Контент удален!

Я постаралась отвести взгляд и ответила как можно более непринужденным тоном. Джереми какое-то время молча и пристально наблюдал за мной, а затем вдруг ухмыльнулся.

— Ну, если ты решишь, то не найдется человека, который бы перед тобой устоял. Может быть, ты даже выйдешь замуж быстрее, чем я успею жениться. 

— Да ну тебя. Я никогда всерьез не думала о повторном браке. 

— Как ты сама только что сказала: в жизни всякое бывает, разве нет? Что, неужели кто-то приглянулся?

Он что, прощупывает почву? Удивительно, но его реакция была на редкость спокойной — даже слишком. Если вспомнить, как он вел себя в прошлом, когда я приводила своих «фиктивных» любовников, то сейчас он был просто воплощением безмятежности. Конечно, те случаи и нынешний — вещи разного порядка, но я всё равно сглотнула и покачала головой.

— Да нет же... Просто... скажи, есть ли кто-то такой, про кого ты бы сказал: «Кто угодно, только не он»? Если бы я вдруг начала с кем-то встречаться.

Я и сама не понимала, почему задаю такие вопросы именно Джереми. С точки зрения здравого смысла, какой пасынок — пусть даже с момента смерти отца прошло немало времени — с радостью одобрит нового мужчину своей мачехи? Тем более... Я слегка подняла глаза и встретилась с его изумрудным взглядом, который с каким-то озорством скользил по моему лицу.

— Ну, для начала, не женатый... 

— Это само собой разумеется, что за глупости!

Ох, и стоило мне ждать от него серьезного ответа? За кого он меня принимает!

— Ладно-ладно, прости. Ты просто выглядела такой серьезной, что я решил разрядить обстановку шуткой. 

— Вовсе я не была серьезной!

На самом деле я была предельно серьезна, но его подтрунивание так меня задело, что я картинно надулась. В этот момент Джереми внезапно перестал смеяться. Он взял мою руку в своей руке в перчатке и добавил уже гораздо более серьезным тоном:

— Будь то дряхлый старик или желторотый юнец, едва прошедший церемонию совершеннолетия — если он тебе нравится, значит, так тому и быть. Но... 

— Но? 

— Но кем бы ни был этот счастливчик, он обязан любить тебя без памяти и буквально носить на руках. 

— ... 

— Твое счастье должно быть для него превыше всего, он должен быть тебе беззаветно предан. Иначе твой надежный старший сын, сильнейший рыцарь империи, этого так не оставит.

Это было сказано наполовину в шутку, но слова прозвучали красиво и тепло. В его темно-зеленых глазах, когда он склонился ко мне, светилась искренняя, добрая улыбка. Я почувствовала тепло его руки и улыбнулась в ответ.

— Кхм... Леди Нойванштайн?

Кто это решил прервать наш трогательный момент? Мы, всё еще держась за руки, одновременно обернулись. Там, сохраняя свой обычный элегантный и достойный вид, стоял герцог Нюрнберг с какой-то сложной улыбкой на губах.

— Прошу прощения за то, что прерываю вашу семейную идиллию... но вас ищет Его Величество Император. 

— Его Величество? 

— Да. У него к вам крайне важный разговор.

***

В Зале Орла, расположенном неподалеку от бального зала, собрались пять человек. Я, Джереми, герцог Нюрнберг, Император и наследный принц. При таком составе атмосфера, само собой, не могла быть легкой.

Однако больше всего меня поразило предложение, которое Его Величество вдруг высказал мне без лишних предисловий.

— Другими словами, это не приказ, а личная просьба. Я хочу, чтобы вы, маркиза, и ваша дочь отправились в королевство Сафави в качестве посланников...

Как мне прикажете на это реагировать? Мало того, что среди множества талантов из министерства иностранных дел выбрали именно меня, так еще и Рэйчел решили «прицепить» к этой миссии. Очевидно, Император прекрасно осведомлен о симпатии, возникшей между нашей Рэйчел и принцем Али. Мы этого особо и не скрывали.

Но всё же — они ведь еще дети! И почему именно я?

Пытаясь восстановить в памяти прошлые события, я вспомнила, что искры холодной войны между нашими странами и Сафави вспыхнули гораздо позже Дня основания империи. То есть время, когда стоило бы беспокоиться о разрыве дипломатических отношений, еще не пришло.

Но теперь, когда многое изменилось, королевство Сафави, судя по всему, начало действовать гораздо быстрее, чем в моей прошлой жизни. Почему? Может быть, из-за того, что принц Али увидел здесь своими глазами? Вполне вероятно.

Ведь холодная война с Сафави началась именно на религиозной почве. На протяжении сотен лет Сафави, как и другие союзные государства, сохраняло верность Святому Престолу. Однако в какой-то момент там зародилось движение фундаментального скептицизма по отношению к церковной власти — проще говоря, они начали принимать идеи еретиков. В итоге всё закончилось публикацией манифеста, разоблачающего коррупцию Церкви, и объявлением о разрыве со Святым Престолом. Именно это стало решающей причиной начала конфликта. По крайней мере, так я помнила.

В этот раз принц Али перед отъездом на родину стал свидетелем того фарса под названием «Священный суд», в центре которого оказалась я. Учитывая, что конфликт между странами носит религиозный характер, этот опыт мог подтолкнуть их к решительным действиям.

