1 - 35
Большой торговый центр.
В потоке людей, деловито снующих между магазинами, Ён Хва двигалась, будто её несло волной.
Гомон сбивал её с толку. Бывать в таких многолюдных местах ей приходилось едва ли не впервые.
— Ён Хва, пойдём сюда! Я очень хотела зайти в магазин этого бренда.
Той, кто махала рукой отстающей Ён Хве, чтобы та поспевала, была её давняя подруга Мин Хи Джу.
Совсем как в школе.
Хи Джу и раньше любила ходить с Ён Хвой по разным местам.
— Смотри, вон то пальто. Посадка очень красивая.
Хи Джу выбрала вещь с сезонной витрины, приложила к себе и спросила:
— Как?
Хи Джу крутанулась, и светло-каштановые волосы мягко слились с кремовым пальто.
— Красиво.
— Правда?
— Но тебе, кажется, больше подойдёт бежевый.
В зеркале их взгляды встретились в упор.
— Правда?
— Да. Бежевый лучше подчеркнёт твоё лицо.
Хи Джу по совету Ён Хвы взяла бежевое пальто того же фасона и приложила к себе перед зеркалом.
— И правда.
Хи Джу небрежно бросила его на прилавок и отвернулась. Ён Хва вместо неё сложила вещь и вернула на место.
Осмотрев остальное и, видимо, не найдя ничего по вкусу, Хи Джу вдруг обернулась к Ён Хве.
— Ён Хва, а что это на тебе за одежда? Тусклая какая.
Ён Хва попала в руки Хи Джу сразу же, как вернулась из дома Чжу Вона. И это скромное платье без единого украшения тоже приготовил Чжу Вон.
Прежняя одежда была измята и порвана в нескольких местах, так что деваться было некуда.
— Сейчас даже монахини так не ходят.
Хи Джу легко провела ладонью по плечу Ён Хвы и на мгновение замерла от того, что почувствовала.
Ей стало любопытно, что за бренд, но длинные волосы Ён Хвы закрывали ярлык, и посмотреть было нельзя.
Хи Джу как ни в чём не бывало вернула лицу прежнее выражение и продолжила:
— Раз уж пришли, давай и тебе что-нибудь купим.
В отличие от Хи Джу, которая любила наряжаться, Ён Хва никогда не интересовалась одеждой.
И в школе она ходила только в форме, в спортивном костюме да в паре повседневных вещей.
И тогда она ходила по магазинам, не выдержав уговоров Хи Джу, которой было стыдно с ней появляться.
— Возьмём вот это. Я тебе куплю.
— Нет, не надо.
— Ну почему, мне же хочется тебе купить.
Ён Хву с полными руками пакетов без передышки утащили в кафе.
— Я закажу. Займёшь место внутри?
В отличие от Хи Джу, у которой всё выходило естественно, Ён Хва только и озиралась, как чужая здесь.
Она села, и растрёпанные мысли немного улеглись.
Взгляд Ён Хвы сам собой скользнул к паре за соседним столиком. Они кормили друг друга десертом и не скрывали, что счастливы.
Их свидание выглядело весёлым.
«Не то место выбрал. Надо было в ближайший храм».
Со мной свидание, конечно, скучное.
Не будь её, он провёл бы то время куда веселее. Ей вдруг стало из-за этого совестно.
И то, что в ресторане, куда он её привёл, она не смогла поесть с удовольствием, и то, что человек, не особенно любящий цветы, поехал в дендрарий.
Да ещё и про своё унылое прошлое рассказывала…
— О чём ты так задумалась?
Хи Джу поставила на стол поднос, и Ён Хва покачала головой.
— Нет, ни о чём.
Хи Джу кивнула и достала стаканы.
— Вот, это тебе. Здесь фирменный напиток — латте со сливками, говорят, очень вкусный.
Сливки вздымались над стаканом горой. Ён Хва осторожно попробовала — сладость намного превзошла её ожидания.
Ён Хва сдержала желание поморщиться и с трудом сделала глоток.
— Вкусно ведь? Здесь и торт знаменитый. Говорят, как мороженое. Попробуй.
И правда, бисквит таял во рту, как мороженое, и был мягким, но Ён Хве совершенно не понравился.
От непривычной сладости в голове зашумело.
Хи Джу фотографировала красиво поданные напитки. Всё как в школьные годы.
— Ах, хорошо.
Хи Джу отпила кофе и довольно промурлыкала.
— Вспоминаю, как ты первый раз пила кофе. Сказала, что горько, и целую чашку американо не осилила.
Той, кто вытащила Ён Хву, засевшую в горах, наружу, была Хи Джу. Пусть это был всего лишь городок, но Хи Джу таскала её повсюду без устали.
Благодаря этому у неё появилось много нового опыта. Почти всё было не в её вкусе. Но по крайней мере она узнала, что видят и чем занимаются обычные люди.
Ён Хва была ей за это очень благодарна.
— Хи Джу.
— М?
Но теперь улыбка Хи Джу была ей чужой.
Потому что с какого-то момента та перестала ей улыбаться.
— Откуда ты узнала мой номер?
— Спросила.
Хи Джу ответила как ни в чём не бывало, но ответом это назвать было нельзя.
— Мой номер вряд ли кто-то знает.
С тех пор как Ён Хва бежала из родных мест, она сменила номер телефона.
Из прежних знакомых с ней не связывался ни один человек.
Мин Хи Джу не была исключением.
С лица Хи Джу медленно сошла улыбка. Уголки губ, всё это время приподнятые, опустились, и лицо мгновенно похолодело.
