То, что этого не было в договоре, означало, что все её действия были исключительно деловыми.
Возможно, и этот разговор был для неё частью дела.
И то верно. Кто её нашёл, в конце концов?
Эту женщину подсунули председатель Ча и управляющий Ан, сговорившись и приплетя даже завещание.
Умение снимать чужую настороженность у неё было отменное.
— Вы так усердны и добросовестны в исполнении договора, что я и не знаю, куда себя деть.
Воздух вдруг словно стал промозглым, и Ён Хва слегка повела плечами. Похолодало так, будто температура в палате резко упала.
Я что-то сделала не так? Ён Хва хотела спросить, но её прервал раздавшийся звонок.
— Ча Чжу Вон слушает.
Он ответил на звонок и вышел из палаты.
Исчез всего один человек, но, будто убрали огромный валун, пространство сделалось пустым.
Ча Чжу Вон… Значит, его зовут Ча Чжу Вон.
Ён Хва повторила про себя случайно услышанное имя. А потом принялась пережёвывать собственные слова.
Я ведь не оговорилась?
Она была довольно нечуткой к чужим чувствам. Так вышло оттого, что с детства она нарочно подавляла в себе интерес к другим людям.
Она плохо замечала, когда кто-то исподволь хвастается, или ловко переступает черту, или когда повисает неловкость, которую обычный человек уловил бы сразу.
В другое время она бы и не заметила, но энергия, которую источал Чжу Вон, была слишком отчётливой, и не заметить было невозможно. Возникло чувство, будто она что-то упустила.
Беда была в том, что, сколько ни прокручивала она разговор в голове, подходящей причины она так и не находила.
Прошло довольно много времени, а Чжу Вон не возвращался.
Он что, так и ушёл?
Может быть.
Ведь прощаться с ней ему было ни к чему.
Ён Хва медленно поднялась. Решила проверить сама.
Иглу мешавшей капельницы она выдернула не колеблясь, но, открыв дверь палаты, Ён Хва не смогла переступить порог и зажала нос рукавом.
— Ох.
Она на минуту забыла. Что за место больница.
Запах дезинфицирующих средств и лекарств, а вместе с ним и труднообъяснимая энергия хлынули разом.
Только осмотрюсь вокруг.
А если его нет — выпишусь. Останься она здесь дольше, состояние точно ухудшилось бы.
Ён Хва осторожно сделала шаг.
Казалось, будто то, что не сумело вовремя уйти, висит по углам потолка и в закоулках коридора.
И каждый раз, когда Ён Хва двигалась, эти существа словно медленно поднимали головы.
Ён Хва собралась с силами и хотела идти дальше, но от донёсшегося издалека крика ноги примёрзли к полу.
— Давление падает! Ставьте линию заново, готовьтесь!
Высокий, задыхающийся голос и скрежет грубо толкаемой каталки заполнили коридор.
— Прошу тебя, открой глаза! Нельзя закрывать глаза!
От чьего-то отчаянного крика сердце ухнуло вниз, и обломки давних воспоминаний разом всплыли на поверхность.
Белая простыня, протяжный сигнал тревоги, рука, которую она не удержала.
Дыхание Ён Хвы участилось. Ноги подкосились, она чуть не упала и еле удержалась, опершись о стену.
Так она удержалась на ногах, но рука, зажимавшая нос, соскользнула, и мерзкий запах ударил глубоко внутрь.
Нельзя.
Дышать становилось всё труднее. Дыхание сбилось, но Ён Хва только стиснула зубы.
Надо как-то отсюда выбраться.
Но, вопреки отчаянному желанию, она не могла шевельнуть и пальцем.
И, будто только этого и ждала, холодная энергия зябко поползла вверх по затылку.
Это жуткое ощущение Ён Хва испытывала и раньше.
Ещё немного — и ощущения начнут искажаться, а потом…
Нельзя, до этого нельзя.
