Влажная от пота кожа Са Юль соблазнительно блестела и скользила. Зрелище было настолько ослепительным, что до боли резало глаза; терпеть больше не было сил. Си Джун вплотную притянул к себе бедра Са Юль, прижался к ней всем телом и с силой, до самого основания вбил в нее член.
— А-а-а! У-хыт...
Ощущение того, как горячая плоть глубоко упирается прямо под шейку матки, было настолько откровенным, что зубы сами собой невольно стиснулись. Когда он почти полностью вытянул его назад, внутренние стенки, обильно покрытые вязкой смазкой, плотно облепили крупный член, словно засасывая его обратно.
Снова медленно, преодолевая сопротивление узкой плоти, пытающейся его вытолкнуть, он раздвинул ее и проник внутрь. С пронзительным стоном Са Юль, обвив ногами талию Си Джуна, притянула его к себе еще крепче. Горячая, влажная плоть присоской прилипла к члену, заполнившему ее без единого зазора.
— Ху-у...
Едва выпустив клокочущий в горле тяжелый стон, Си Джун крепко сжал тонкую талию Са Юль. Это было наслаждение, от которого мир переворачивался вверх дном.
***
— Хы-ат, а...
Са Юль, касаясь стола почти одной только головой, беспомощно раскачивалась в такт его толчкам. Каждый раз, когда Си Джун, до предела заполнявший ее лоно, отстранялся и выходил, а затем снова с силой врывался внутрь, от этой огромной тяжести становилось больно, наворачивались слезы, но при этом, как ни парадоксально, наслаждение полностью подчиняло себе тело.
Даже сейчас он старался двигаться мягко, заботясь о ней, и от этой нежности Са Юль, изнывая, прижалась бедрами еще плотнее и прошептала сквозь всхлипы:
— Просто... войди глубже. Не так... так, чтобы я вообще ни о чем не могла думать... Ах!
Руки Си Джуна, сжимавшие ее, напряглись. Эта единственная фраза словно снесла остатки рассудка, за которые он еще держался, и он яростно двинул бедрами. Прикусив округлую грудь Са Юль, Си Джун с глухим ударом горячо ворвался внутрь, словно раскалывая ее тело пополам.
— Хм-м, ах...!
При каждом его движении под кожей динамично перекатывались мышцы. Ей хотелось слизать и выпить все капли пота, стекающие по этому гладкому телу. По его сильно искаженному лицу тоже катился пот. Видеть, как это всегда безупречное, аскетичное лицо теряет рассудок и искажается страстью только из-за нее, наполняло грудь таким восторгом, что перехватывало дыхание.
«Хён Си Джуна, который вот так срывается, кроме меня, наверное, не увидит никто и никогда». Мужчина с лицом ангела, которого она так долго любила, оставался прекрасным даже в момент, когда полностью капитулировал перед вожделением. Са Юль кончиками пальцев коснулась уголков глаз Си Джуна, покрасневших от захлестывающего экстаза.
— Ах...
Потеревшись лицом о ладонь Са Юль, словно ребенок, Си Джун издал низкий стон.
— Ху-у...
Ощущение того, как его гладкая кожа трется о старый шрам на ее мягкой ладони, было необычным. Перехватив руку Са Юль, он с щемящей нежностью во взгляде провел пальцами по этому давнему шраму.
Несколько раз горячо поцеловав ладонь Са Юль, Си Джун снова посмотрел ей в глаза. В его ясных зрачках смешались безумное наслаждение и переполняющий восторг. Покрасневшие веки Си Джуна, не в силах скрыть бушующую бурю эмоций, выглядели трогательно. Казалось, он вот-вот расплачется.
— Сон... хы-ыт... Сонбэ. Тебе так хорошо?
— Да...
На этот тихий вопрос Са Юль Си Джун, словно капризничая, потерся лбом о ее шею. Ответ прозвучал как выдох.
— Мне так хорошо, что плакать хочется.
