Это был не огненный шар, не молния и не красивое заклинание из учебника.

Это был сгусток маны. Чистая энергия, спрессованная до такой плотности, что на неё больно смотреть.

«Э... э...»

*Хр-р-рясь!*

*БА-А-А-А-А-АХ!!!*

Жив он там или нет, меня уже не волновало. После такого выживать глупо даже мечтать.

Дрожал воздух. Сыпалась каменная крошка. Стена ходила ходуном. Ветер бил в лицо так, что глаза не открыть.

Зеваки, которые ещё недавно радостно орали где-то вдалеке, вдруг завизжали и ломанулись к краям, словно увидели не бой, а стихийное бедствие.

До них дошло: если магия Чон Хаян заденет хоть краем, их просто не станет.

Сравнение было не самое изящное, но они напоминали зверьё перед землетрясением. Такой же слепой ужас. Такая же попытка убраться подальше, пока земля не раскрылась под ногами.

Когда пробудился демон, публика реагировала спокойнее.

Теперь же все вели себя так, будто главным злодеем была Чон Хаян.

«Нет... сука... только не рушься... держись. Ты же можешь. Можешь ведь?»

Сейчас меня больше всего интересовала не судьба врага, а стена пятого сектора. Нет, даже не стена — вся передовая база.

Демон с глухим *бум* принял на себя мановый сгусток, но выглядело это так, будто человек вздумал поднять Землю.

Пол под ним заскрипел. Опора просела. Камень начал крошиться.

«Хватит, блядь, Хаян... хватит... Нам стену снесёт. Базу снесёт. Это не то. Совсем не то. Сука...»

Я резко оглянулся.

Чон Хаян висела в воздухе. Я, как выяснилось, тоже уже не стоял на земле.

Она закусила губу до крови. Лицо разгорелось, глаза налились красным. Она смотрела на ублюдка, который ещё пытался держаться, и в этом взгляде не было ничего человечески спокойного.

Теперь я понимал, почему глава братства назвал её демоном. В этот миг она и правда была похожа на злого духа.

— Сдохни... сдохни... Я убью тебя. Убью.

Она повторяла это вполголоса, и стало ясно: с головой у неё сейчас беда.

Я решил, что уж меня-то она услышит, и открыл рот. Но тут мир поплыл.

«А?»

Это была не усталость. Чон Хаян наложила на меня магию.

«Ты что... зачем вдруг...»

И только тогда до меня дошло, как я сам выгляжу.

Наверное, она решила, что если я и дальше останусь в таком состоянии, это ударит по рассудку. Значит, в меня вбили что-то вроде сна.

Пусть это будет сон. Пожалуйста, пусть это будет просто сон. Не другое. Не какой-нибудь долбаный повод утащить меня в Проклятое святилище сумасшедшей магички.

Я цеплялся за сознание как мог, но толку не было.

Зато наш глава братства всё ещё держался. В такие минуты им даже можно было гордиться.

«Давай, сволочь. Ты сможешь... Душу демону продал... Так хоть это выдержи. Сука, ну правда же. Оттолкни эту хрень и тогда уже подыхай».

*Хр-р-р-р-рясь!*

Его всё глубже вдавливало в землю. Манова глыба медленно сползла к стене.

*Кр-р-р-р-р-р-р-р-рах!*

«Нет!!!»

Перед тем как вырубиться, я успел увидеть, как магия, похожая на катастрофу, сносит часть стены к чёртовой матери.

«Хаян... ты выросла. Блядь...»

*БА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!!!*

* * *

— Сука!

Я подскочил на кровати и увидел привычную больничную палату. Сколько я валялся без сознания, хрен его знает, но тело было деревянным.

— Вы... вы очнулись, господин Ли Гиён.

Я повернул голову на голос.

Элена стояла рядом. Щёки красные, дыхание сбилось, будто она только что бежала. Почему она держалась за грудь, я не понял, но выглядела она растерянной до прелести.

Влажные от пота волосы, чуть сбитая осанка, тревога в глазах — всё это было так не похоже на обычную Элену, что я вдруг ясно понял: я давно её не видел.

Мы связывались через ручное зеркальце богини, да. Но живой человек есть живой человек. И увидеть её оказалось приятно.

Всего год прошёл. Казалось бы, что там могло измениться. А она стала взрослее. Спокойнее. Глубже.

— Давно не виделись, Элена. Когда вы приехали?

Будь я один, первым делом разразился бы такой матерщиной, что стены покраснели бы. Последняя картина перед отключкой стояла перед глазами во всей красе.

Но Элена начала объяснять, и злость на Чон Хаян сама съёжилась.

— Госпожа Чон Хаян встретила меня. Сказала, что вы лежите без сознания, что надо ехать немедленно... Она очень торопилась, поэтому я добралась раньше срока. Сон Хиён тоже приехала. И Джонён из гильдии. Ещё Сора...

— ...

— ...

«Да, Хаян. В чём ты виновата-то».

Больше всех тогда, наверное, испугалась сама Чон Хаян.

Она и в нормальном состоянии плохо разбиралась с неожиданностями. А тут что ей оставалось? Убить врага. Спасти меня. Всё. Другие мысли просто не успели бы родиться.

Я ещё не знал точного ущерба, и всё же кивнул с тяжёлым сердцем.

— Понятно.

— Сначала она говорила очень сбивчиво. Я почти ничего не поняла. Но благодаря ей успела вовремя.

«И ревела, небось, как ненормальная».

Я-то вырубился и ничего не видел, но картину представить было нетрудно.

