Онлайн чтение книги Стрит-флеш Straight Flush
1 - 16

От его тела исходила удушающая, непревзойденная первобытная притягательность, но в то же время оно было сплошь изуродовано. Крепкие мышцы, облегающие костяк, были выкованы в реальных боях без грамма лишнего жира и казались почти идеальными, но его кожа была испещрена большими и маленькими шрамами.

Начиная от явных следов ножевых ранений и заканчивая такими отметинами, о происхождении которых даже догадаться было сложно. Эти следы были куда страшнее, чем она могла себе вообразить, даже зная о его профессии, видя его грубые руки и отсутствие одного глаза. Особенно выделялся один шрам от резаной раны, тянущийся от лобка к боку — длиной добрых две пяди.

Говорят, обычно такие шрамы прячут под татуировками, но он, видимо, не стал этого делать. Никаких татуировок на его теле не было.

— ...

Наверное, было больно. Несмотря на то, что всё, на что она была сейчас способна, — это тяжело дышать с красным как помидор лицом, при виде этого длинного шрама она вдруг почувствовала странную жалость.

Вскоре тихий металлический звук вырвал Джи У из оцепенения. Щелк — это расстегнулась пряжка его брюк.

— Сейчас я буду тебя трахать, так что поздоровайся с ним заранее.

Едва увидев это зрелище, Джи У поняла, насколько бессмысленно было жалеть стоящего перед ней мужчину.

Жутко.

Именно таким было ее первое впечатление, когда она увидела то, что вывалилось из его белья.

Его член выглядел до неприличия первобытно. Даже не имея с чем сравнивать, она сразу поняла: то, чем он обладает, абсолютно выходит за рамки нормального.

Это совершенно не походило на аккуратные картинки гениталий, которые им показывали на уроках полового воспитания лет десять назад. Бугристый ствол, толщиной не уступающий руке ребенка, был слегка искривлен влево, а опоясывающие его извилистые вены жутко пульсировали и вздувались, словно жили своей собственной жизнью. Яички, висевшие под ним, тяжело покачивались при каждом его движении.

Если бы кто-то попросил изобразить грязную пошлятину в физической форме, она наверняка выглядела бы именно так. Мелькнула мысль, что именно такой член и должен быть у повидавшего виды мужчины.

Но эти размышления длились лишь мгновение.

Запоздало осознав, что именно эту штуку ей придется сейчас в себя впустить, Джи У, извиваясь, попятилась назад, цепляясь за край дивана.

— Я, я не смогу...

— Я буду нежным.

Бросив эту совершенно не подходящую ему сладкую фразу, он схватил ее за таз и потащил обратно к себе.

— Д-дело не в этом... Ах!

Она отчаянно пыталась сжать ноги, но его сильные руки без труда раздвинули их.

Тело, не привыкшее к подобным стимуляциям, уже успело стать влажным внизу. Заметив состояние между ее ног, он усмехнулся. Сохранять невозмутимое лицо было невыносимо.

Остатки одежды были сорваны с нее его грубыми руками с обескураживающей легкостью. Последний рубеж — трусики — были небрежно стянуты вниз и теперь сиротливо болтались на одной щиколотке.

Его толстые, грубые пальцы с выступающими суставами раздвинули ее плотно сжатые половые губы.

В глазах мужчины, который внимательно рассматривал сокровенное место, которое она и сама-то толком никогда не видела, полыхало дикое пламя страсти. Несмотря на то, что они были так близко друг к другу, Джи У совершенно не могла понять, о чем думает Рюн.

Плюх. Он опустился на колени прямо на пол. Не понимая, что он собирается делать, она лишь хлопала глазами, глядя на него сверху вниз.

— Ух...!

Уткнувшись лицом ей между ног, он лизнул вертикальную щелочку. Опешив, Джи У оперлась на локти и попыталась сесть, но силы были не равны.

— Ч-что вы делаете!

— Закрой рот и получай удовольствие. Я это делаю для того, чтобы ты не померла.

Притянув ее за бедра поближе, он сурово нахмурил густые брови.

Что-то мягкое, горячее и непередаваемое на словах начало безостановочно скользить по ее чувствительному месту. Он вылизывал ее самое стыдное место своим языком. От одной этой мысли можно было сойти с ума.

— Ах, мм! П-прекратите...!

Как бы она ни дергала тазом, это навязчивое ощущение не исчезало. Наоборот, он лишь прижимался еще плотнее, словно укрощая ее.

Он ловко орудовал губами и языком, будто ел сочный летний фрукт. Влажные, хлюпающие звуки, напоминающие чавканье соком, щекотали уши. Казалось, эти звуки выдавали ее возбуждение с головой, поэтому Джи У поспешно закрыла лицо руками.

Она чувствовала себя так, словно оказалась запертой голой в душной, липкой летней ночи и задыхалась от жары. Внутренняя сторона бедер самопроизвольно подрагивала, а горящие губы дрожали и приоткрывались сами по себе.

