Джу Рюн долетел до "Мугвана" быстрее, чем за половину предполагаемого времени, но на душе у него было тревожно.
Когда он вышел из машины, железные ворота "Мугвана" были распахнуты настежь и со скрипом раскачивались на ветру. Это было место, где дверь открывалась только после проверки лица посетителя и тут же закрывалась обратно. К тому же в последнее время сюда вообще никто не заявлялся.
И как назло, именно сегодня Ю Джин Сон, который умел неплохо обращаться с ножом, отлучился по другим делам. Предчувствие было препаршивым.
Джу Рюн взлетел по ступенькам, перепрыгивая через две, и остановился перед дверью. Следы от лома, которым ее явно вскрывали силой, бросались в глаза. Его взгляд стал ледяным.
Вместе со спешившим следом начальником Чхоном он ворвался в здание.
Внутри царил полнейший хаос, красноречиво свидетельствующий о недавней ожесточенной схватке. По ковру были разбросаны детали от башни Дженга. Пройдя по цепочке капель крови, он увидел в углу съежившуюся Дайан, сжимавшую в руке телефонную трубку.
— Вставай, Дайан.
Говорят, когда человек впадает в абсолютную ярость, он становится пугающе спокойным. Он обратился к лежащей Дайан ровным, ледяным голосом.
Но она лишь слабо шевельнула кончиками пальцев и ничего не ответила. Каким-то чудом она была еще жива, но находилась без сознания. Было очевидно, что ее состояние крайне тяжелое.
Приказав начальнику Чхону забрать ее и немедленно отвезти в больницу, Джу Рюн начал распахивать двери всех комнат одну за другой, разыскивая ту женщину.
— Я пришел.
Он специально подавал голос, думая, что ей могли заткнуть рот и она где-то прячется. «Я пришел, Джи У». Не услышала? Он позвал еще раз. Но в помещении стояла гробовая тишина. Да я пришел, блядь.
Ни на диване, ни в маленькой каморке, ни в ванной, ни в спальне, где они проводили ночи.
Ее нигде не было. Ён Джи У исчезла.
— Ха.
Сука. Наконец, с безумным взглядом он издал оглушительный, словно львиный рык, рев, полный мата.
Ему было омерзительно. Словно у него отобрали конфету, которую он берег. Словно у него украли то, что принадлежит ему. Джу Рюн впервые осознал, что из-за такого детского чувства можно прийти в настолько дикое, первобытное бешенство.
Джу Рюн прекрасно знал, как желать. Он всегда действовал так, как ему хотелось. Но он не умел отчаянно и безраздельно жаждать только кого-то одного. Эта женщина научила его очень дурным вещам.
Нести всякий бред, заставить его погрузиться в жалкие раздумья о том, что он не хочет признавать свое влечение, и заставить его чувствовать себя так паршиво только из-за того, что ее нет перед глазами. Во всём этом была замешана она.
Дз-з-знь — телефон в холле жутко зазвонил. Джу Рюн схватил трубку, на которой всё еще оставались следы крови Дайан.
— Черный Дракон.
— ...
— Может... немного поболтаем?
Сладкий женский голосок. Это была та самая сучка, о которой он и подумал.
— ...Отлично. Я как раз этого и хотел.
Пора уже заканчивать весь этот цирк. Джу Рюн сорвался с места и выскочил за дверь.
* * *
— Говорит, скоро будет.
Положив трубку, Су Хи сняла шляпу и перчатки, которые всё это время душно скрывали ее лицо и руки. Своими голыми руками она отдернула тонкую кружевную занавеску на окне.
Одинокая морская птица летела на фоне высокого голубого летнего неба. Глядя на эту картину, на лице женщины расплылась жуткая улыбка.
— Наверное, он сейчас взбешен до предела, да?
В ее голосе, обсуждающем его гнев, звучала веселая нотка. Словно она только этого и ждала.
Ён Джи У, с кляпом во рту и крепко связанными за спиной руками, огляделась по сторонам. Солнечные блики на поверхности моря за окном сияли так ярко, что казались насмешкой над ее положением. Она перевела взгляд: стол из красного дерева, повсюду разложены книги. Это место больше походило на чью-то личную виллу, чем на убежище триады.
Ее привезли сюда одну. Когда они с Дайан играли в настольную игру, в «Мугван» ворвались неизвестные. Некоторые лица показались ей знакомыми. Это были люди из «Хваанрак», которых она видела на том званом ужине.
Дайан, пытавшаяся дотянуться до тревожной кнопки (SOS) под стойкой, получила удар и рухнула на пол.
«Если хочешь, чтобы эта баба выжила — иди с нами без фокусов».
Один из громил, облизав окровавленное лезвие ножа, пригрозил ей. Дайан слабо качала головой, мол, нет, со мной всё будет в порядке, но у Ён Джи У не было выбора. Она не хотела видеть слезы господина Ю и не хотела потерять Дайан.
