— Мне очень нравится Се Вон. Госпожа.

Хи Джэ, уже зная, что Хва Ён против их отношений с Се Воном, по пути на встречу с ней придумала бесчисленное множество красивых фраз.

Однако, оказавшись лицом к лицу, она совершенно растерялась, не зная, какими словами лучше ее убедить. У нее не было подобного опыта, и научиться этому было негде, поэтому, в растерянности, Хи Джэ решила, что лучше всего будет просто искренне признаться в своих чувствах.

— Так же сильно, как мне?

Но Хи Джэ с запозданием поняла, что даже ее чувства бледнеют по сравнению с чувствами Хва Ён.

— Как бы сильно ты ни любила Се Вона, неужели твоя любовь больше, чем любовь его матери?

На встречный вопрос Хва Ён Хи Джэ плотно сжала губы. Она не смела сказать, что ее чувства сильнее материнских.

Видя, как Хи Джэ лишь нервно покусывает губы, Хва Ён тихо вздохнула и продолжила:

— Дело не в том, что я тебя ненавижу или ты мне не нравишься, мне просто страшно. И 11 лет назад, и сейчас... Каждый раз, когда ты появляешься в его жизни, мой сын оказывается в опасности.

— ...

— Конечно, я прекрасно понимаю, что это не твоя вина, и что сейчас я просто упрямлюсь. Но что поделать. Я мать, для которой безопасность сына важнее всего.

Лицо Хва Ён, говорившей это, помрачнело так же, как и у Хи Джэ, которая молча слушала. Ей тоже было не по себе. Казалось, она превратилась в одну из тех безумных мамаш...

— Когда-нибудь, когда у тебя появится свой ребенок, придет день, и ты меня поймешь.

Однако Хва Ён, не собираясь менять своего решения, с горькой усмешкой поднялась с места.

— Я не буду унижать тебя и предлагать конверт с деньгами. Думаю, ты бы всё поняла и без этого.

— ...

— Конечно, если тебе что-то понадобится, обращайся в любое время.

Хи Джэ еще долго безучастно смотрела на чашку чая, одиноко стоявшую на месте, откуда ушла Хва Ён. Слова, оставленные Хва Ён вместе с этой чашкой, надолго засели в ее голове.

[Когда-нибудь, когда у тебя появится свой ребенок, придет день, и ты меня поймешь.]

Да уж, женщина, из-за которой мой ребенок постоянно подвергается опасности. От одной мысли становится тошно. Наверняка она бы тоже была против такой пары для своего ребенка.

Она не знала раньше, но сейчас Хи Джэ казалось, что она вполне может понять чувства Хва Ён. Сглотнув слюну в пересохшем горле, Хи Джэ разжала кулаки и осторожно прикоснулась к низу своего живота.

***

Дзинь. Крепко спавшая Хи Джэ резко открыла глаза от звука уведомления. Она тут же схватила телефон с тумбочки и проверила экран.

На ваш пост <Как получить разрешение на брак у родителей мужа.> оставлен комментарий.

Прекрасно понимая чувства Хва Ён, но не в силах просто так отказаться от Се Вона, Хи Джэ прошлой ночью, после долгих раздумий, опубликовала пост на анонимном форуме. Пристально глядя на всплывающее окно, сообщающее о комментарии, и покусывая ногти, она искоса взглянула на спящего рядом Се Вона. Затем слегка коснулась экрана, и открылось окно комментариев.

<Честно говоря, думаю, нет ничего лучше беременности до брака. >

Хи Джэ, с напряженным лицом прокручивая страницу вниз, нахмурилась, увидев самый верхний комментарий.

В ответах разгорелся жаркий спор. Кто-то соглашался, а кто-то говорил, что это может дать обратный эффект, мол, привязываешь мужчину ребенком. Пробегаясь глазами по разным мнениям, Хи Джэ остановилась на одном комментарии.

