Онлайн чтение книги Стрит-флеш Straight Flush
1 - 5

— А ведь... так и есть.

Все оторвались от лапши и сосредоточились на словах Дженьюэри. Дженьюэри, воодушевившись, затараторила еще активнее:

— Ганеса ведь тоже сказала. Президент «Чхонрым» был убит.

— Ну да... так и сказала.

— А кто это сделал? Я думаю, преступник может быть среди них самих.

Прошло около пяти лет с тех пор, как триада «Чхонрым» захватила Макао. Они подмяли под себя все мелкие группировки, но среди них наверняка были те, кто хотел вырваться из-под их гнета. В конце концов, само убийство президента «Чхонрым» прямо указывало на такую возможность.

Но никто не произносил этого вслух. Это было похоже на тревожный секрет, о котором все знают, но предпочитают помалкивать.

Пока все сглатывали сухую слюну, Дженьюэри, понизив голос, зашептала:

— Я слышала, как руководители из «Хваанрак» шептались между собой. Говорили, что если еще немного подождать, то и на их улице будет праздник. А это значит, что веревочка, за которую ухватилась Ганеса, может оказаться гнилой.

Сплетничать за чужой спиной было крайне некомфортно. Джи У молча уткнулась лицом в тарелку с лапшой. К счастью или к несчастью, Ганесы здесь не было.

С тех пор как она уступила игровые автоматы начальнице, Ганеса больше ни разу не появлялась в VIP-зале. А начальница недавно сказала, что с завтрашнего дня она и вовсе будет освобождена от обязанностей дилера. Он упомянул, что они найдут замену, но все оставшиеся были новичками со стажем меньше года, так что подходящих кандидатур не находилось.

Поскольку ситуация складывалась весьма неприятная, собравшиеся дилеры, вместо того чтобы переживать за Ганесу, сосредоточились на том, чтобы еще сильнее раздуть эту забавную теорию.

— И если это так. Кто же будет следующим?

— Может, «Хваанрак»? Ты же говорила, что руководитель, за которым ты следила, сказал, что скоро на их улице будет праздник.

— А я думаю, что это «Джахабан». Насколько я знаю, они очень ловко балансируют между двумя сторонами. Да и босс у них вроде бы парень с головой.

Они совершенно забыли об остывающей лапше и наперебой сыпали всевозможными интригующими догадками. Джи У, как обычно, пропускала их болтовню мимо ушей и молча наслаждалась едой. Она не ожидала многого, но вкус был весьма недурен. Блюда из лапши вкуснее всего, пока лапша не разбухла. А острый бульон хорош, пока горячий.

— Кстати, есть же еще одна неизвестная переменная. Джу Рюн из «Хыкбан».

Вместе со щелчком пальцев Дженьюэри выдала эту фразу, и Джи У на мгновение замерла с палочками в руках.

— С чего бы ему вдруг приехать из Гонконга в Макао? Наверняка есть какая-то причина.

— И то верно.

— Хейз, ты случайно ничего не слышала?

Внезапно все взгляды скрестились на Джи У. Почувствовав на себе тяжесть их внимания, она перестала жевать и тихо покачала головой.

— Я ничего...

— Правда, совсем ничего?

— Этот человек просто сыграл одну партию и ушел.

Она не солгала. Просто не стала добавлять того, что он тогда говорил. Пересказывать их разговор своими губами было как-то неловко, да и, если уж на то пошло, эта информация никак бы не помогла им в их детективных играх. А главное — она боялась, что они догадаются о том, как сильно она была им озабочена, и это ее внутренне беспокоило.

— А к другим столам он не подходил?

— На френч-бол (разновидность рулетки) он не заглядывал.

— И на блэкджек тоже.

Они спрашивали в надежде, что кто-то с других столов мог что-то услышать, но все дилеры лишь качали головами.

Если собрать их слова воедино, то получалось, что прошлой ночью Рюн сыграл в VIP-зале всего одну партию в покер и ушел, не притронувшись больше ни к одной игре.

Разве такое возможно? Джи У склонила голову набок.

— Может, вы просто забыли?

— Да ну. Кого угодно можно забыть, но только не его. Он ведь знаменитость, да и внешность у него весьма выдающаяся, не так ли?

— Это точно, красивый он чертяка. Честно говоря, остальные выглядят либо как уродливые булыжники, валяющиеся на дороге, либо так, что если встретишь их ночью — в штаны наложишь.

— Я всё записал на диктофон. Веди себя хорошо.

— Ах, ну серьезно!

Пока Грей и Дженьюэри обменивались глупыми шуточками, начальница, которая до этого слушала их болтовню вполуха, отложила палочки и заговорила:

— Этот человек весь вечер пил в VIP-зале со своей правой рукой, потом сыграл одну партию в покер и ушел.

