали раз в сто лет. Так что это выступление было для парня сродни чуду.

— Ну так и пиздуй один, в чем проблема?

— Туда все парочками или с друзьями припрутся, а я один буду торчать? Как ебаный отаку-неудачник?

— Так и есть.

— Бессердечный ты ублюдок! Как можно так жестоко ранить хрупкую душу школьника?! Кроме тебя мне пойти не с кем, так что погнали, братан!

— Ты умоляешь или наезжаешь? Определись уже.

Перепалка, начавшаяся с самого утра, всё никак не утихала. Пока Сон Ю Чан не согласится или Чхве Гён Тхэ не впадет в кому — этот дурдом не закончится. Из-за упрямого отказа Сон Ю Чана у Чхве Гён Тхэ на глаза навернулись слезы.

— Если ты не пойдешь, с кем мне идти?! Ким До, этот мудак, до конца игры даже не шелохнется, а Юн Со Хо...

Хозяин комнаты, Юн Со Хо, развалившись на диване, со сложным выражением лица сверлил взглядом телефон.

— ...Чем просить Юн Со Хо, шансов больше уговорить первого встречного на улице.

И это была чистая правда. Даже несмотря на то, что Юн Со Хо предпочитал проводить время вне дома, его маршруты были строго ограничены: спортзал с баскетбольной площадкой, качалка, торговый центр или аэропорт. Особенно он ненавидел шумные парки аттракционов и популярные туристические места из-за того, что там было слишком громко и грязно. Стоило только заикнуться о парке развлечений, как его ледяной взгляд моментально вымораживал все внутренности.

— Как ни крути, кроме тебя у меня никого нет, Сон Ю Чан.

— Бля, аж мурашки пошли. Съебался!

— Погнали.

Тяжелый, низкий голос разом перерезал всю суету и шум. Услышав этот неторопливый, расслабленный тон, Сон Ю Чан, Чхве Гён Тхэ и даже Ким До, почти прошедший последний уровень, одновременно повернули головы.

— Я че, сплю?

В ошеломленное лицо Чхве Гён Тхэ прилетел серый кардиган.

— Одевайся давай.

Глядя, как Юн Со Хо направляется в гардеробную, троица погрузилась в шокированное молчание. Похоже, белены объелся вовсе не Чхве Гён Тхэ.

— У него что-то случилось?

— Он же после той ссылки в провинцию стабильно раз в месяц какую-то дичь творит. Как раз по срокам сходится.

Оставленный на диване телефон Юн Со Хо ярко светился белым экраном.

<Гороскоп на сегодня>

…Избегайте самоуверенности и оглянитесь вокруг. Наденьте одежду необычного для вас цвета. Выбрав вместо привычного пути незнакомый, вы обретете нечто ценное, что было потеряно. Игнорирование знаков судьбы приведет к повторению старых ошибок, будьте осторожны.

Счастливые цвета: синий, черный, темно-коричневый.

Счастливые места: парк аттракционов, ресторан.

Счастливые предметы: наручники, кандалы, ошейник, удавка.

***

Пронзительно-синее небо. Сквозь просветы в облаках с ревом неслась вниз тяжелая металлическая махина. Тут же раздались пронзительные визги, а вокруг пестрели яркие гелиевые шары.

— Во сколько, говоришь, концерт? — спросил Ким До, не отрывая глаз от приложения с картой парка.

— Ублюдки. Так ломались, а как приехали — пиздец как кайфуете, да? Сердце-то колотится, а?

— Заткнись. Эй, Сон Ю Чан, сколько у нас билетов без очереди осталось?

— Один. Прокатимся на «Сквиз Экспресс» — и всё.

VIP-билеты без очереди нельзя было просто так купить. Их количество было ограничено, да еще и с лимитом на человека, поэтому троица лишь разочарованно цокнула языками. Разумеется, последний билет они приберегли для самых популярных, самых страшных и опасных на вид американских горок.

В отличие от троих парней, возбужденно бежавших впереди, Юн Со Хо шел с привычным видом полнейшей скуки. Он заранее знал, что ему здесь ни на секунду не понравится. И приперся он сюда, превозмогая раздражение, лишь из-за мимолетного каприза.