<Почаще попадайтесь им на глаза. Сначала они будут ворчать, но когда привыкнут к вам, начнут скучать, а там, глядишь, и привяжутся. >

Хотя тон был равнодушным, это звучало как история из личного опыта, поэтому среди множества комментариев этот вызывал наибольшее доверие. Хи Джэ, крепко сжимая телефон, ненадолго задумалась, а затем вдруг вскочила с кровати. Она бросилась в ванную и опустилась на колени перед унитазом.

— У-ук, ук.

После нескольких рвотных позывов у нее вышла только прозрачная желудочная кислота. Почувствовав, как кровь приливает к голове и глазам, Хи Джэ крепко зажмурилась и запрокинула голову. Подавив подступающие слезы, она встала.

Затем подошла к раковине, открыла кран, набрала в руки холодную воду и прополоскала рот.

Хи Джэ думала, что те дни, когда у нее то вдруг просыпался зверский аппетит, то, наоборот, ком стоял в горле и она не могла ничего съесть, были просто из-за того, что она нервничала перед судом Ха Хён Су.

То, что месячные задерживались, она тоже не воспринимала всерьез. Она думала, это из-за того, что она забывала пить противозачаточные таблетки, которые нужно принимать каждый день, и пару раз пропустила прием.

— ...

Выдавив зубную пасту на щетку и сунув ее в рот, Хи Джэ искоса взглянула на навесной шкафчик рядом с зеркалом. Отодвинув дверцу и слегка наклонив контейнер с женскими принадлежностями, она увидела тест на беременность, лежащий под стопкой прокладок.

Две четкие красные полоски на тесте...

Она узнала, что все эти симптомы на самом деле были из-за беременности, всего лишь два дня назад. Даже сам факт беременности казался ей настолько непривычным, что ей приходилось вот так доставать тест и перепроверять его, что уж говорить о внезапно начавшемся токсикозе.

Честно говоря, она сомневалась, токсикоз ли это вообще. Говорят, тесты иногда бывают бракованными, может, она и не беременна вовсе. Может, просто внезапно возникли проблемы со здоровьем или что-то в этом роде...

— Ха...

Поставив контейнер на место, Хи Джэ вытащила щетку изо рта и тяжело вздохнула.

Нельзя сказать, что она не была рада беременности. Скорее, она была немного в смятении. Может быть, потому что это было незапланированно и неожиданно, но, честно говоря, она не могла представить себя в роли родителя.

Неужели я стану мамой...

Изначально она планировала рассказать Се Вону сразу после суда над Ха Хён Су, но решила, что лучше сначала сходить в больницу и точно подтвердить беременность, а потом уже говорить.

Да, так и сделаю. Закрыв шкафчик, Хи Джэ уже собиралась снова начать чистить зубы, когда...

— Ой, ты меня напугал..!

Се Вон резко распахнул дверь ванной. То ли он думал, что там никого нет, то ли стучал, но она не услышала, в этот момент у Хи Джэ сердце ушло в пятки, и она широко раскрыла глаза.

Се Вон, тупо уставившись на нее, медленно провел большой рукой по лицу. Затем, издав непонятный вздох, он шагнул в ванную.

— Чего так пугаешься? Подозрительно.

— Ты так внезапно распахнул дверь...

Возможно, он сказал это просто так, но Хи Джэ, почувствовав укол совести, пробормотала что-то невнятное и выплюнула пену в раковину. Тем временем Се Вон подошел к ней, обнял за тонкую талию и легонько поцеловал в ухо.

— Еще подозрительнее.

— Хыт, я же зубы чищу...

Хи Джэ попыталась отвернуться, но Се Вон, наклонившись, настойчиво последовал за ней. Снова прижавшись губами к ее белоснежной шее, он притянул ее за бедро и плотно прижался к ней нижней частью тела, ясно давая понять свои намерения.

— Се, Се Вон.

