Са Юль, прибыв к месту встречи, посмотрела на здание перед собой с таким выражением лица, будто готова была вывалить целую ушат ругательств. Здание, расположенное на углу улицы, выглядело с первого взгляда весьма старомодно. Как и старое дерево гинкго рядом с ним, живописно ронявшее желтые листья.
Почему-то я так и знала, что уже с одного названия начнется какая-то дичь.
[Бутик «Раон»]
…Это что, шутка какая-то? Кто вообще назначает встречи в таких местах.
Но чтобы справиться с психопатом, нужно было и самой немного сойти с ума, и, к счастью в этом несчастье, у нее была своя собственная доля безумия. Са Юль раздраженно пнула носком туфли хрустящие под ногами опавшие листья и поплотнее запахнула полы тренча.
Как только она толкнула тяжелую деревянную дверь и вошла внутрь, высокая тень, стоявшая у зеркала и поправлявшая одежду, резко обернулась.
— Са Юль.
Увидев его бесстыдное приветствие в рубашке, расстегнутой чуть ли не до груди, Са Юль в замешательстве резко отвернулась.
— Сначала застегните пуговицы, а потом здоровайтесь.
Не скрывая своего недовольства, Са Юль холодно отрезала.
— А. Ошибочка. Горбатого могила исправит.
Пожав плечами, У Джин неспеша застегнул пуговицы и, искоса поглядывая на Са Юль, которая все еще стояла отвернувшись, с наглой ухмылкой спросил:
— Са Юль, как вам это? Нормально смотрится?
— Что?
Когда Са Юль обернулась с ошарашенным лицом, У Джин пристально посмотрел ей в глаза через отражение в зеркале. Темно-серый костюмный жилет и брюки чуть более темного оттенка шли ему довольно неплохо, но Са Юль скорее бы умерла, чем выдавила из себя хоть каплю похвалы.
— Так себе.
— А.
— И вообще, мне кажется, это не самое подходящее место для разгов…
— А как насчет этого?
На этот раз У Джин приложил к себе темно-винный костюм, висевший на зеркале. Честно говоря, он тоже ему шел, но и в этот раз признавать это ей совершенно не хотелось.
— В глазах рябит.
— Какая вы привередливая.
— Со У Джин. Я пришла сюда не в игрушки играть.
— А я и не играю.
— Если это не шутки, то какого черта…
— Я же спрашиваю, чтобы вам понравиться. Выбираю одежду на завтра.
— Ха.
Раздраженно откинув волосы назад, Са Юль широким шагом направилась к У Джину. Стук каблуков ее лоферов по полу раздавался особенно резко.
— Со У Джин.
— …….
— Я же вам ясно сказала. У меня есть человек, которого я люблю.
— Сказали.
— Тогда почему вы самовольно распускаете ложь о том, приду я на обед или нет, ставя меня в неловкое положение?
— Хм…. Просто, я хотел вас увидеть?
— Что…
Са Юль нахмурилась. У Джин же, недовольно выпятив губы, был полностью поглощен разглядыванием себя в зеркале.
— Вы поэтому хотели встретиться? А я уж подумал.
Брови Са Юль сдвинулись к переносице.
— Вы так настойчиво звонили. Я подумал, вы немного изменили свое мнение обо мне.
— Заблуждаться, конечно, не запрещено, но это абсолютно не так.
— Абсолютно?
— И в будущем никогда не будет так.
— А. Меня отшили во второй раз.
Угх. У Джин театрально схватился за грудь, словно человек, получивший пулевое ранение.
— Раз уж об этом зашла речь, на этот раз я приду, но впредь больше так не делайте.
У Джин, разглядывая Са Юль с загадочным выражением лица, растянул губы в улыбке.
……Он еще и улыбается?
— А. Теперь я понял.
— Что вы поняли?
— Слабое место Хан Са Юль.
Улыбаясь, У Джин неожиданно склонился к лицу Са Юль. В его взгляде, пронзающем ее светло-карие глаза, читалась неприкрытая жадность. От внезапно сократившегося расстояния Са Юль отступила назад, прикусив губу.
— Я еще в отеле подумал, что это странно. Раз вы все равно пришли на встречу, которая вам была неприятна, значит, вас что-то тревожило.
— …….
— Насколько я знаю, отношения с председателем Ханом у вас не особо теплые, так что вы пришли явно не из-за того, что прислушиваетесь к его словам.
И откуда он это знает? Официально Са Юль заявила, что ее уход из «Хвагван» ради самостоятельности — это всего лишь способ набраться социального опыта; об этом раструбили всем СМИ, и большинство людей верили в эту версию. Са Юль одарила У Джина ледяным взглядом.
— Эй. Не смотри на меня так. Это Хан Гён Хун, этот болтун, растрепал все сам, хотя я его даже не спрашивал. Недавно встретились с ним в клубе в Чхон-андоне.
……А, Хан Гён Хун. Ожидаемо. Он только и умел, что прожигать жизнь в кутежах, и считал Са Юль бельмом на глазу больше, чем кто-либо другой. Можно лишь представить, сколько дерьма он наговорил.
