Из-за внезапно обрушившейся катастрофы Бо Дым и остальные члены клуба замерли как вкопанные.

— Что сегодня с Юн Со Хо?

Ю Со Ра обернулась в поисках ответа, но Ким Чан и Чон Дже Мин, слипшись, словно кусок пластилина, уже забились в угол. Ю Со Ра лишь мысленно цокнула языком, поражаясь их скорости реакции на опасность.

Но больше всех была удивлена Бо Дым. Остальные-то хотя бы отчасти верили жутким слухам о Юн Со Хо, которые тянулись за ним, как тень. Даже если он грубил без причины, они просто думали: «Ну вот, этот псих наконец-то показал свой истинный характер».

Однако Бо Дым, хотя и часто видела, как Юн Со Хо без всякого уважения бросается резкими словами, впервые столкнулась с таким неприкрытым, первобытным гневом с его стороны.

Даже когда другие парни из-за своей незрелости устраивали жестокие выходки, Юн Со Хо всегда держался в стороне, с безразличием наблюдая за происходящим, или попросту всё игнорировал.

Он никогда не использовал свое внушительное телосложение как оружие, но сейчас всё было иначе. Полный ярости, он надвигался на Ги Чха Хёна. Чем ближе он подходил, тем отчетливее в его глазах читались гнев, тревога и нескрываемая угроза.

— Юн Со Хо.

Бо Дым преградила ему путь.

Её тихий голос словно дернул за оголенный нерв. Юн Со Хо недовольно нахмурился, всем видом показывая, что не желает слушать, но проигнорировать этот зов не смог. Глубоко вдохнув, он проглотил обжигающий ком ярости, подступивший к горлу.

— Чего?

— Что с тобой? Почему ты так взбесился?

— Сначала вы мне ответьте. Это что за уебок?

— Ги Чха Хён из пятого класса.

— Да я не имя его спрашивал! С каких это пор вы так сблизились? Разве официальная модель «Мялки» для практики — это не я? Объясните мне внятно: какого хрена этот ублюдок разлегся на моем месте?!

В его голосе сквозила нервозность, совершенно не свойственная тому Юн Со Хо, который обычно был до скуки высокомерен. Посреди этой напряженной атмосферы Ким Чан пробормотал: «А с каких это пор он стал официальной моделью? Я даже в дневник записал, как он нас матом крыл и отказывался». Впрочем, отвечать на его бормотание никто не собирался.

Даже пока Юн Со Хо яростно свирепствовал, Бо Дым оставалась абсолютно спокойной. Медленно и молча она переваривала каждое слово, долетевшее до её ушей.

— ...

Пока Бо Дым молчала, в комнате повисла тишина, хрупкая и опасная, как тонкий лед.

Прячущимся Чон Дже Мину и Ким Чану казалось просто невероятным, что Бо Дым умудряется сохранять спокойствие перед лицом Юн Со Хо, от которого так и веяло смертельной угрозой.

— Значит...

После целой вечности ожидания Бо Дым наконец заговорила:

— ...Ты сейчас бесишься из-за того, что Чха Хён лег на кушетку, которую ты купил?

— ...

В черных глазах Юн Со Хо на мгновение мелькнуло холодное раздражение. Прямолинейные слова Бо Дым вызвали скорее недоумение, чем злость. Но он даже не смог усмехнуться — просто не нашел, что возразить.

Признавать это не хочется, но со стороны всё выглядит именно так.

— ...Как мелочно.

Брошенное сухим тоном слово безжалостно искромсало его гордость и чувство собственного достоинства.

Мелочно? Юн Со Хо всю жизнь был в центре всевозможных сплетен. Но даже когда ослепленные завистью неудачники пытались опустить его на свое дно злобными слухами, таких убогих оценок он еще не получал.

Невозмутимая маска Юн Со Хо дала трещину. Эмоции, которые он изо всех сил подавлял разумом, опасно зашатались.

— Как бы сильно ты ни ревновал, нельзя так бросаться на людей. Представляешь, как Чха Хён испугался? Он вообще-то пришел сюда специально ради меня.

Каждое слово Бо Дым хлестко било по щекам, безжалостно впиваясь в кожу.

...Ревновал?

В смысле желал заполучить, ненавидел и завидовал? Он всегда был лишь объектом чужой ревности, поэтому оказаться по другую сторону баррикад было в новинку. А уж то, что причиной ревности стало то, что Ги Чха Хён просто лег на эту кушетку, — вообще бред. Жалкий, детский бред.

То, что Бо Дым сочла его таким ничтожеством, само по себе задевало, но еще больше крышу срывало от того, каким тоном она выгораживала Ги Чха Хёна.

— ...Ха.

Во рту перекатывалось непередаваемое чувство отвращения. Пока Юн Со Хо утопал в мучительном смятении, Бо Дым легонько похлопала Ги Чха Хёна по предплечью. Это было просто прикосновение для привлечения внимания, не более, но она даже не заметила, как от этого жеста на тыльной стороне ладони Юн Со Хо вздулись вены.

— Ги Чха Хён, извини. Сегодня мне, наверное, придется заняться Со Хо.