Страх сдавил горло. Стиснув зубы, Ён Хва из последних сил повернулась.
И тело её наткнулось на что-то холодное и твёрдое.
— Что вы здесь делаете?
От голоса, раздавшегося над головой, воздух, давивший на Ён Хву, мгновенно рассеялся.
Это был он. Мужчина, к которому из-за его тяжести никто не решался подойти.
Мужчина, который сжирает даже само присутствие всего вокруг.
Если это он…
Ён Хва машинально протянула руки.
Откуда взялись силы, было непонятно. Она вцепилась в него, как утопающий хватается за спасательный конец.
— Ха-а…
Только теперь Ён Хва выдохнула застрявший воздух. Дыхание пробилось, и ей будто вернулась жизнь.
Ён Хва уткнулась лицом ему в грудь и раз за разом выравнивала дыхание.
— И что это ещё за уловка?
Холодный голос упал сверху. Ён Хва понимала, что это неприлично, но отпустить его никак не могла.
Трясущимися руками она крепко сжала его рубашку.
— Простите. Минутку… всего одну минутку.
Бух, бух — сквозь одежду чувствовались удары его сердца. Привилегия, доступная только живым.
Это горячее биение будто говорило ей, что теперь всё хорошо.
Заметив, что с Ён Хвой творится неладное, Чжу Вон тихо спросил:
— Вам плохо?
— …
— Позову врача.
— Не надо звать…
Теперь ещё и капризничает. Проглотив вздох, Чжу Вон как раз собирался подозвать проходившую мимо медсестру.
— Нельзя!
Ён Хва обняла его крепче. Сейчас ей нужен был не врач, а Чжу Вон. От вида врача душевная рана только разбередилась бы и ей стало бы хуже.
На упрямый ответ Чжу Вон молча посмотрел вниз, на женщину у себя в объятиях.
Она держалась ещё крепче, будто боялась, что он оттолкнёт, — зрелище было то ещё.
Что вообще происходит?
С тех пор как он нашёл Ён Хву, он спросил трижды и до сих пор не получил ответа.
От нелепости положения раздражение подступило к горлу, но оторвать от себя Ён Хву Чжу Вон так и не смог.
В конце концов он махнул рукой и расслабил тело.
Стоило замереть, как подступившая нервозность улеглась и все пять чувств стали понемногу оживать.
И маленькая голова, прижавшаяся к груди, и лёгкое дыхание, щекочущее грудь, и руки, крепко обхватившие его за пояс.
То самое маленькое, хрупкое тело, которое ещё прошлой ночью он запер в объятиях и не отпускал.
Низ живота вдруг заныл, и туда прилила кровь.
— Блядь.
Она, видимо, испугалась внезапной брани — округлившиеся глаза уставились на Чжу Вона. Глядя на его перекошенное лицо, Ён Хва торопливо заговорила:
— П-простите. Я так бессовестно…
Ён Хва отступила на шаг, и прижатые тела разъединились. Но и мягкость, и запах её тела, коснувшийся кончика носа, остались прежними.
— Раз понимаете, и хорошо.
Чжу Вон ответил как можно холоднее, будто остужая жар, и прошёл мимо Ён Хвы.
Будто старался не замечать наглеца, который твёрдо задрал голову.
* * *
В палате, куда он вернулся, Чжу Вон сидел ещё развязнее, чем прежде.
— Теперь объясняйте.
Он скрестил руки и кивнул подбородком. Ён Хва ненадолго задумалась, как объяснить.
— Это… ну…
Молчание затянулось, и Чжу Вон заговорил первым:
— Паническое расстройство, что-то такое?
Одышка и растерянность и правда были очень похожи.
— Похоже на то. Но вот только что… вы…
Она смотрела на него и растерянно подбирала слова, и Чжу Вон любезно подсказал:
— Ча Чжу Вон.