— Верно, никто не знал. Пришлось поискать.
— Зачем?
Разве их отношения ещё не закончились? Разве Хи Джу ещё было что ей сказать?
Ён Хва боялась ответа, но всё же набралась смелости и спросила.
— На самом деле мне было так тяжело, что я рассказала о тебе своему парню. Что я, кажется, поступила слишком жестоко и очень об этом жалею.
Хи Джу понемногу всхлипывала, а Ён Хва отсутствующе смотрела на свой стакан.
Сливки уже совсем растаяли. Так и не смешавшись с кофе, они оставили лишь мутные разводы.
Ён Хве казалось, что это в точности она сама. Грязная, вязкая, такая, что и сама пить не станешь.
— И, видно, парню меня стало жалко. Представляешь, он тебя разыскал? У него довольно много знакомых.
Хи Джу говорила, что жалеет о своей жестокости.
— Говорит, имя Ын Ён Хва не такое частое, так что времени ушло немного. Кто бы знал, что твой цветочный магазин так знаменит.
— …
— Я так рада, что снова тебя встретила. А ты, выходит, этого не хотела?
От нахлынувших чувств слёзы, висевшие у Хи Джу на ресницах, покатились вниз.
Ён Хва вспомнила тот день. Тогда Хи Джу тоже плакала. Всегда такая уверенная в себе Хи Джу кричала, обливаясь слезами.
«Это из-за тебя. Ты его убила! Ты сказала лишнее!»
Голос, полный злобы, до сих пор звучал живо.
Всё тело Ён Хвы одеревенело, как в тот день, когда она ничего не могла сделать.
Рука Хи Джу обхватила её предплечье.
— Я много всего передумала. Мы же были совсем маленькие. Наверное, мне нужно было кого-то обвинять. Хотя ты и не виновата.
Это была не обида. Это был гнев, презрение, а вернее — откровенная ненависть.
«Я так этого не оставлю! Я сделаю то же самое со всей вашей проклятой семьёй!»
Из каждого её слова капал жестокий яд, а глаза, полные жажды убийства, будто вот-вот вонзятся в неё.
Есть человек, который меня так ненавидит и проклинает; причин, по которым меня не должно быть, больше, чем причин быть, — так, может, правильнее мне исчезнуть?
С такими мыслями Ён Хва однажды и вошла в ледяное море.
Говорят, страшнее всего сусальгви 1.
1 Сусальгви — дух утонувшего.
Говорят, души, сгинувшие в воде, никогда не отпускают; кого схватили — того уводят до конца.
И всё же она не отдалась воде целиком лишь из-за памяти о том, как когда-то мама, как безумная, вытаскивала её из воды.
«Ён Хва! Ён Хва, нельзя!»
Мама, дрожа всем телом, крепко обняла её; тепло тех рук до сих пор где-то в ней оставалось.
Поэтому она сбежала. Запихнула в один рюкзак всё, что попалось на глаза, и, не оглядываясь, уехала в Сеул.
— Прости меня, Ён Хва.
И в этом Сеуле, куда она сбежала, она снова встретила Хи Джу.
— Ты не могла бы меня простить?
Ён Хва не смогла ничего сказать. Молчание, видимо, показалось Хи Джу колебанием, и она полезла в сумку и что-то достала.
— Я в знак извинения принесла тебе подарок.
Она открыла крышку подарочной коробки — внутри лежал браслет с маленькими бубенчиками. Серебристая цепочка тускло поблёскивала под лампами.
— Помнишь? У нас раньше были похожие браслеты.
Проходя по улице, они покупали кольца дружбы, браслеты дружбы и всё такое. И так изображали обычных старшеклассниц.
— Тебе неприятно брать то, что дарю я?
— Дело не в этом.
На большее её не хватило. Ён Хва не могла решить, как ей быть.
Пока она колебалась, Хи Джу уже подтянула её руку к себе.
Холодная металлическая цепочка скользнула по запястью. Звяк — тихо отозвались задевшие друг друга бубенчики.
— Ни в коем случае не снимай. Поняла?
Уголки губ Хи Джу преувеличенно поползли вверх, а следом прищурились и глаза.
* * *
Какое-то время Ён Хва была занята встречами с Хи Джу.
Хи Джу, будто желая наверстать всё упущенное время, звала её без передышки. Как назло, выпали подряд выходные, и отговориться магазином было нельзя.
После встреч с ней в руках оставалась гора пакетов.
Почти всё — подарки от Хи Джу.
«Значит… ты и подарков моих больше не хочешь?»
От одной этой фразы поникшей Хи Джу Ён Хва проглатывала отказ.
Она не могла жёстко оттолкнуть Хи Джу, которая говорила, что хочет снова дружить как раньше.
Это ведь не так уж трудно.
Раз это в знак извинения — потерплю немного, пока Хи Джу не станет легче.
Подарки были самые разные. Зеркальце, мелкие безделушки, чайный набор, иногда даже заколка с красной лентой.
По меркам Ён Хвы они были несколько броскими, но дорогими не были.
Она принимала подарок за подарком, и незаметно дом и магазин стали заполняться вещами от Хи Джу.
И чем дальше, тем тяжелее становилось тело. Она просыпалась после сна, сидела без движения — а в голове всё равно был туман.
Даже когда она через силу двигалась, её быстро клонило в сон, и сообщения от Чжу Вона и Со А она всякий раз читала с большим опозданием.
Но сегодня она хотя бы успела написать перед сном.
«Простите. Была занята и не смогла посмотреть».
Едва она нажала «отправить», телефон зазвонил.
