Контент удален!

Она ответила бесстрастно.

— Разве можно сравнивать?

Он, довольный, кивнул.

— Хорошо.

— …

— Если попаду ещё раз, поцелуешь меня?

— Не хочу. Ты всегда попадаешь.

— Можно и без языка.

— Тогда подумаю.

Люцерн усмехнулся и следующей стрелой поразил то же самое место. А потом схватил Элишу за подбородок и разом поцеловал. Разумеется, с языком, липко. Элиша почувствовала себя обманутой.

Раздался чмокающий звук, и Элиша, оторвавшись от его губ, зачем-то прикрыла рот рукой.

Дворецкий кашлянул. И, изо всех сил делая вид, что ничего не заметил, уставился на птиц в небе.

Поскольку Люцерн выглядел довольным, Элиша решила поднять щекотливую тему.

— Люцерн, уже весна. По случаю Дня весеннего духа многие дворяне обмениваются подарками, так что я хотела бы отправить подарки почтенным людям.

— Делай как знаешь. Список покажешь потом.

— В списке есть гадатель Муто.

Бровь Люцерна дрогнула. Элиша, прежде чем он успел что-то сказать, крепко сжала его руку.

— Кем бы он ни был, глава дома ему доверяет. Так что завести в нём союзника не помешает.

— Этот тип — шарлатан.

— Люцерн. Я делаю то, что должна. Помогать тебе как жена — моё дело.

Был некто, называемый гадателем Муто. Он был жрецом уже исчезнувшего древнего бога — бога чудовищ. Бог чудовищ означал древних низших богов, подчинённых верховному богу. Одним из них было теневое чудовище — бог-хранитель, обитающий в теле Люцерна.

Официальное занятие Муто состояло в том, чтобы сообщать дому о нисхождении бога чудовищ из божественного мира и проводить обряды для него. Однако часто потомки, в которых вселялся бог чудовищ, как в Люцерна, не рождались.

Бог чудовищ был также богом астрологии. Так что фактическая роль Муто заключалась в гадании и консультировании глав дома.

Иногда он выдавал поразительно точные предсказания. Но большинство его предсказаний было безосновательным.

— Я слышала, гадатель Муто в молодости предсказал нечто, что разгневало главу дома. Глава дома велел его выпороть и прогнать, но со временем предсказание сбылось. С тех пор глава дома ему очень доверяет.

Спокойно сказала Элиша.

— Знаешь, что это было за предсказание?

— Это известная история. Даже заложницы, работавшие у ручья, как я, знают этот случай.

Предсказание, приведшее главу дома в ярость, было таким: двое из его сыновей умрут.

И действительно, старший и младший сыновья главы дома умерли. Старший был отцом Джейкоба, младший — отцом Люцерна.

Сейчас глава дома приблизил Муто. Глава дома был таким человеком. Он постоянно во всём сомневался, но высоко оценил то, что Муто даже под пытками не отрёкся от своего предсказания.

— Люцерн. Знаешь? Муто в детстве предсказал твоё рождение. Он предвидел нисхождение на землю твоего бога-хранителя, теневого чудовища. Тогда глава дома узнал, что ты родился, пока твои отец и мать скрывались.

— И что?

— Если бы не это, тебя могли бы убить тихо, без следа, руками твоих дядей.

Люцерн замолчал. Во время скитаний отец Люцерна, Микелан, умер первым, а Люцерна вырастила и скрывала родная мать, пока его не нашли. Если бы глава дома не знал о его существовании — нет, —  если бы в Люцерна не вселился бог-хранитель, никого бы не удивило, что ребёнок, находившийся в таком положении, умер тихо, без следа. Таким был тогдашний Люцерн.

— Так или иначе, Муто тебя спас. Пусть даже случайно, такие отношения долга и благодарности имеют значение. Жизненные законы не всегда справедливы. Отблагодарить Муто — не убыточное дело.

Муто не был обладателем благородного характера. Так или иначе, выходило, что он — спаситель Люцерна, но поскольку Люцерн его не отблагодарил, Муто затаил обиду. Люцерн был человеком рассудительным и в предсказания совершенно не верил. Более того, он презирал Муто — корыстного, низкого гадателя.

А вот Карола и Ариен всегда посылали Муто крупные взятки.

Поэтому Муто при каждом удобном случае говорил главе дома о Люцерне дурное. Даже если о Люцерне выпадало хорошее предсказание, он не докладывал о нём. Так в прошлой жизни Муто тоже поспособствовал тому, что отношения Люцерна и главы дома становились всё холоднее.

«В этот раз всё будет иначе».

Теперь у Люцерна была жена, которая могла помогать ему.

«Отправлять подарки даже гадателю — вот это помощь мужу. Странный всё-таки дом».

Но Элиша знала, какие богатства любит Муто. И отправить подарок было нетрудно.

«Всё равно, когда Люцерн станет главой дома, он выгонит Муто. Так что небольшой подарок сейчас — ничего такого».

Так что подарить немного из того, что для Люцерна было медяками, — в чём проблема? Если упрямо стоять на своём благородстве, в этом доме не выжить.