После уверенного заявления начальницы раздались возгласы удивления, и атмосфера сразу же накалилась.

— Может, ты ему понравилась? Ганеса точно умрет от зависти.

— Ну да, Хейз ведь первая красавица в «Гран Блю». Сколько раз у нее клиенты номер просили, не сосчитать. Скажешь, не так?

Сальный взгляд Грея, который театрально пожимал плечами, был весьма утомительным. Первая красавица «Гран Блю», корейская принцесса. Прозвищ у нее было много, но ни одно из них не радовало. Ведь стоило ей сделать хоть малейшую ошибку, как они тут же превращались в насмешки.

— Да вряд ли.

Джи У ответила холодно и отрезала, словно ножом. Внезапно в ее памяти всплыло его высокомерное поведение, человека, который ни в чем не нуждается. С чего бы мне быть для него кем-то особенным. Она опустила взгляд на недоеденную лапшу и отложила палочки.

Тогда она действительно ничего не понимала. Не знала, какой кошмар разразится в будущем. И именно потому, что не знала, могла так беззаботно болтать.

Второй день. Незадолго до полуночи Рюн появился в VIP-зале. Войдя в зал, перекатывая в зубах незажженную сигарету, он окинул помещение широким взглядом и прямиком направился к Джи У, которая вела игру за столом для блэкджека.

В отличие от вчерашней вычурной рубашки, сегодня он был одет в строгий костюм полностью черного цвета. Конечно, он был из тех, кто мог вытянуть на себе даже такую кричащую рубашку, от одного вида которой болела голова, но, как и подобает его прозвищу, черный цвет шел ему невероятно.

Под гладко зачесанными назад волосами дрогнули густые брови.

— Когда закончишь?

Он не сводил глаз с Джи У и похлопал по плечу сидевшего за столом члена банды. Джи У, незаметно прикусив нижнюю губу, ответила:

— Еще не закончила. Если хотите, со следующей игры...

— Я не тебя спрашивал.

— ...

— Вон тот стол вроде пустой.

Не дав Джи У договорить, он крепко сжал плечо бандита. Это был недвусмысленный приказ: «Проваливай за соседний стол».

Бандиты, которые мирно наслаждались игрой и внезапно попали под раздачу, замялись, но затем нехотя сдались в выигрышной для них партии и перебрались за соседний стол. Рюн, бесцеремонно захвативший места, плюхнулся на стул с легкой усмешкой. Джи У, смущенно улыбаясь, произнесла дежурное приветствие:

— Рада снова вас видеть. ...В следующий раз, пожалуйста, дождитесь окончания игры.

— Не хочу.

Он приподнял уголок губ в усмешке. Ах да, я на мгновение забыла, что с ним бесполезно разговаривать.

— Желаете сыграть партию?

— Неплохо.

Он закатал рукава черной рубашки до локтей. На его руках, словно прорисованные, отчетливо выделялись мышцы предплечий, сплошь усеянные большими и маленькими шрамами. Эти следы позволяли хотя бы отчасти представить, через что ему пришлось пройти в жизни.

На его запястье красовались часы Breguet диаметром 40 миллиметров. Вчера их не было.

— У вас отличные часы.

Любому человеку приятно, когда замечают его дорогие вещи. Это было одним из правил мануала по обслуживанию VIP-клиентов. Стоило ей лишь слегка польстить, как он, усмехнувшись, покрутил рукой, показывая часы со всех сторон.

— А, эти? Один младший брат подарил, чтобы я мог телок клеить.

Подарить часы элитного класса стоимостью в несколько сотен тысяч долларов, а не какой-то ширпотребный люкс, просто для того, чтобы «клеить телок»? Видимо, этот «брат» — невероятно богатый человек, с которым они очень близки. А может, это тот самый человек, который, по слухам, забрал свет Гонконга.

— Видимо, вы с ним в очень близких отношениях.

— Знакомы давно, это да.

Усмехнувшись, он указал длинным указательным пальцем на стол.

— Начинай.

Чуть ослабевшее напряжение вновь натянулось как струна.

Открыв стол, Джи У сыграла с ним несколько партий. Как и вчера, к столу, за которым он сидел, не смел подойти ни один член макаоских триад. Не было даже банальных приветствий. Хотел ли он этого сам, или же они намеренно избегали его — оставалось загадкой. Лишь по его редким репликам да по поведению вице-президента «Чхонрым» в первый день можно было смутно догадываться о его статусе.

Его правая рука, начальник Чхон, как и вчера, отлучился и так и не вернулся. Казалось, будто они вдвоем с Рюном оказались отрезаны от всего мира, и никто не смел вмешаться в их уединение.