Поэтому Император и выбрал меня. Среди всех людей именно я, бывшая в центре того скандала, и Рэйчел, которая до сих пор переписывается с принцем Али, казались ему лучшими кандидатурами, способными убедить Сафави не раздувать пламя сопротивления. Хм, пламя сопротивления...

— Королевство Сафави сейчас страдает от внутренних распрей. Я полагаю, что вы и ваша дочь сможете предотвратить ситуацию, при которой молодой принц, наследник стареющего короля Баязида, может поддаться пагубным речам еретиков. Именно поэтому я обращаюсь к вам с этой просьбой.

Внезапно одна мысль пронзила меня. Это была идея, диаметрально противоположная тому, о чем просил император, — мысль чрезвычайно опасная.

— ...Нельзя!

Ой, напугал. Это был Джереми: он, так же как и я, не мог скрыть своего возмущения и внезапно выкрикнул это так громко, что все вздрогнули и одновременно уставились на нашего молодого льва.

На мгновение воцарилась тишина. Пока Джереми хлопал глазами с таким видом, будто сам испугался собственного голоса, Его Величество император начал чинно поглаживать бороду и зловеще поинтересовался:

— «Нельзя»? И что же именно нельзя, сэр Джереми?

— Дело в том, что моя мать... В общем, нельзя! Как можно отправлять мать и младшую сестру одновременно в такие далекие и опасные края! Семейные узы, которые даже небеса не в силах разорвать...

— При чем тут небеса? Кто сказал, что я разрываю узы? К тому же, я спрашивал вашу мать, а не вас.

— Но, Ваше Величество!..

— Отец, в таком случае позвольте и мне поехать с ними. Я бы хотел воспользоваться этой возможностью и набраться дипломатического опыта.

Стоило Теобальду, который до этого лишь загадочно улыбался и о чем-то размышлял, выдать это предложение, как атмосфера в зале мгновенно заледенела.

Пока я, сгорая от беспокойства, крепко сжимала дрожащее запястье Джереми, император издал задумчивое «хм» и перевел взгляд на герцога Нюрнберга. Это был немой вопрос: «Что ты об этом думаешь?». И стальной герцог ответил незамедлительно, без тени сомнения:

— Полагаю, сопровождение наследного принца — не лучшая идея. Как вам известно, эта миссия должна носить неофициальный и дружественный характер. Присутствие наследника престола может быть воспринято как попытка оказать давление.

— Справедливое замечание.

— В таком случае, Ваше Величество, позвольте мне сопровождать...

— И речи быть не может!

Тем, кто в миг оборвал отчаянную просьбу Джереми, была я. Глядя на сына, который в изумлении уставился на меня, я твердо произнесла:

— Ты должен оставаться здесь и отвечать за дом, пока меня не будет.

— Нет, но...

— Кому еще я могу доверять, кроме тебя?

Джереми тут же принял крайне растроганный вид, но быстро опомнился и принял выражение лица, полное праведного возмущения:

— Можно ведь оставить всё на Рэйчел! Кто тебя защитит, если не я?!

— Рэйчел ведь едет со мной.

— Если не будет ни тебя, ни Рэйчел, что нам-то делать?! Один только масштаб катастрофы представить страшно...

— Вы, взрослые мужчины, должны крепко держать тылы и оберегать семью. Если оставим младших одних, кто знает, что они тут натворят?

— Н-но я же старший сын! Моя обязанность как старшего сына — защищать тебя...

— Именно потому, что ты старший сын и наследник, ты обязан отвечать за всё в моё отсутствие! Всё, разговор окончен. Ваше Величество, я принимаю ваше поручение.

Разумеется, на лице императора тут же расцвела крайне довольная улыбка. Чего нельзя было сказать о Теобальде и Джереми.

***

— Куда она собралась?!

Джереми не был бы собой, если бы так легко сдался. Едва покинув аудиенцию, он схватил своего единственного лучшего друга и вывалил на него ужасную новость. Реакция друга на это известие была в точности такой, как он и ожидал.

— И ты просто стоял и слушал как идиот?

— А что я мог сделать, если Шури сама сказала, что подчинится приказу?! В общем, дело дрянь, нельзя это так оставлять! Ты же сам знаешь...

Джереми осекся и начал оглядываться. Увидев этот осторожный жест, Нора тоже призадумался и, потирая подбородок, издал стон, похожий на тяжкий вздох.

— Насчет того... когда она спит. Всё еще нет улучшений?

— Да. И пусть Рэйчел будет рядом, мало ли что может случиться. Если по дороге что-то произойдет, или если там об этом узнают — только представь! Если в центре чужой страны выяснится, что она страдает лунатизмом, она же от стыда сгорит! Нельзя этого допустить!

— Проклятье, есть только один способ разрулить эту ситуацию.

Услышав решительный тон Норы, Джереми в предвкушении впился взглядом в друга.

— У тебя правда есть план?

— На данный момент есть только один человек, у которого достаточно полномочий в вопросах дипломатии, чтобы действовать от имени императора.

— И кто это? Только не говори, что наследный принц.

Нора посмотрел на Джереми как на полного идиота, так что тому пришлось извиниться за свою глупость.

— Мой старик.