Здесь ничто не подчинялось ее воле. Ни этот мужчина, ни собственное тело, которое безотказно откликалось на его действия.

Когда Рюн снова поднялся, его губы блестели от влаги. Неужели теперь можно перевести дух? Мелко дрожа, Джи У посмотрела на него снизу вверх.

— И что это за выражение лица. Мы ведь только начали.

Словно предвкушая сытный обед, его красный язык медленно прошелся по блестящим губам, а грубая рука лениво обхватила ствол и погладила его пару раз. Головка члена, который, казалось, стал еще больше, блестела от прозрачной смазки.

Бугристый ствол скользнул взад-вперед по той самой щелочке, которую он только что вылизывал. Каждый раз, когда он мимолетно задевал самую чувствительную точку, ее тело сводило судорогой.

Уже скоро она сольется с этим мужчиной в единое целое. Затуманенный разум Джи У внезапно прояснился, и она выдавила из себя едва слышный голос.

— П-презерватив.

— А? Что?

— Наденьте... презерватив.

Это было вполне законное требование. У Джи У был весьма нерегулярный цикл, и она постоянно пила противозачаточные, чтобы его нормализовать. Она не думала, что может случиться что-то непредвиденное, но ведь береженого бог бережет. Да и ему вряд ли нужны лишние проблемы от случайной интрижки на одну ночь.

Услышав эту дерзкую просьбу, Рюн лишь цокнул языком. Закинув ее ноги себе на предплечья, чтобы раздвинуть их еще шире, он наклонился и ласково прошептал ей на ухо:

— Я же говорил. Ты должна принять мою сперму.

А в следующее мгновение ее пронзила тупая, разрывающая боль, словно ее тело медленно разрубали пополам. Почувствовав вторжение инородного тела, она рефлекторно напряглась как струна.

— Ах, хнг...

От невыносимой боли, подобной которой она никогда в жизни не испытывала, у нее затряслась челюсть. Ему, похоже, было не менее тяжело проталкиваться внутрь — между его бровей залегла глубокая складка.

Было больно. Несмотря на то, что она была такой влажной, боль была настолько сильной, что в саму возможность получить от этого удовольствие верилось с трудом.

Но ведь он уже один раз отверг ее просьбу. Хныкать, что ей больно, или просить остановиться, зная, что он всё равно не послушает, было не в ее правилах. Но, к сожалению, всё это не делало ситуацию менее неловкой и мучительной.

Будем считать, что я просто попала под внезапный ливень. Или что кто-то проходящий мимо дал мне пощечину.

Она привыкла терпеть неприятные ситуации именно так. Джи У отвернулась, избегая его взгляда, и, зажав рот рукой, мелко задрожала.

— Думаешь, только тебе сейчас тяжело? Потерпи.

Его хриплый, осевший голос прозвучал как рычание. Показалось ли ей, или в каждом его слоге сквозило легкое раздражение и досада? Фраза о том, что целки вызывают у него несварение, всплыла в памяти.

Вскоре его сильная рука тяжело опустилась на ее мелко дрожащее плечо. А затем он схватил ее за подбородок, который она так старательно отворачивала. Джи У смотрела в его сосредоточенное, слегка покрытое испариной лицо, пока ее низ, вопреки сложным мыслям, судорожно сжимался, словно торопя его.

— Негоже так умолять, когда я еще и наполовину не вошел.

Рюн грубо выругался, с силой закусив нижнюю губу.

...Еще и наполовину не вошел? Бред какой-то. Услышав это, Джи У медленно заморгала и бросила испуганный взгляд вниз.

Как он и сказал, внутрь вошла лишь головка, и продвижение полностью остановилось. Воочию убедившись, что снаружи осталась еще добрая пядь, лицо Джи У побледнело от ужаса.

Наблюдая за этой картиной, Рюн медленно зачесал волосы назад и уставился в потолок с витиеватым узором.

Да уж, блядь, ну и дела. Если так пойдет и дальше, она до конца жизни трахаться не сможет. А, ну мы же вроде как уже начали.

Но мне тоже надо хоть какое-то удовольствие получить.

— ...!

Это произошло в мгновение ока. Он резко и глубоко вонзил в нее свои бедра.

Его твердые мышцы с размаху ударились о кожу ее широко раздвинутых бедер. Узкая пещера, в которую еще никто не входил, была грубо распахнута настежь, и голова Джи У непроизвольно запрокинулась назад.

Беззвучный крик застрял в горле. От обжигающего ощущения чужеродного тела, заполнившего ее живот, ее лоно судорожно содрогнулось и обильно выплеснуло влагу.

Его лобковые волосы, ставшие мокрыми и липкими, но всё еще жесткие, медленно терлись о ее клитор. Настолько плотно они были прижаты друг к другу.

Мужчина, завершивший проникновение, выглядел то ли слегка удивленным, то ли озадаченным. Главное, что сейчас на его лице читалось самое сложное выражение из всех, что она видела до этого.