— Как-то простенько.
— Я всегда так записываю.
— Мы же разыгрываем парочку. Могла бы и постараться.
— ...
— А начальник Чхон как записан?
Не дав Джи У ответить, Рюн выхватил у нее из рук телефон. И без того миниатюрный смартфон в его огромной ладони смотрелся до нелепости маленьким, как детская игрушка.
Пролистав список контактов, он наконец нашел имя начальника Чхона.
[Чхон Джин Ви]
А в поле должности аккуратно значилось: «Начальник».
Ну надо же. Значит, она всех так бездушно записывает. Почувствовав, что настроение стало чуть лучше, Рюн быстро набрал что-то большим пальцем и вернул телефон.
— Я изменил имя.
Джи У с недоумением открыла контакты. По обеим сторонам от его имени теперь стояли черные сердечки и эмодзи дракона.
— Это слишком вызывающе.
— Пусть так и висит. Я потом проверю, поняла?
...С каких это пор он стал таким придирчивым к подобным детским глупостям?
Не желая ввязываться в бессмысленный спор, Джи У просто молча сунула телефон в карман.
Вскоре начали подавать блюда. Официант, обслуживающий их столик, вежливо и подробно описывал каждое из них: креветочные димсамы, искусно слепленные в форме рыбок, слоеные пирожки с фуа-гра и свининой, запеченный лобстер с морскими гребешками и сливочным маслом и так далее.
Все блюда выглядели невероятно изысканно и дорого, но Джи У, что бы она ни клала в рот, чувствовала себя так, словно жует песок из плохо промытых ракушек.
Из-за таблетки, которую она проглотила в тот день, ее чувства всё еще были притуплены, и медленнее всего восстанавливались именно вкусовые рецепторы.
Джи У никогда не была привередлива в еде. Лучше уж закинуть в себя хоть что-то, чем голодать, а время, уходящее на ковыряние в тарелке, лучше потратить на то, чтобы съесть побольше. И если уж она не могла различать вкусы, то о каком наслаждении высокой кухней могла идти речь?
Она не стала рассказывать ему о своем состоянии. Если он так ненавидит наркотики, то вряд ли скажет ей что-то хорошее.
Заметив, что она лишь вяло ковыряется в тарелке, он бросил ей на ложку димсам в форме рыбки.
— Почему вы решили встретиться именно здесь? — неожиданно сорвалось с ее губ в ответ на эту странную заботу.
Как раз в этот момент официант принес еще одну тарелку.
Это был миниатюрный торт со взбитыми сливками, чуть больше кулака. Выглядел он очень дорого. В самом центре красовалась идеальная клубника, украшенная сусальным золотом.
— У тебя же день рождения.
— ...
— Решил, что нужно встретиться и немного поднять настроение.
Он ответил таким тоном, будто не понимал, что в этом такого, и кивком указал на ложку, призывая ее поесть. Джи У же, ошарашенная, хлопала широко открытыми глазами.
Она помнила, что скоро годовщина смерти матери. Но из-за того, что в последние дни она потеряла счет времени, совсем об этом забыла.
Это был день смерти ее мамы, и она никогда не воспринимала его как свой день рождения. С тех пор, как она, собрав мелочь, купила себе мороженое в детстве, никто и никогда не праздновал ее день рождения. Да и сама она его не отмечала. Поэтому сейчас она почему-то почувствовала себя жалкой.
— ...Спасибо, что вспомнили. Но я не отмечаю дни рождения.
— Почему?
— Потому что он совпадает с днем смерти моей мамы.
Его брови невозмутимо поползли вверх. Конечно, это было правдой, что она не праздновала свой день рождения из-за смерти мамы. Но она всё равно словно окатила ледяной водой человека, который из благих побуждений решил ее поздравить.
Она совершенно не понимала этой внезапной доброты. Стоит ли вспоминать те жестокие слова, которые он говорил ей прошлой ночью? На этом фоне его инициатива отметить ее день рождения выглядела более чем странно.
Они не в тех отношениях, чтобы предаваться душевным порывам. Им нельзя переходить черту. Для таких отношений это было слишком.
Джи У отвернулась от торта. Поднесла ко рту димсам, который он ей дал. Креветочное мясо нежно лопалось на языке, но вкуса по-прежнему не было.
Какое-то время ужин протекал в тишине. Слышался лишь негромкий звон приборов да мягкая, успокаивающая классическая музыка. Тишину прервал Рюн.
— Ха Сон Джун мертв.
Рука Джи У, зачерпнувшая крабовый суп, замерла в воздухе. Она медленно подняла голову.
— Дальше всё будет только хуже.
Услышав это, Джи У широко раскрыла глаза, но вскоре равнодушно кивнула.
— Вот как.
— Даже не удивилась.