— Можно ведь, Люцерн?

Элиша мягко взяла Люцерна за подбородок и нежно поцеловала. Потому что ему, похоже, сейчас хотелось поцелуя. Люцерн сказал с бесстрастным лицом:

— Сколько нужно?

— Два-три золотых слитка.

— Муто?

Чмок.

Элише стало немного лень его уговаривать, и она поцеловала ещё раз. То, что Элиша целовала первой, было крайне редким. Тело Люцерна напряглось, и через несколько секунд он ответил:

— Этого хватит? Если нужно, пошли больше.

Сказал он холодно. Элиша подумала, что Люцерн всё-таки очень трудный. Иногда настроение момента значило для него больше, чем разумные доводы. Насколько же сильно подействовал её поцелуй.

— Думаю, этого хватит. Остальное я сама улажу.

Люцерн обнял Элишу за талию. Он легко кивнул.

— Рада, что ты понял, Люцерн.

— Тогда сделай это ещё раз.

— Не хочу.

— Один раз.

Элиша нехотя поцеловала Люцерна. Он приподнял уголки губ. На этот раз покраснела Элиша. Она украдкой отвела взгляд и сделала вид, что ничего не было.

***

Так Элиша отправила Муто щедрый подарок.

— Кхм. Новая жена верховного генерала знает, что такое уважение.

Муто, крайне обрадованный, побежал к главе дома и принялся расписывать все недавние хорошие предсказания о Люцерне.

***

Глава дома весь ужин был погружён в раздумья. Он вспоминал вчерашнюю послеобеденную встречу. Гадатель Муто сказал:

«Я прочёл предсказание о господине Люцерне. Господин Мерха совершил преступление, убив пророка верховного бога. Но трагедия не падёт на дом. Ибо случится благоприятное».

«А именно: от господина Люцерна родится ребёнок, отмеченный покровительством великого… бога-хранителя. Более того, этот бог-хранитель — бог более высокого ранга, чем теневой бог, обитающий в господине Люцерне!»

«Это оттого, что с господином Люцерном произошло нечто очень хорошее… и великая перемена!»

Одни и те же слова можно сказать по-разному. Муто изначально не любил Люцерна за то, что тот не присылал ему взяток, и всегда отзывался о нём дурно.

И на этот раз он мог бы сказать: «В потомке Люцерна, незаконнорождённого, вселится бог-хранитель, так что нужно принять меры». Но Муто, брызжа слюной, расхваливал Люцерна.

И неудивительно — подарки, присланные Элишей, не шли ни в какое сравнение с тем, что давали другие невестки. К тому же среди подарков были и мелочи вроде сладостей, и огромные золотые слитки — всё, что было по душе Муто. Словно их собирал человек, давно и досконально знавший его вкусы.

Глава дома не мог уснуть ночью от этих мыслей.

«А что, если… в ребёнка Люцерна вселится чудовище более высокого ранга, чем его бог-хранитель?»

У чудовищ — богов-хранителей дома — тоже были ранги. Теневое чудовище, обитающее в Люцерне. Это великое чудовище думало самостоятельно и творило магию. Среди богов-хранителей, обитавших в роду из поколения в поколение, оно было самым высоким по рангу.

«Но бог-хранитель, обитающий в Люцерне, не самый высокий среди богов чудовищ».

Теневое чудовище Люцерна было вторым по рангу среди богов той же линии. Бог-хранитель, нисходящий из мира богов чудовищ, — чудовище, второй король того мира.

Но был и первый король — чудовище, близкое к истинному богу. Как у тени есть обратная сторона — её сущность. Имя этого бога было «Рамун».

Говорили, что Рамун обладал силой превосходить пространство и время и управлять миром. Тот, кто получал покровительство Рамуна, поистине становился хозяином дома.

Услышав это предсказание, глава дома не мог унять дрожь в сердце.

«Неужели действительно у Люцерна и Элиши родится ребёнок, в которого вселится Рамун? Тогда наш дом… как таинственная кровь, будет пользоваться уважением и поклонением всего мира».

Хорошая перемена, произошедшая с Люцерном. Это, без сомнения, было его супружество с Элишей.

«Элиша хоть и дерзка, но по сравнению с глупой Ариен её задатки огромны. Люцерн способен. И в женщинах разбирается так, как не сравнятся другие внуки. Поистине обоюдоострый меч. Выдающийся незаконнорождённый — корень бед для дома. Но слишком заманчиво».

Карола, весь ужин следившая за настроением главы дома, осторожно спросила:

— Глава дома, о чём вы думаете?

— А-а. Думал о Люцерне.

— …

— Мне кажется, Люцерн после женитьбы стал ко мне как-то теплее. Новая жена Люцерна, видимо, очень хорошо себя ведёт. До моих ушей дошли слухи, что она хорошо помогает мужу. К тому же в этот раз она прислала письмо с извещением об участии в охоте императорского дворца. Элиша, эта девочка, оказывается, обходительнее, чем кажется.