Если бы этой ночью ему не приснилась одна бесячая девчонка, из-за которой он так и не сомкнул глаз, и если бы его не дернула абсурдная фраза с сайта гороскопов, он бы в жизни не сунулся в это место. Не то чтобы он верил, что найдет здесь что-то особенное или что это «что-то» найдет его. Ему просто нужно было проветрить голову и потушить пожар в груди, оставшийся после сна. Он хотел окончательно и бесповоротно вырвать с корнем все воспоминания из прошлого, с которым больше не было смысла пересекаться.

Три года.

И те жалкие три месяца, что он был знаком с Ли Бо Дым.

Причина, по которой Юн Со Хо за целых три года так и не смог стереть из памяти этот короткий период, крылась в изнуряющем гневе и чувстве предательства.

Бо Дым вела себя так, будто снимет гипс, вытащит капельницу, тут же купит билет на поезд и примчится к нему в Сеул. Но стоило им расстаться, как она оборвала все связи. От осознания того, что все эти слезы, объятия и мольбы не уезжать были сплошным враньем, его просто трясло.

В пустой, выжженной жизни Юн Со Хо Ли Бо Дым была единственным человеком, излучавшим настоящую, живую энергию. И впервые в жизни он сполна познал, каково это — быть брошенным.

Подавив внезапно подкативший к горлу ком глубоким вдохом, Юн Со Хо ускорил шаг. Как раз в тот момент, когда он проходил мимо бесконечной очереди людей...

— Ли Бо Дым! Хватит фоткать, иди сюда!

Стоп.

Длинные ноги замерли прямо посреди дороги.

Когда имя, которое он слышал только во сне, ударило по барабанным перепонкам, Юн Со Хо на мгновение забыл, как дышать, и просто закрыл, а затем открыл глаза. Густые ресницы медленно опустились и поднялись вновь, и когда его взгляд прояснился, он понял, что уже повернулся на звук.

— ...

Даже в такой огромной толпе он нашел её мгновенно.

Первое, что бросилось в глаза, — густой каштановый хвост, весело покачивающийся на её аккуратно собранных волосах. Затем тонкие запястья, торчащие из рукавов мешковатой синей спортивной куртки, и телефон, крепко зажатый в обеих руках. Она казалась полностью поглощенной фотографированием какой-то статуи.

Когда очередь сдвинулась, Бо Дым наконец-то повернулась.

Её блестящие глаза были такими же по-детски доверчивыми и нежными, как у олененка. Слегка приоткрытые губы без умолку о чем-то щебетали — казалось, они не поспевали за переполнявшими её эмоциями. А длинная белая шея, торчащая из-под привычной олимпийки, выглядела еще длиннее, чем обычно.

Это Ли Бо Дым.

Не из сна, а настоящая Ли Бо Дым во плоти.

Юн Со Хо охватило странное чувство. Казалось, внутри бушевал ураган эмоций, но всё вокруг вдруг стало до неестественного тихим. Повсюду были люди, пестрые декорации и цветастая мишура, но всё, кроме Бо Дым, расплылось в сплошное серое пятно.

Чувствуя, как скрежещут сжатые челюсти, Юн Со Хо ускорил шаг.

Он побежал.

Оставалось лишь протянуть руку, чтобы коснуться тела, спрятанного под слишком большой для неё курткой. И в эту короткую секунду Юн Со Хо вспомнил сегодняшний гороскоп.

Счастливые предметы: наручники, кандалы, ошейник, удавка.

Блядь, надо было не забивать на это хуй и прихватить с собой.

Его огромная тень полностью накрыла лицо Бо Дым. Не успел Юн Со Хо даже протянуть руку, как она обернулась. Её глаза расширились сильнее, чем когда она смотрела на ту потрясающую статую.

— О... Юн Со Хо.

Эта оброненная фраза, прозвучавшая как мимолетное наблюдение, окончательно доконала и без того расшатанную психику Юн Со Хо. Встретившись с его ледяным взглядом, Бо Дым попыталась неловко улыбнуться. Было видно, что она не знает, куда себя деть.

— За мной.

— А? Прямо сейчас?

— А что? Хотите устроить страстную сцену воссоединения прямо здесь?

— ...И насколько страстную?

— Я и так еле сдерживаюсь, так что не провоцируйте. Это мой последний акт вежливости.