Его голос уже дрожал от подступающих горячих слез.
— Ах, м-м... Подожди, слишком глубоко...
Шлеп, шлеп. Крупный член начал безжалостно вбиваться внутрь. Движениями изящного хищника Си Джун сантиметр за сантиметром подчинял себе Са Юль. За окном сгущалась ночь, а перед глазами Са Юль всё рассыпалось на ослепительно-белые осколки.
Когда Си Джун просунул пальцы между ее приоткрытыми, прерывисто дышащими губами, Са Юль тут же принялась их покусывать. Си Джун слегка прищурился.
— Са Юль-а.
— Хм-м, ах!
— Почему ты так жадно вбираешь в себя?
В отличие от безжалостных толчков бедер, Си Джун спросил это невероятно ласковым тоном. Он нежно прикусил ее мочку уха, выдыхая эти слова как стон, и Са Юль задрожала всем телом.
— М-м?
— Хыт, хы, а-а...!
— И снизу так же крепко сжимаешь.
«Поверить не могу, что с таким аристократичным лицом он, тяжело дыша, несет такую пошлость».
Глядя в глаза Са Юль, влажные настолько же, насколько и ее лоно, Си Джун с опасно блеснувшим взглядом протолкнул пальцы глубже, бесцеремонно двигая ими у нее во рту. Словно ему хотелось так же грубо и безжалостно проникнуть в эти влажные глаза, но, не в силах этого сделать, он нашел замену.
— Ху, м-м... хы-ык...
И хотя во рту были только пальцы, Са Юль старательно и громко их обсасывала, словно это было нечто совсем другое. От этого его взгляд потемнел еще сильнее.
— Я учил тебя только целоваться.
— Ах, м-м! А-а, глубоко. Слишком...
Си Джун несвойственно для себя свирепо процедил это, грубо толкнув пальцы ей в рот, и в ту же секунду с силой вбил член в самое дно ее лона. Рыдания Са Юль стали еще громче. Издав глухой стон, он тяжело надавил рукой под колено Са Юль, прижимая ногу. Темп толчков становился всё быстрее.
«Ах, слишком быстро, слишком глубоко. Это уже слишком...»
Она то умоляла, то сквозь слезы кричала «не надо», а потом стонала, что ей хорошо, и снова обвивала ногами его талию. Са Юль билась в конвульсиях от наслаждения, от которого хотелось сбежать, рыдала и несла всё подряд. Если уж и пьянеть, то от алкоголя, но сейчас она совершенно потеряла рассудок, опьяненная этим моментом, когда они слились воедино и безумно двигались в такт.
Каждый раз, когда его толчки становились резче и быстрее, стол угрожающе скрипел и шатался.
— Ах, м-м... А-а! Сон... бэ!
— Да, ху... Са Юль-а.
Это был невероятно нежный голос, от которого таяло сердце. Слыша этот ответ сквозь хриплое дыхание, чувствуя, как он вылизывает ее шею, она снова расплакалась. Осознание того, что она наконец-то соединилась с ним, что тоска, казавшаяся недосягаемым миражом, обрела плоть, накрыло ее с головой.
В этом пропитанном слезами экстазе Са Юль еще долго билась под его телом, принимая в себя толчки. Само время потеряло всякий смысл.
***
Са Юль, бессильно раскинувшаяся на столе в одной лишь сбившейся юбке, смотрела на Си Джуна, который уже успел полностью и безупречно одеться — лишь волосы были слегка растрепаны. «А я до сих пор в таком виде...»
Глядя на Си Джуна, вся перемазанная его слюной и спермой, она снова чувствовала себя невероятно испорченной. При всей своей внешней утонченности во время секса он вел себя пугающе ненасытно и грязно.
Она сбилась со счета, сколько раз они сплетались в этом кабинете. На столе, на диване, прижатые к стене на весу, потом снова на столе... Под конец она стояла на четвереньках, как собака, рыдая и содрогаясь от каждого его толчка. Си Джун тянулся к ней снова и снова, словно если не сегодня, то они больше никогда в жизни не смогут быть вместе.