Они тоже стали для нее близкими людьми.
Ён Джи У молча пошла за ними. Ей завязали глаза и куда-то повезли. И в итоге она оказалась здесь.
— Знаешь, я тебе немного завидовала.
Цок, цок. Звук каблуков Су Хи приближался. Остановившись в шаге от привязанной к стулу Ён Джи У, она низко наклонилась к ней.
— Глядя на тебя, я постоянно думала: почему мне нельзя? Почему я не могла оказаться на твоем месте?
Бормоча этот бессвязный бред, Су Хи кончиком пальца плавно приподняла подбородок Ён Джи У. Джи У не отвела взгляд и ледяным взором уставилась на нее.
— А то, что я не могу получить, мне хочется сломать.
Улыбаясь, Су Хи продолжила свою речь:
— Не хочу это признавать, но ты красивая. Наверное, тебе достаточно было просто сделать невинное личико и раздвинуть свои стройные ножки, чтобы легко получить всё, что захочешь, да?
Ее мерзкие слова были прямым плевком в лицо всей той жизни, которую прожила Ён Джи У. В них отчетливо сквозил комплекс неполноценности, зажатый между ревностью и жаждой мести. Слушая этот бред, похожий на предсмертную горячку, Ён Джи У почувствовала не столько презрение, сколько легкий страх перед самой ситуацией.
Она, по крайней мере, не хотела умирать прямо сейчас. А вот женщина перед ней выглядела настолько экстремально, что, казалось, она не удивится, если сама умрет в любую секунду.
Человек, которому нечего терять. Да, именно такой казалась ей Су Хи.
— Поэтому я надеялась, что тебя выбросят как жалкую шлюху. Но Рюн, кажется, совершенно не собирался этого делать.
Она была настолько увлечена своим монологом, что, казалось, ничего вокруг не видит и не слышит. Будто пребывала в своих грезах. Она под кайфом? Заметив на ее предплечье несколько следов от уколов, Ён Джи У была уверена в этом почти наполовину.
— Но у меня на всё есть свои методы.
Осмотрев Ён Джи У с ног до головы, словно оценивая произведение искусства, Су Хи, до этого державшая руки за спиной, выпрямилась, а затем начала рыться в куче вещей на столе.
В ее руке оказался маленький стеклянный флакон и шприц.
Су Хи привычным движением воткнула иглу во флакон. Прозрачная жидкость начала наполнять шприц. Глаза Ён Джи У мелко задрожали.
Ей бросилась в глаза этикетка на флаконе. Это был 2L.
— Ты просто увидишь очень хороший сон, вот и всё.
Увидев, как она постукивает пальцем по корпусу шприца и как из иглы брызнула тонкая струйка жидкости, Ён Джи У отчаянно задергалась в попытках освободиться. Но веревки лишь еще туже впились в тело.
Нет. Нет...!
Ей было страшно. Страшен был сам наркотик, но еще страшнее — те разрушительные последствия, которые он обрушит на ее организм потом. Но на самом деле больше всего она боялась другого. В голове промелькнуло лицо Джу Рюна. Он терпеть не мог давать второй шанс. Какой жалкой и смешной я буду выглядеть в его глазах.
— И тебе будет очень-очень хорошо. Когда тебя будут любить сразу несколько мужчин...
— ...!
Вжик! Игла вонзилась в руку, поршень медленно пошел вниз. Крик, вырвавшийся из горла, застрял в кляпе, которым был заткнут ее рот.
Вскоре игла покинула ее тело.
Мелко содрогаясь, Ён Джи У судорожно, с хрипом дышала. Су Хи небрежно бросила шприц на пол, присела на корточки и приблизила свое лицо вплотную к лицу Джи У.
— Слушай. А мое лицо...
— ...
— ...не кажется тебе знакомым?
Ён Джи У, часто моргая, посмотрела на Су Хи, и ее глаза округлились. Теперь она наконец поняла, откуда взялось то странное чувство дежавю, когда она столкнулась с ней в туалете.
Если убрать эту странную родинку под глазом и совершенно иную, зловещую ауру, эта женщина была до безумия похожа на ту, кого она знала.
Ганеса... Ли Со Ха.
— Спокойной ночи.
Сквозь мутнеющее зрение она увидела дьявольскую улыбку на ее лице. Не успев даже обдумать этот факт, сознание Ён Джи У начало стремительно угасать.
Глаза Джи У закатились, голова безвольно упала на грудь, и она отключилась. Посмотрев на нее, Су Хи немного походила перед ней, а затем с размаху опустилась на диван.
Глупая Со Ха.
Она коротко вспомнила свою жалкую сестру-близняшку.
Ли Со Ха и Ян Су Хи были однояйцевыми близнецами, родившимися с разницей в одну минуту.
Со Ха — старшая, Су Хи — младшая.
Со
Ха была той, кто готов был добровольно броситься в огонь любви и умереть ради
нее, а Су Хи — той, кто помешался на власти и мести.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
