Грохот ударил по ушам так, будто хотел порвать их изнутри.
«Сука. Да что это вообще такое?»
Почему мне снова показывают историю мрази в маске из первого захода, я не понимал. Голова кружилась, мир шёл пятнами, мысли путались.
Я заставил себя смотреть на Кима Хёнсона и Тронуса, но картинки накладывались одна на другую.
Ким Хёнсон снова и снова рубил мечом. Запойный голубь принимал удары. Всё вокруг взрывалось, земля, стены, деревья теряли форму.
Беда была в том, что я уже не различал время.
«Это сейчас? Второй заход?»
Нет.
«Только что же был первый? Или опять второй?»
Первый и второй заходы мешались в одну кашу. Сцены одна за другой впивались прямо в мозг.
Наверное, их можно было считать одной и той же сценой. Эти двое сражались так и тогда, и теперь. Отличить времена можно было только по крыльям за спиной Кима Хёнсона. Но даже крылья двоились и расплывались.
Зато их сила была видна ясно.
«Силен».
Ким Хёнсон первого захода был чудовищно силён.
«Как он вообще так двигается?»
Он ещё не принял силу Люцифера, а двигался почти так же. Местами даже быстрее.
Один хорошо выкованный меч.
Вот что он напоминал. Без лишних крыльев, без тёмной силы, без украшений. Просто меч. И этим мечом он на равных держался против одного из четырёх великих ангелов.
Но и запойный голубь был не слабее.
«Тронус — самый слабый из четырёх? Да идите вы».
Не по моим глазам. Он был силён. Его мечевое искусство стояло рядом с Хёнсоном, а иногда казалось даже выше. Длинным, неудобным на вид мечом он владел так, будто тот вырос из руки.
Он отличался от Херувима, который давил Чха Хиру грубой мощью, и от Доминиона, сражавшегося с Ли Джихе своей силой. Тронус пользовался человеческой техникой.
Его никто не учил. Он украл её глазами. Опыт, подражание, тоска по людям — вот из чего он выточил себя. Ангел, который хотел быть похожим на человека, дошёл до вершины человеческого меча.
Картина первого захода, которую я видел, скорее всего, уже застала его после роста.
*БА-А-А-АХ!*
*КРРРРК!*
*ХРУСТ!*
Они не разговаривали. Ни в первом заходе, ни во втором.
Можно же было насыпать друг другу в уши, сбить настрой, вывести из себя. Я бы точно не молчал. Но эти двое просто бились мечами. Может, у мастеров меча есть какая-то своя херня: ударил клинком — и всё, душу рассказал. Не знаю. Они дрались долго.
Тронус давил.
«Хёнсон уступает?»
Картинка окончательно ушла в первый заход. Лицо Кима Хёнсона становилось всё жёстче. Это случилось после того, как Тронус показал новый рисунок меча.
Я не понимал, что именно он делает. Какую технику ведёт, куда двигает силу, что меняет. Но смысл всё равно дошёл: перед глазами словно рассыпались звёзды. Разглядеть было нельзя, но ощущение было именно такое.
Ким Хёнсон только и успевал отбивать. Он попытался уйти назад, вдохнуть, дать телу миг покоя. Тронус, конечно, не дал. Их поле боя начало расползаться.
Они меняли местность одними взмахами. Покажи кому «до» и «после» — половина зевак решила бы, что это разные места.
Один удар срезал деревья пачками. Кима Хёнсона отбросило через развалины; он пробил несколько стен и врезался в камень.
*БА-А-А-АХ!*
Тронус получил удар в лицо, улетел в мёртвый город, и сцена перекинулась к лесу.
— А-а-а-а-а-а-а!
Они оба заливались кровью. Оказывается, у ангелов она тоже есть. Лицо Тронуса стало красным. У Кима Хёнсона плохо слушалась левая рука. Всё тело уже было в клочья.
Это была не красивая дуэль. Это была бойня на последнем дыхании.
Странно выглядело другое: тело Тронуса сбивалось. Не знаю, как сказать точнее. Будто картинка на нём заикалась. Сначала почти незаметно, потом сильнее. Его движения менялись, и менялись плохо.
Он перенапрягался. Хотя мог держать преимущество спокойно, он снова и снова лез в рискованные атаки.
«Что с ним?»
В этот миг меч Кима Хёнсона вошёл ему в сердце.
Конец такой схватки пришёл без предупреждения. Тронус рухнул там же.
Наш милый регрессор Ким Хёнсон победил.
Но и сам он дошёл до края. Его меч ещё торчал в сердце врага, а он уже задыхался. В глазах не было радости. Только облегчение человека, который пережил слишком долгий и слишком тяжёлый бой.
— Ха... ха... ха...
Ким Хёнсон завалился набок. Потом поднялся, сделал несколько шагов и снова рухнул.
* * *
Мужчина в маске появился вскоре после этого.
Он остановился перед умирающим Тронусом. Ангел лежал с мечом в груди и смотрел в небо. Человек в маске стоял рядом и глядел на него с непонятным выражением.
Тихий голос прозвучал первым.
— ...
— Значит... я умираю.
— Господин Тронус.
— Вот он. Мой конец.
— Господин Тронус...
— Так вот каким он оказался. Я не думал, что у меня вообще будет конец.
— ...