— Господин Ли Гиён, можно я проверю вас? Вы держали серебряное состояние три дня. Снаружи всё выглядит спокойно, но внутри могут быть последствия.

— Что?

— После прибытия жрецов ордена Бенигор вы вернулись к обычному виду, но...

«А... сука. Я же потерял сознание, не отменив смену класса».

— Конечно. Проверьте. Хотя, кажется, ни с телом, ни с головой ничего особенного. Сколько я спал?

— Ровно четыре дня.

«Как лягу, так минимум на трое суток. Не было ведь причины так долго валяться. Или дум-форма жрёт выносливость сильнее, чем я думал?»

Возможно, дело было в магии Чон Хаян. Но, зная собственное хилое тело, я больше верил в первый вариант.

Пусть Белиал мне помогает, пусть подстраховывает, но человеческое тело есть человеческое тело. Впустить в него силу демона — не стакан воды выпить.

Братство, или как там этих придурков, отлично показало, чем заканчивает человек, нализавшийся демонической мощи.

«Нельзя пользоваться этим как ложкой за обедом».

Пока я перебирал всё это в голове, Элена с серьёзным видом проверяла меня с головы до ног.

Побочных эффектов, конечно, найти было неоткуда: Бенигор уже вернула мне нормальный класс. Через несколько минут Элена наконец выдохнула и кивнула.

— К счастью, ничего плохого я не вижу. Но вы сильно ослабли. Вам нужно какое-то время принимать укрепляющие средства. И есть нормально. Не пропускать приёмы пищи. И, пожалуйста, не работайте ночами.

— Постараюсь. Когда закончу с этим делом.

— С этим делом?

— Что стало с пятым сектором? Михаила и Натали взяли? Что с остальной зачисткой? Если вы что-то знаете, расскажите всё.

Элена тихо вздохнула.

— Это лучше услышать не от меня. Все сейчас снаружи. Если дать знать, они быстро соберутся. Я на минуту выйду.

— Хорошо.

Она уже повернулась, но остановилась.

— И... я не успела сказать сразу. Всё вышло слишком резко. Я очень рада снова вас видеть.

— Я тоже рад.

Она на миг крепко обняла меня.

Потом смутилась, покраснела ещё сильнее и почти выбежала из палаты.

Человек, который год назад был чистым, через год тоже остался чистым. Такое, оказывается, бывает.

После её ухода палата стала тихой.

«Значит, все здесь».

Не одна Элена приехала.

«Сон Хиён, Хван Джонён...»

С ними наверняка вернулась и Ю Аён. Пак Докку, революционная троица и Чо Хеджин с Чон Хаян были рядом в конце, так что никуда они не делись. До Кима Чханнёля весть тоже, скорее всего, дошла.

Лучшая подруга Чон Хаян, Хан Сора, точно здесь.

И ещё...

«Ким Хёнсон. Этот ублюдок тоже приехал?»

Должен был. Не мог не приехать.

Даже если он забил на связь и закопался в свои тренировки, я лежал в больнице. После всего, что я для него сделал, не прийти было бы уже не свинство, а преступление против человечности.

«Столько я в него вложил... Если не пришёл, он настоящее говно. Прямо конченое».

Услышал бы — прибежал бы сразу. Наверное.

Я от нечего делать потянулся к списку посетителей. В глаза сразу бросились имена тех, кто ошивался здесь постоянно.

Первое место, конечно, занимала Чон Хаян.

Имя Ли Джихе попадалось на удивление редко. Значит, разгребала последствия. Работы там, похоже, было больше, чем хотелось.

«О? И Хира заходила».

Была отметка и Касугано Юно. Гильдейцы приходили группами. Люди из Теократии тоже отмечались.

Но сколько я ни листал, имени Кима Хёнсона не видел.

Обидеться я ещё не успел. На третий день после снятия дум-формы запись всё-таки нашлась.

[Список посетителей]

[10/24]

[Ким Хёнсон] AM 08:43-PM 05:50

Он просидел у меня почти весь день, пока орден Бенигор не прислал жрецов, чтобы разобраться с дум-формой.

Не час. Не два. Весь день.

Значит, волновался всерьёз. Тем более тогда серебро ещё не спало.

«И как он это выдержал?»

Стоило отметить и другое: одному человеку позволили сидеть так долго. С любой стороны это попахивало превышением полномочий, но внутри, видимо, решили закрыть глаза.

Я улыбнулся.

Вот что значит годами пахать на благо семьи. Моя ночная и дневная забота не пропала даром. Труд, вложенный после попадания сюда, всё-таки окупился.

От этой мысли в груди даже потеплело.

Но радость быстро испортила другая мысль.

«А... теперь начнётся геморрой».

После прошлого случая с фактическим заточением меня и так пытались держать на коротком поводке. А я всегда считал: после дела самое важное — зачистка.

Тем более сейчас вопросов было до хрена.

Кто тот демон, что заключил договор с братством? Как они вообще пустили корни в пятом секторе? И главное — могли ли у братства и Михаила остаться поддельные сведения обо мне?

Если мой любимый регрессор доберётся до этих бумажек раньше меня, будет очень некрасиво.

«Лучше бы он не приезжал».

Да, переобулся я стремительно. Но что поделать.

Забота о безопасности мне в целом нравилась. А вот если он решит лично ходить за мной хвостом, всё станет муторно до зубовного скрежета.

Я со вздохом вернул список на место.

И тут дверь распахнулась.

— Гиён! Гиён!

В палату ворвался мой любимый регрессор.

«Хёнсон, сука... я вообще-то в отключке лежал».

Мы не виделись девять месяцев.