— Да ничего. Кажется, я доставил вам неудобства... Пойду я, пожалуй.

Вы там че, спелись?

Юн Со Хо почувствовал себя абсолютно лишним. Но и останавливать Ги Чха Хёна, который сам решил свалить, он не стал. Как только тот вышел из комнаты, гнетущая атмосфера немного рассеялась.

Бо Дым уселась на кушетку, покачивая ногами, которые не доставали до пола. Её взгляд был прикован к собственным коленям, а не к Юн Со Хо.

— Больше я Ги Чха Хёна на эту кушетку не положу. И не думала, что тебе это настолько противно. Но и ты больше не матерись, как только его видишь. И не посылай. Ты превышаешь свои полномочия. Если уж на то пошло, ни ты, ни Ги Чха Хён в клубе не состоите. Вы тут на равных.

— На равных? Я и этот мудак?

— ...Ну, не совсем, конечно.

Наконец-то нормальный ответ. Юн Со Хо, глядя сверху вниз на её опущенную темную макушку, сел рядом. Так близко, что их бедра слегка соприкасались.

И в чем же разница? А? Ну давай, говори. Желательно подольше и во всех подробностях. Словно озвучивая его мысли, пятка черного тапочка начала отбивать по полу ровный ритм.

— Ты — мой партнер для тренировок, а Ги Чха Хён — моя модель для турнира.

Стук прекратился.

— Так что войди в положение, пожалуйста. У меня до турнира всего неделя осталась.

— ...

— А? Со Хо.

Сердце рухнуло куда-то вниз. Появилось чувство, будто он, потеряв бдительность, упустил нечто невероятно важное, но Юн Со Хо так и не смог понять собственных чувств.

***

Способ избавиться от тревог, мешающих спать по ночам, оказался на удивление прост. Нужно просто перестать обращать на них внимание. Непонятные смайлики от объекта симпатии, бесконечные споры в интернете, бесящие комментарии в соцсетях. Стоит лишь перенаправить энергию в другое русло, как перестаешь об этом думать.

Именно поэтому Юн Со Хо, к которому всегда было приковано всеобщее внимание, до сих пор не умер от стресса. Глубокая апатия и абсолютное безразличие служили его психике надежной броней.

Но в последнее время с Юн Со Хо что-то происходило.

То, на что раньше он плевать хотел, вдруг начало бросаться в глаза, раздражать и выводить из себя.

— Никогда бы не подумал, что Юн Со Хо такой собственник.

— Господи... пожалуйста, сделай так, чтобы в следующей жизни я не переродился хубэ Юн Со Хо.

— В христианстве нет реинкарнации, придурок.

Те самые члены клуба, смерть которых не выдавила бы из Юн Со Хо ни слезинки, теперь воспринимались иначе. Каждое их слово било тяжелым молотом.

Они то и дело поглядывали на Юн Со Хо, сидящего в наушниках, и продолжали болтать, даже не подозревая, что громкость музыки выкручена на ноль.

— Обещал же побыть моделью, а сам в отказ пошел, вот же клоун. Упрямство — просто пиздец.

— Хорошо хоть Чха Хён согласился.

Ю Со Ра поставила точку в журнале практики и закрыла тетрадь.

— Но Бо Дым всё равно хочет, чтобы моделью был Юн Со Хо.

— Серьезно? Почему? Ги Чха Хён же покладистый, с ним куда проще.

Чон Дже Мин. Ну ты и дебил, не разбирающийся в людях. Тебе пиздец.

— А мне Ги Чха Хён больше нравится.

— Да всем насрать, кто там тебе нравится.

Дверь клуба открылась. За Бо Дым, вернувшейся из туалета, вошел Ги Чха Хён. С приветливой улыбкой поздоровавшись со всеми, он заметил Юн Со Хо и неловко замялся. То, что он не стал заговаривать первым, было мудрым решением.

— А вы чего вместе?

— Возле туалета столкнулись.

Юн Со Хо изо всех сил делал вид, что ему абсолютно насрать, но все его органы чувств были напряжены до предела.

Пока Бо Дым перед массажем повторяла теорию по видео, Ги Чха Хён ни секунды не мог усидеть на месте, суя нос во все дела клуба.

Он напоминал только что родившегося щенка, который радостно виляет пушистым коричневым хвостом и лезет куда не просят.

— Слушай, Чха Хён. Можно я и сегодня нашу фотку выложу?

— Да. А эти соцсети — правда весело? Может, мне тоже завести?

— Ой, такому правильному парню, как ты, втянуться будет сложновато...

— Правильному... кому?

— Короче, тебе точно не стоит это начинать.

Пока вокруг Ги Чха Хёна стоял мирный гул, Бо Дым подошла к Юн Со Хо. Она вытащила руку из рукава мешковатой спортивной кофты, а другой взяла его за руку.

В его твердую ладонь опустилось что-то прохладное и круглое. Слива.

Бо Дым одними губами произнесла: «Вкусно», и без сожаления вернулась к своему столу.

Юн Со Хо, чувствуя приятную щекотку где-то в груди, провел большим пальцем по гладкой кожице сливы.