Почувствовав твердость, упирающуюся ей в поясницу, Хи Джэ выронила щетку и оперлась на раковину. Се Вон, поглаживая ее по бедру и задирая короткую комбинацию, умело стянул с нее тонкие трусики.

Пока трусики сползали по ее бедрам, Хи Джэ попыталась слегка оттолкнуть его в грудь плечом.

Она немного переживала из-за ребенка в животе, не зная, можно ли заниматься сексом. Она не была уверена, но вроде бы слышала, что на ранних сроках беременности нужно быть осторожной. Забавно, еще минуту назад она сомневалась в беременности, а теперь такие переживания...

Хи Джэ слегка прикусила нижнюю губу, из которой так и рвался нервный смешок.

— Подожди минутку, Се Вон.

— Что. Не хочешь?

Несмотря на эти слова, ее хрупкое тело чутко реагировало на каждое его прикосновение. Се Вон, оставив трусики, снова смял шелковую комбинацию и просунул большую руку между ее бедер. Судя по тому, как мягко поддалось влажное лоно, вряд ли она не хотела секса. Однако Хи Джэ, низко опустив голову, почему-то начала неловко врать.

— Я себя немного неважно чувствую... Хы-ыт...

— Что такое, как именно неважно.

Он серьезно переспросил в ответ на слова Хи Джэ, но при этом обхватил ее плоский низ живота, который она слегка подала вперед, и прижал к себе.

— Просто немного...

Хи Джэ, собиравшаяся что-то добавить, резко вдохнула, когда он надавил на клитор. Ее спина мгновенно выгнулась дугой. Се Вон, не останавливаясь, зажал набухший клитор между пальцами и начал нежно потирать его указательным пальцем, шепча ей на ухо:

— Что же делать. У меня в последнее время совсем не было секса, и я больше не могу терпеть.

Действительно, то ли из-за того, что в последнее время они редко занимались сексом, Се Вон чувствовал такую пульсацию в стоящем члене, что невольно хмурился. Размазывая вязкую смазку по скользким стенкам ее лона, он чувствовал, как у него пересыхает в горле.

Ему хотелось прямо сейчас достать свой отчаянно дергающийся член и с размаху вонзить его в нее, но Се Вон, собрав остатки терпения, поднял руку с ее живота и нежно обхватил одну из ее мягких грудей.

— Ха-а... Хы-ыт...

— Фу-ух...

Сжимая грудь, идеально помещавшуюся в руке, и одновременно лаская влажное лоно, он настойчиво покусывал ее за шею, отчего дыхание Хи Джэ стало прерывистым.

У нее помутнело в глазах, и она приподняла прищуренный взгляд. В зеркале она встретилась с острым взглядом Се Вона. Когда он, словно играя, начал теребить напрягшийся сосок кончиками пальцев, ноги Хи Джэ начали постепенно слабеть. Не упуская этот момент, Се Вон проник еще глубже и с силой надавил на вход во влагалище, ставший скользким от вытекшей смазки.

Хи Джэ инстинктивно снова плотно сжала бедра, и Се Вон произнес низким, хриплым голосом:

— Расслабься.

Хи Джэ, которой совершенно не хотелось признаваться в беременности в такой позе, долго мялась, прежде чем сказать:

— Тебе же... на работу надо.

— Именно поэтому. Надо всё сделать по-быстрому.

Тем временем Се Вон, медленно наклоняясь и прижимая спину Хи Джэ к себе, прошептал:

— Я не буду входить, расслабься.

Словно уговаривая ее, он слегка подразнил ее напряженный вход во влагалище пальцами и одновременно начал стягивать свои брюки и боксеры. В этот момент палец, который до этого лишь дразнил ее снаружи, вдруг резко вошел на целую фалангу, и Хи Джэ невольно проглотила скопившуюся во рту пену.

Одновременно с этим, почувствовав тошноту, подступающую к горлу, Хи Джэ зажала рот рукой и уткнулась лицом прямо в раковину.

— У-уп, ук!