— Мать рано ушла из семьи, так что ты выросла с отцом, верно? Наверное, он души не чаял в своей единственной дочери.
— …Не знаю, что и в каком виде до вас дошло, но не смейте болтать об этом так беспечно.
— Но в этот раз та же история: не хочешь приходить — могла бы просто сказать «нет», плевать на атмосферу.
— …….
— И все же ты придешь. Какова причина? Единственный человек, который важен для Хан Са Юль, и кто не должен пострадать в этой ситуации.
С приторно-вежливым лицом он приложил галстук к груди и встретился взглядом с Са Юль в отражении. Когда Са Юль до боли закусила губу, У Джин надменно улыбнулся и приподнял бровь.
— Это все из-за отца. И от обеда в этот раз отказаться не смогла.
Са Юль с трудом успокоила сбившееся дыхание и заговорила:
— Со У Джин.
— Да, Са Юль.
— Раз уж вы строите из себя всезнайку, я тоже кое-что скажу.
— Сколько угодно.
— Ваши чувства ко мне не искренни, верно?
— Что?
Взгляд Са Юль, смотревшей на недоумевающего У Джина, скользнул с едва скрываемым презрением.
— Не знаю, как вы раньше обходились с женщинами, но я ненавижу, когда ко мне лезут вот так, шутки ради, просто чтобы проверить на прочность.
А она с характером. У Джин с хищной ухмылкой провел языком по внутренней стороне щеки и только собирался открыть рот.
— Семья приличная, личико смазливое, денег куча. Наверное, было легко. Играться с женщинами.
— …….
Его брови слегка дрогнули.
— Но вы же в курсе? Женщины велись на вас не потому, что они легкодоступные, а потому, что вы сами — дешевка, и они просто подыгрывали вашему уровню. «А, он не против развлечься. Ну ладно, я тоже немного поразвлекаюсь». Вот так.
С каждым четко произнесенным словом лицо У Джина все больше каменело.
— Так что продолжайте в том же духе, встречайтесь с такими людьми и развлекайтесь только так.
— …….
— Извините, но я не из тех женщин, что так легко прыгают к мужчинам.
Взгляд У Джина, направленный на Са Юль, медленно потемнел.
— Мои нравоучения вам вряд ли приятны, но теперь вы, наверное, понимаете, каково было мне минуту назад?
Высказывая всё ледяным тоном от начала до конца, Са Юль усмехнулась с таким облегчением, словно выплеснула всё, что накипело.
— В этот раз я приду, раз уж вы уже успели натворить дел, но впредь больше не ставьте меня в такое положение.
С этими словами Са Юль холодно отвернулась, всем своим видом показывая, что дальнейший разговор не имеет смысла. В душе ей до смерти хотелось залепить ему пощечину, но, к счастью, здравый смысл победил.
При первой встрече он так умело притворялся джентльменом, а на деле оказался просто ублюдком, который обожает вертеть женщинами, как ему вздумается. А уж эти его манипуляции чисто ради того, чтобы подосрать человеку...
— …….
У Джин какое-то время с ошеломленным лицом смотрел вслед Са Юль, а затем, прикрыв рот рукой, издал недоверчивый смешок: Ха.
Цок, цок. Под стук каблуков Са Юль, гордо взмахнув полами пальто и волосами, скрылась за дверью.
— …Ха.
Из груди У Джина вырвался нервный смех.
— Ха! Ха-ха, блять.
Осознание того, что его снова уделали, заставило У Джина расхохотаться, как ненормального. Сотрудники бутика вздрогнули и посмотрели на него, как на сумасшедшего.
Даже несмотря на ледяной взгляд, ее светло-карие глаза с теплым оттенком и чистое лицо, обрамленное слегка растрепавшимися на ветру волосами, по-прежнему были в его вкусе. Настолько, что ему нравилось даже то, как она на него смотрела.
А что, если это лицо исказится, сломается и начнет умолять? Наверное, от одного только процесса, пока он будет сдирать с нее одежду, кусать и сосать ее, экстаз ударит прямо в мозг.
Значит, хочешь поиграть. С жутковатой улыбкой У Джин уставился на дверь, за которой исчезла Са Юль.
Сильное сопротивление и отказы Са Юль были для него лишь катализатором. С самого раннего детства не было ничего, чего бы он не получил по одному только слову «хочу». Даже если вещь ему быстро наскучивала и он ее ломал, ему было необходимо заполучить ее, чтобы успокоиться, а родители У Джина были способны в полной мере удовлетворить любую прихоть своего единственного сына.
«А, оппа, зачем ты это забираешь!»
Как-то раз, увидев, как его двоюродная сестра возится с какой-то дурацкой куклой принцессы, ему вдруг захотелось просто потрогать ее. Он отобрал куклу и из чистой злобы сломал ее. Любопытство было удовлетворено после одного прикосновения, а дальше его просто выбесило, что она посмела дерзить и не давать ему эту жалкую игрушку.
В конце концов, чувства, которые он испытывал к Са Юль, ничем не отличались от тех самых. Так что сначала он должен заполучить ее. А там уже будет видно, что последует за этим любопытством. На губах У Джина расцвела мерзкая усмешка.