— О смерти я тоже почти не думал. Я не придавал значения тому, что рождается и исчезает. Нас ведь создали такими, чтобы мы об этом не думали. Но мне жаль.
— ...
— Очень жаль. Я не увижу с тобой мир, который мы хотели нарисовать. Не сдержу обещание. Исчезать страшно. И обидно.
— ...
— Это не твоя вина. Я проиграл и умираю не из-за тебя. Твои приказы, как всегда, были верны. Я не смог их выполнить. Я думал, что справлюсь, но твоих надежд не оправ...
— Пф... пф-ф.
— Не оправ...
— Пф... пха-ха-ха.
— ...
— Пха-ха-ха-ха-ха! Хе-хе-хе!
— Что?
— Дебил. Пха-ха! Тупая ты птица.
— Ты сейчас...
— До сих пор не понял? Вот же деревянный голубь. Как ты вообще с таким мозгом живёшь? Не зря тебя остальные птицы считали тугодумом.
— Ты...
— Ты правда не врубился? Не надо извиняться, господин Тронус. Не надо просить прощения. Всё вышло ровно так, как я хотел. Я даже благодарен. Ты свою роль сыграл отлично. Хорошая партия, хороший финал.
— Что ты... говоришь...
— Это я тебя убил, тупой голубь. Не Ким Хёнсон. Я.
— ...
— Я с самого начала не хотел, чтобы ты победил, Тронус. Ты должен был умереть здесь. От начала и до конца ты ждал моего приказа, чтобы сдохнуть. Понимаешь? Я велел тебе прыгнуть в руки Киму Хёнсону, потому что хотел, чтобы тебя насадили на меч. Пха-ха!
— О чём... ты... кхе... кхе...
— Я же всё разжевал. Если и теперь не доходит, ты и правда конченый болван. Тронус, с чего ты решил, что я мог выбрать тебя? Вонючему голубю доверить дело? Тьфу. Ты серьёзно поверил, придурок?
— Ты... ты...
— Я выбрал вот его. Героя, который выполнил свой труд, выбился из сил и валяется здесь. Не преодолевший. Несущий жертвы на спине. Прозревший. Потерпевший поражение герой Ким Хёнсон. М-м, как звучит. Правда ведь? Потерпевший поражение герой Ким Хёнсон. Герой Ким Хёнсон, который взвалит на себя всё. Мир измените не вы, голуби. Его спасёт этот человек. Он сделает это вместо вас.
— Что...
— Ты думал, я приду сюда порыдать и сыграть драму? Тупой сукин сын. Тупой ты кусок дерьма. Ха-ха. Ах, да, это стоит сказать. Спасибо, Тронус. Спасибо, что умер от руки Кима Хёнсона. Ты стал отличным опытом. Дал ему уверенность, дал смелость. Память о сегодняшнем дне будет для нашего Хёнсона огромной силой.
— Кто...
— Что? Пха-ха!
— Кто сделал тебя... таким?
— Этот псих опять несёт какую-то херню?
— Кто... кто развратил тебя... кто...
— А ты занятная штука. Я знал, что ты тупой, но не думал, что настолько. Хотя тебе уже пора бы сдохнуть. У голубей, похоже, жизнь крепкая. Тьфу.
— Кто сделал тебя таким... я спросил... ха... ха... подожди. Ещё немного... и я...
— ...
— Я смогу тебя спасти. Я... спасу... тебя... это моя... вина... мне надо было... лучше... смотреть...
— Вот такого я не ждал.
— Я не думал... что всё... ха... ха...
— Ты оказался ещё тупее, чем я считал.
— Спасу...
— Вы, значит, тоже умеете плакать. А я думал, вы даже на людей не похожи.
— Ещё... немного времени...
— Да заткнись уже, Тронус. Из-за тебя сценарий сыпется. Проклятье. Чёрт. Чёрт... один тупой ублюдок, и всё с самого начала... ах...
— Прошу...
— Я сказал: молчи.
— ...
— А, вот как можно. Да. Похоже, ты прав, Тронус.
— ...
— Наверное, меня и правда кто-то сломал. Я не хотел так поступать, но сам не заметил, как пал. Хотел, чтобы меня спасли, только никто не пришёл. Все отвернулись. Все, кого я считал дорогими, умерли, я развалился изнутри... Прости, Тронус. Я не смог оттолкнуть чёрную тьму. В конце концов она меня взяла.
— Ха... ха...
— Я ведь не мог тебя предать. Мы же друзья. Мы понимали друг друга. Я до сих пор помню небо, которое мы смотрели вместе. Было хорошо. Прохладный ветер, звёзды сыпались сверху. Мы разговаривали... да, что-то такое. Честно говоря, мне было скучновато... нет, ладно. Мне тоже было радостно, Тронус.
— ...
— Мы же вроде родственные души. Так что я хочу попросить. Если встретимся снова, спаси меня. Обязательно спаси.
— ...
— Ах да. Надо сказать главное.
— Ха... ха... ха...
— Моё имя.
— Ха...
— Запомни как следует. Меня зовут Ли Гиён.
— Ха... ха...
— Ли. Ги. Ён.
— ...
— Похоже, пора. Прощай, Тронус.
— ...
— ...
Меня едва не вывернуло от вида этой мерзкой твари.
Нет. Тот, кто стоял там, точно не был мной.