— Да. То есть, когда я обняла господина Чжу Вона, мне стало намного спокойнее.
Если тревога такая сильная, пила бы лекарства. А она вцепилась в него — глупое зрелище.
И всё же до следующих её слов настроение у него было не таким уж скверным.
— У вас, господин Чжу Вон, очень хорошая энергия.
От дикой фразы настроение Чжу Вона рухнуло.
Ён Хва совершенно не заметила, что не так с её словами, и продолжила пояснять.
— Энергия сильная, и она не остаётся только при вас. Она влияет на людей вокруг. Даже нечуткий человек почувствует хотя бы давление.
Издавна говорили, что к человеку с крепкой энергией всякая шелуха не липнет.
Так же было и рядом с бабушкой.
Но чтобы всё отсекалось настолько полно, будто ей перерезали нервы, — такое случилось впервые.
Ничего не было видно и слышно, и даже запах, от которого Ён Хву мутило, невероятно ослаб.
И всё это — просто оттого, что она была с ним в одном помещении.
— То есть у меня хорошая энергия, и поэтому ваша тревога, госпожа Ын Ён Хва, ослабла?
— Да.
Ён Хва серьёзно кивнула, и губы Чжу Вона резко перекосились.
Эта женщина говорила ему такую убогую чушь, какой не несут даже придурки, что ищут Путь 1 посреди Каннама.
1 Уличные вербовщики сект в Корее заговаривают с прохожими, предлагая «познать Путь», и начинают с комплимента вроде «у вас очень хорошая энергия»; Каннам — деловой район Сеула.
Он на минуту забыл. Как он вообще познакомился с этой женщиной.
С самого начала это были отношения, где целью были тела друг друга. Он же сам ей и напомнил, разве нет?
Чтобы она назвала все условия договора, какие захочет.
«Вы так усердны и добросовестны в исполнении договора, что я и не знаю, куда себя деть».
Чжу Вон показал своё недовольство и внезапно вышел из палаты, а женщина пришла за ним и прижалась телом.
Ведь нельзя, чтобы оставшаяся часть договора сорвалась.
Значит, у неё почти получилось. Видно, делала не в первый и не во второй раз: побелевшая, дрожащая рука выглядела настоящей, а он, как идиот, отозвался на это тело.
— Вы ведь только что просили? Назвать другие условия договора.
Так же, как в номере отеля он купился на это наивное лицо.
— Не нужно. Что можно выторговывать у человека, с которым видишься, только чтобы потрахаться?
Резкие слова грубо оцарапали Ён Хву. Он говорил, что даже её забота — это лезть не в своё дело.
— Тогда… можно хотя бы узнать, когда следующая встреча?
— Когда трахаться, спрашиваете?
Ён Хва прикусила губу и отвела взгляд.
Неужели и эта растерянность — тоже игра? Весь интерес разом остыл.
— По-моему, это не то дело, куда вам стоит лезть.
— Простите. Я просто хотела заранее подстроить расписание…
Но Чжу Вон вышел из палаты, не дав Ён Хве договорить.
В палате остался только колючий холод.
— Хотела ведь…
Если назначались выездные заказы, без поездки на рассвете на цветочный рынок было не обойтись. А если работа выпадала в провинции — тем более тяжело.
Он сказал, что ему не нравится, когда она исчезает утром, и она просто не хотела повторять ту же ошибку.
Впрочем, считаться с этим он был не обязан. Всё это касалось только Ён Хвы. Так что и злиться на неё за то, что лезет не в своё дело, было естественно.
В палате, откуда он ушёл, было тихо.
Ён Хва посмотрела на свою ладонь. Ощущение того, как она держалась за него, было живым. Странно, но живее, чем та жаркая ночь.
Крепкие руки и правда её обняли, и это мгновение было очень уютным.
— Странный человек…
Оценка его, похоже, ещё не скоро изменится.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/tri-nochi-06fa43
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