— Честно говоря, я бы больше удивилась, если бы они вместо того, чтобы резать друг друга, вдруг занялись благотворительностью или вступили в «Армию спасения».
— И то верно, — Рюн, слегка откинувшись назад, тихо рассмеялся, находя ее ответ забавным.
— В любом случае, я позабочусь о том, чтобы тебя это не коснулось, так что не забивай себе голову. Просто продолжай делать то, что делаешь.
Ложка Джи У снова замерла. Его подозрительная забота, это «просто продолжай делать то, что делаешь» — всё смешалось в голове в вязкую кашу. В горле встал комок, будто она проглотила слишком большой кусок яблока. Джи У поспешно схватила бокал с вином, чтобы смочить горло, и тихо ответила:
— ...И что же я должна делать? Ебаться с вами?
— Сегодня наша мисс Ён Джи У какая-то колючая. Я что, вчера хуево постарался?
— ...
— Да не может такого быть.
Уши Джи У запылали, когда он бессовестно напомнил ей о том, как она вела себя прошлой ночью.
Она тяжело вздохнула. Как и ожидалось, у него нет к ней никаких чувств. Раз уж так сложились обстоятельства, он просто использует ее, чтобы сбросить напряжение. Мысль о том, что ее место может занять кто угодно, становилась всё невыносимее.
Тогда, увидев его окровавленного, с сигаретой в зубах... Она так боялась, что ее место займет другая, что сама отдалась ему. Оглядываясь назад, насколько же глупо и смешно это было.
— ...Если будете столько есть, не подавитесь?
— Я уже давно подавился.
Он пробормотал это себе под нос, потягивая виски, поданный к ужину. Его взгляд по-прежнему был прикован к Джи У.
— Что может быть удобнее, чем быть временным работником? Ты можешь просто высосать из меня всё до последней капли, свалить в закат и рассказывать обо мне как о забавном приключении.
— Ч-что за чушь...
— Я даю тебе шанс. Шанс сбежать.
Его рука, постукивающая деревянным молотком по панцирю лобстера, двигалась на удивление изящно.
Шанс сбежать. Она уже столько раз сбегала в своей жизни, но разве у побега бывает «шанс»? Она не знала. Она всю жизнь бежала от чего-то, но это всегда был побег от безысходности. И никто никогда не пытался ее удержать.
— Тебе ведь тоже обидно, да? Из-за того, что попала не за тот стол, твоя жизнь оказалась в заложниках у какого-то ублюдочного бандита.
— ...А вы просто мелкий районный гопник?
— По сути, разницы никакой.
Это он так скромничает? Джи У была в замешательстве.
Ловко вытащив мясо из панциря, Рюн отобрал лучшие куски и небрежно бросил их в тарелку Джи У. Идеально пропеченное, сочное мясо выглядело весьма аппетитно.
Он кивнул, приказывая ей есть. Джи У наколола кусок на вилку и поднесла ко рту. Вкуса она всё еще не чувствовала, но текстура была отличной, а легкий аромат сливочного масла делал блюдо вполне съедобным.
Наблюдая за тем, как ее пухлые, вишневые губы медленно жуют, Рюн расслабленно откинулся назад и произнес:
— У меня встал.
— Что?
— Встал, говорю.
— ...
— Поехали ко мне?
Сказать такое бесстыдство, когда прямо за спиной стоит официант. У нее челюсть чуть не отвисла. Сгорая от стыда, Джи У покосилась на официанта, но тот стоял с абсолютно непроницаемым лицом, словно ничего не слышал. Вот это профессионализм.
— ...Ешьте лучше.
— Сама ешь нормально. А то только и делаешь, что хлебаешь свой пустой суп.
Значит, он всё это время следил за тем, что она ест. Джи У медленно опустила взгляд в тарелку. Кое-как впихнув в себя еще пару кусков, она отложила приборы.
Ужин прошел в тишине. Настало время торта. Он воткнул в него свечи в форме цифр и зажег их. В воздухе запахло паленым воском.
— Спеть тебе песню?
— ...Обойдусь.
Несмотря на ее отказ, Рюн начал напевать мелодию «С днем рождения» красивым, низким баритоном. Глядя на мерцающее пламя свечей, она почувствовала, как внутри всё переворачивается.
— Задувай. И загадай желание.
Слегка прикусив нижнюю губу, она сделала, как он сказал. Фу-ух. Свечи погасли с первого раза. И она загадала желание про себя.
Пожалуйста, пусть мои чувства поскорее умрут. Пусть моя любовь к нему не продлится долго.
— И всё-таки ты чертовски красива.
Бросил он, отводя взгляд в окно, словно делая выговор. Вот именно поэтому он и сводит ее с ума. Не выдержав, Джи У издала короткий, сдавленный смешок.