Сообщение старейшине дома перед участием в дворцовом мероприятии было давним этикетом высокородных дворян. В те времена, когда этот этикет открыто соблюдался, императорская власть была сильнее, чем сейчас.

Стоило раз войти во дворец — и от имени дома совершались разные дела, которые могли повредить дому или возвысить его славу. Потому перед входом во дворец полагалось получить позволение у главы дома и засвидетельствовать почтение. Но в последнее время, когда светская жизнь оживилась, этот этикет почти не соблюдался.

Люцерн не был в немилости, так что обязанности у него не было. Но Элиша, приложив весеннее письмо с почтением, упомянула об участии в охоте — написала крайне учтивое письмо.

В глазах старших даже исполнение обязанности уже мило. А Элиша проявила уважение сверх того.

«Оказывается, эта девочка Элиша умеет делать приятное лучше, чем кажется».

Глава дома несколько дней был необычно доволен. К тому же содержание письма по большей части точно соблюдало этикет высокородных дворян, так что глава дома даже восхитился.

— Глупый Марко.

Глава дома отпил вина и цокнул языком.

— И Мерха стал совсем никчёмным. А Люцерн хорошо себя ведёт… Более того, спас жизнь Мерхи, которого так ненавидит. Появляется ли у него гибкость?

По лицу Джейкоба скользнула неловкая улыбка. Единственный кандидат в главы дома, угрожавший ему, Марко, пал, и Джейкоб, естественно, ожидал, что возвысится и займёт положение наследника, но неожиданно оказался под угрозой со стороны Люцерна.

Люцерн ни за что не мог стать главой дома. Первая причина — его мать была простолюдинкой. Это была самая весомая причина, вторая — он родился вне брака. Но если у Люцерна родится ребёнок, расклад менялся. А если… глава дома сойдёт с ума и заберёт ребёнка Люцерна, чтобы им воспользоваться? Если Люцерн войдёт в милость, это было возможно.

Джейкоб и Карола переглянулись.

— Но, знаете… Когда Люцерн злится, это страшно. Кажется, в последнее время он не злится. Он сильно изменился. Я с самого начала разглядела его истинную суть. По сути он благороден, как и подобает человеку с кровью герцогского дома.

Карола сказала с глуповатой улыбкой. Она упомянула вспышки гнева Люцерна, напоминая главе дома о его прежней дерзкой манере. К тому же разговоры о герцогской крови лишь подчёркивали статус Люцерна как незаконнорождённого.

Глава дома понял намерение Каролы. Он ничего не ответил, и Карола забеспокоилась ещё больше. Глава дома пробормотал:

— У Ариен было имущество… Мукомольный завод в самом центре столицы. Был.

Рука Каролы сильно задрожала. Тот мукомольный завод был небольшим по размеру, но приносил довольно солидный годовой доход, и им пользовалось много людей, так что одного его хватало, чтобы низший дворянский род не знал нужды.

— Пожалуй, отдам его Элише.

— Глава дома! Но ведь это ценное имущество дома… Передавать его наружу — плохо. Карола беспокоится. Мы же не знаем, до какой степени Элише можно доверять… Вдруг она разведётся с Люцерном…

Карола, считавшая дни до получения того завода, услышав такие слова главы дома, будто получила удар грома. Она невольно выдала свои истинные чувства.

— Что?

— Эм… Карола так не думает. Но говорят, мужчины часто разводятся с контрактными жёнами.

Карола пробормотала. Она держалась так, будто это не её мнение, а чужое. Глава дома раздражённо сказал:

— Карола. Ты что, считаешь меня дураком? Разумеется, я дарую его с условием возврата, если Люцерн и Элиша разведутся. Ещё немного — и ты начнёшь меня учить.

Карола, применив нехитрую уловку, наоборот получила нагоняй. Для Каролы это было большим потрясением. Ведь она почти никогда не слышала от главы дома недовольства.

«Почему стоит появиться этой твари, и с Каролой всегда случается что-то плохое? Это несправедливо! Могла бы помыкаться и умереть, стирая бельё. Ах, как же злит».

Но Карола изо всех сил подавила эти чувства.

— Джейкоб. Следи за женой. Элиша знает, как вести себя со старшими, а твоя жена только капризничает.

Джейкоб, растерянно помолчав, сказал:

— Карола. У главы дома наверняка есть свой замысел. Следи за словами перед главой дома!

— Да. Поняла. Карола была неправа… Но, видимо, теперь для главы дома только Элиша — милая невестка. Это слишком! Мы ведь всегда стараемся проявить почтительность.

Глава дома, увидев, что Карола, как обычно, по-глупому закапризничала и сделала печальное лицо, немного смягчился. Никто не злится всерьёз на собаку или кошку. Карола умела этим пользоваться.

— И всё же по старшинству ты старшая в доме Элиши. Ты должна её направлять, а не завидовать, как ребёнок.

— Поняла.

Карола нехотя кивнула.

Больше глав в нашем телеграм канале t.me/insomnianovells
Спасибо, что читаете с нами!