Андре отвезет её домой.
Ми Ран, не желая показывать, насколько она рада, крепко прикусила нижнюю губу. От этого верхняя губа задралась, обнажая десны.
Всё-таки из вежливости надо один раз отказаться, да?
Ми Ран прикрыла рот рукой, скрывая улыбку, и посмотрела на него снизу вверх. Она даже не замечала, что её глаза уже сузились в полумесяцы от счастья.
— Да не-ет, зачем тебе беспокоиться и снова выходить из-за меня?
— …Сядь.
Голос был командным, но в нем звучало гораздо больше нежности, чем раньше. В его глазах, смотревших на неё сверху вниз, мелькнула слабая улыбка, и Андре мягко потянул её за руку, которой она прикрывала рот.
Ми Ран прикусила губу и снова села. Лицо горело, а рука, которую держал Андре, покалывала, словно от удара током.
Сын Хёк, наблюдавший за ними с выражением «ну вы даете», попрощался с Ми Ран.
— Ну, увидимся.
— Да, оппа. До встречи.
Всё ещё красная, Ми Ран смущенно улыбнулась и слегка помахала ему рукой.
Двое мужчин лишь коротко кивнули друг другу, даже не сказав дежурного «до встречи».
Выведя Ми Ран из столовой, Андре перекинулся парой слов с дворецким, встреченным в галерее, и направился в противоположное крыло.
— Куда мы идем?
— В мою комнату.
— …А зачем?
Хиггинс сообщил, что шофёр Энцо сейчас ужинает, и Андре велел подать чай и легкие закуски в его комнату, сказав, что подождет там.
— Нужно подождать, пока подготовят машину, чтобы отвезти тебя.
— А-а…
Кивнув, Ми Ран шла за ним, пытаясь сосчитать двери по обеим сторонам коридора, но сбилась со счета и бросила это дело. В отеле Dragon Valley тоже было много дверей в коридоре.
Ковровое покрытие поглощало даже звук шагов, и вокруг стояла тишина. Живя в таком огромном доме, можно, наверное, неделями не встречаться с членами семьи.
Он говорил, что единственный ребенок. Не было ли ему одиноко?
Ми Ран искоса посмотрела на него.
— Твои родители тоже здесь?
Андре сделал несколько шагов молча, потом покачал головой.
— Мать умерла, а отец сейчас в Париже.
Тон был сухим, словно он говорил о дальних родственниках, которые его не интересовали. Повисла тишина.
Не в ладах с родителями?
Ми Ран хлопнула в ладоши, меняя тему.
— Ах, точно! Андре, ты случайно не аристократ? Сын Хёк оппа сказал, что если перед фамилией стоит «де»…
— Верно.
Андре ответил коротко, не дав ей договорить. Рот Ми Ран приоткрылся.
— Тогда у тебя есть какой-нибудь титул?
— Есть.
— Ого. Серьёзно? Какой?
— Граф. Когда унаследую титул отца, стану маркизом.
Ми Ран уставилась на него с горящим любопытством.
— Ну что?
— …
— Что ещё тебе интересно?
— Твой предок правда спас страну?
Он пожал плечами.
— Я же сказал, да.
Он по-прежнему отвечал односложно, без лишних пояснений.
Ну, хотя бы отвечает.
В Корее он обычно уходил от ответа или переводил тему. Но если подумать, даже ответь он тогда, она бы всё равно не поверила.
Аристократ и всё такое… Подумала бы, что он мошенник. Такое трудно представить и поверить, пока не увидишь своими глазами.
Ми Ран наклонила голову и снова посмотрела на него.
— Что опять?
— …Я видела аристократов только в книгах и фильмах. Впервые вижу настоящего.
Андре усмехнулся.
— И как? Каковы впечатления?
Опустив глаза и покусывая нижнюю губу, Ми Ран слегка приподняла ресницы и застенчиво улыбнулась.
— Красивый.
Андре хмыкнул, открыл дверь в конце коридора и пропустил её внутрь.
Гостиная выглядела мужественной и элегантной. Словно маленькая квартира внутри апартаментов: двери справа и слева, а в центре — камин, окруженный массивными кожаными диванами и кофейным столиком.
— Вау! Этот камин настоящ… Ай!
Едва за спиной щелкнул замок, Андре резко развернул Ми Ран к себе. Обхватив её за шею, он склонился к ней.
Ми Ран, не успев даже закрыть глаза от неожиданности, затрепетала ресницами. Губы соприкоснулись, и тут же его язык ворвался в её приоткрытый рот, осыпая поцелуями, словно он хотел проглотить её целиком.