Прищурившись, Си Джун любовался ее обессиленным телом, а затем, улыбнувшись той самой улыбкой, которую она так любила, подошел ближе и прошептал:
— Хочу связать тебя и оставить прямо так.
— Извращенец.
— Да. С тобой мне хочется быть грязным.
Тихо прошептав это, он нежно поцеловал ее. Чмок. Си Джун взял чистое лицо Са Юль, перепачканное следами его страсти, и ласково коснулся ее губ.
Си Джун завязал наполненный презерватив и бросил его в мусорную корзину. «И который это уже по счету...» Она попыталась сжать саднящие бедра, но тут к ее лону прикоснулся теплый, влажный платок — он уже успел где-то его намочить.
— Ах...
Она поморщилась от жжения, и Си Джун, не обращая внимания на то, что может испачкать брюки, опустился на колени прямо на пол и поцеловал ее в колено. Чмок. Са Юль нахмурилась и мягко оттолкнула его руку.
— Я сама.
— ...
Посмотрев на нее с многозначительным выражением лица, Си Джун крепко перехватил ее запястье.
— Что тебе опять не нравится?
— ...Ничего.
Встретившись с этим пристальным взглядом черных глаз, Са Юль прикусила губу и отвернулась. Си Джун потянул ее за плечи, помогая сесть, и, оставаясь на полу, посмотрел на нее снизу вверх. В этот момент он был так похож на большого, послушного пса, что ее сердце на секунду дрогнуло, но она тут же снова напустила на себя холодный вид.
— В чем дело?
Под его прямым, немигающим взглядом Са Юль тихо прошептала:
— Просто ты...
— Я?
— Слишком опытный...
Си Джун с озадаченным видом посмотрел на нее, издал смешок, а затем поднялся и уперся руками в стол по обе стороны от ее бедер.
— Что тогда, что сейчас...
— ...
— Ты склонна считать меня каким-то распутником.
— Ну...
Не найдя что ответить, Са Юль отвела взгляд, а Си Джун звонко рассмеялся и легонько прикусил ее мягкую мочку уха.
— Хотя сама-то, что бы я тебе ни дал в рот, сверху или снизу, обсасывала так сладко...
— Ах, м-м, подожди. Не кусайся так.
— У меня вообще всё это было впервые. И только с тобой. Обидно за мою девственность.
— Ах, всё, я поняла, хва-атит...
Са Юль нехотя повернула голову, и ее нос коснулся точеной переносицы Си Джуна. На опасном расстоянии, где их губы едва не соприкасались, Си Джун с улыбкой прошептал ей прямо в губы. И тут же еще раз прикусил ее нижнюю губу.
— Хочется искусать тебя всю. До чего же красивая.
— Обещал любить и лелеять, а сам кусаешься.
— Не знала? Когда младенцы слишком милые, их тоже хочется укусить.
Са Юль надула губы, а Си Джун усмехнулся и снова оставил на них короткий поцелуй.
— Хан Са Юль.
Чмок. Легко поцеловав ее в щеку, Си Джун позвал ее внезапно посерьезневшим, севшим голосом.
— М-м?
— Уже не «да, господин директор», а просто «м-м»?
— А что, нельзя?
С лукавым выражением лица Са Юль обвила руками шею Си Джуна. Легонько ущипнув ее за мягкую щеку, Си Джун на секунду задумался, а затем произнес:
— Если заметишь, что за тобой кто-то следит.
Услышав это неожиданное, странное предупреждение, Са Юль непонимающе склонила голову, и Си Джун продолжил:
— Если почувствуешь хоть что-то подозрительное, немедленно скажи мне.
— Следит? За мной? Но с чего бы вдруг...
При этом вопросе взгляд Си Джуна мрачно потемнел.