— Ммф!
Его мощные руки, обхватившие её талию, приподняли её на цыпочки и прижали так сильно, что казалось, позвоночник вот-вот хрустнет. От поцелуя, не дававшего вздохнуть, закружилась голова. Знакомое, но в то же время новое удовольствие пробежало дрожью по нёбу, отдаваясь звоном в ушах. Жар, копившийся внутри, как вода в переполненном шарике, прорвался и окатил всё тело волной экстаза.
Обвив руками шею Андре, Ми Ран начала страстно отвечать на поцелуй. Когда поцелуй стал чуть мягче, он толкнул её назад.
Вскоре Ми Ран почувствовала что-то под коленями. Они рухнули на мягкий диван, их тела плотно переплелись.
Только тогда оторвавшись от её губ, Андре подцепил пальцем узел галстука и грубо рванул его вниз. Золотые ободки вокруг зрачков в его зеленых глазах пылали, как солнце.
Андре распахнул пиджак и вытащил одну руку из рукава, но Ми Ран потянулась к нему.
— Я скучала по тебе, Андре.
Признание вырвалось хриплым, сдавленным голосом, и Ми Ран ослепительно улыбнулась ему. Прозрачная слеза скатилась по виску из её ясных, теплых карих глаз.
Андре, с искаженным лицом проглотив ругательство, бросил попытки снять пиджак и крепко обнял её. И снова жадно припал к её губам. Пиджак, висевший на одном плече, соскользнул на пол.
Ощущение объема его мощных плеч под её руками, тяжесть его тела, придавливающего её, мягкие волосы, наматывающиеся на пальцы, зеленые глаза, которые плавились жаром только когда смотрели на неё. Она так скучала по всему этому.
Губы Андре переместились к её уху, язык очертил ушную раковину, а горячие пальцы скользнули под край её футболки.
— Ах!
Тук-тук.
Осторожный стук в дверь гостиной заставил их замереть, словно их окатили ледяной водой.
— Мистер Лафайет. Разрешите войти?
Андре медленно поднял голову. Его глаза беспокойно бегали. В последний раз она видела такое растерянное лицо, когда столкнула его в ручей.
— Чт… Кхм. В чем дело?
Андре сел, прочистил охрипшее горло и спросил снова. Ми Ран тоже, пошатываясь, села, одернула задравшуюся футболку, прикрыв живот, и пригладила растрепавшиеся волосы.
— Энцо будет готов минут через пятнадцать, мистер Хиггинс велел подать чай и закуски.
Андре потер переносицу. Он сам отдал это распоряжение Хиггинсу.
Резко встав, Андре подошел к креслу напротив, на ходу вдевая руку в рукав пиджака, который волочился за ним. Сев и закинув ногу на ногу, он запахнул пиджак, прикрывая выпуклость на брюках, и снова затянул галстук. Сделав короткий глубокий вдох и вернув самообладание, он скомандовал своим обычным тоном:
— Войдите.
Ми Ран опустила голову, позволяя длинным волосам упасть на лицо и скрыть пунцовые щеки.
Дверь открылась, и вошла полная женщина средних лет в светло-голубом платье и белом переднике с серебряным подносом в руках. Подойдя к кофейному столику, горничная украдкой взглянула на Андре, и её глаза округлились. Но она тут же стерла удивление с лица, поставила поднос и, низко опустив голову, начала разливать чай.
Ми Ран, искоса глянув на Андре напротив, судорожно вздохнула. Его губы были красными от помады. Она слегка помахала ему рукой, и он приподнял бровь, спрашивая, в чем дело. Ми Ран указала пальцем на свои губы. А потом показала жестом, как будто вытирает рот большим пальцем.
Вздрогнув и поджав губы, Андре медленно провел по ним большим пальцем.
Сейчас не время, но Ми Ран не могла оторвать взгляд от его губ. Поистине, идеальная форма. Этими губами он так хорошо целуется… и делает другие вещи тоже.
Засмотревшись на него и покраснев ещё сильнее, Ми Ран сжала бедра и заерзала.
Увидев след от помады на пальце, Андре издал короткий смешок: «Хм».
От этого звука горничная, ставившая чашку перед ним, вздрогнула, и немного светло-коричневого чая пролилось на блюдце.
— О боже, простите!
— Ничего страшного, Мэри Сью. Можете идти.
Мэри Сью, слегка поклонившись, поспешно развернулась и выскочила из гостиной.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления