Контент удален!

9. Победитель забирает всё

Мы будем плыть в красках ночи

И без устали говорить о том, что всё еще живы.

Мы никогда не заговорим о любви,

И уж тем более — о любви вечной.

(Цюй Хуа, «Я и ты»)

Когда она снова открыла глаза, первым, что она увидела, был белоснежный потолок.

Ён Джи У медленно моргала, по крупицам возвращаясь в реальность. Тонкие, колышущиеся на ветру занавески то попадали в поле ее зрения, то вновь исчезали.

Слегка скосив глаза, она заметила капельницу, из которой мерно капала жидкость. На ней самой была больничная пижама с логотипом. Не нужно было долго гадать, чтобы понять: она в больнице.

Голоса из телевизора доносились откуда-то издалека, сливаясь в сплошной неразборчивый гул, так что она не могла уловить суть новостей. Гораздо отчетливее слышался другой звук, раздававшийся совсем рядом: шорох срезаемой фруктовой кожуры.

Вжик, вжик. Источник звука оказался ближе, чем она думала. Ён Джи У повернула голову сильнее и увидела Джу Рюна, лениво развалившегося на железном стуле.

Закатав до локтей рукава той самой кричащей рубашки, в которой он впервые появился в казино, он неторопливо чистил красное яблоко. Ровная, непрерывная лента кожуры свисала с лезвия ножа.

Говорят, он мастерски обращается с ножом, поэтому и мясо режет отлично. Значит, и фрукты чистить умеет. Эта мысль, хоть и казалась немного неуместной, заворожила Джи У, которая редко могла позволить себе дорогие фрукты.

— Проснулась, — раздался над ухом его низкий голос.

Казалось, он был полностью поглощен яблоком, но, как и в тот раз с покупкой еды, его чутье было просто дьявольским.

— Ах… — попыталась она ответить, но из-за того, что горло долгое время оставалось без влаги, голос прозвучал скрипуче и хрипло.

Джу Рюн с завидной проницательностью тут же протянул ей стакан воды, стоявший на тумбочке. Ее рука, потянувшаяся за стаканом, мелко дрожала.

— Напоить тебя?

— …Я сама.

Вряд ли бы он стал поить ее аккуратно. Хотя, может, с больной он и обошелся бы помягче? И всё же ей казалось, что если она заставит свои руки двигаться, то быстрее придет в себя, поэтому решила выпить сама.

Глоток, глоток. Теплая вода потекла по горлу, и стало немного легче. Джи У хотела задать ему так много вопросов.

— Это место…

— VIP-палата. Да, и не переживай. Как наркоманку тебя не арестуют, — бросил он своим обычным ленивым тоном, слегка покачивая фруктовым ножом.

Наркоманка… А ведь и правда, раз ее привезли в больницу под кайфом, люди, не знающие всей истории, вполне могли так подумать. К тому же наверняка врачи сразу поняли, что она принимает это не впервые.

Слегка расстроившись, Ён Джи У осторожно поставила стакан и тихо спросила:

— …А как Дайан?

— В порядке.

— Она не сильно пострадала?

— Пришлось делать операцию, но всё прошло хорошо. А вот видеть, как господин Ю разыгрывает тут дешевую мелодраму, было просто тошно.

— Слава богу…

Джу Рюн перестал чистить яблоко и наклонился к ней. Скрип. Стул жалобно пискнул под его весом.

— Ты, я смотрю, первым делом о чужих людях беспокоишься, а о своем муженьке и не вспоминаешь. Ты, видимо, забыла, но она замужняя женщина, — язвительно добавил Джу Рюн, медленно моргая здоровым глазом.

Не найдя, что на это ответить, Джи У покраснела и отвела взгляд к окну.

— Ну, эт-то… конечно, я за нее беспокоюсь. В последний раз я видела, как она упала… боялась, вдруг случилось что-то непоправимое…

— Не переживай, выпишут ее быстрее, чем тебя.

Его настроение явно испортилось, поэтому Джи У послушно замолчала. Тук-тук — сердце забилось чуточку быстрее.

— К тому же о вас, Джу Рюн, мне беспокоиться не нужно. Вы и сами прекрасно со всем справляетесь.

— Это да, не поспоришь. Но я вообще-то твой муженек.

Его острый взгляд внимательно изучал лицо Джи У. Голова раскалывалась. Она и так с трудом соображала спросонья, а угнаться за его резкими сменами настроения было еще тяжелее. В конце концов Ён Джи У робко возразила:

— Но почему… вы всё время называете себя моим муженьком…

— А что, мы теперь не в таких отношениях? Ха! — он издал смешок, словно не веря своим ушам.

Всем своим видом он показывал, что это он здесь должен возмущаться. Джи У удивленно захлопала глазами.

— Тебе что, надо по сто раз повторять: один раз, когда ты под кайфом, и второй — когда в своем уме?

— А.

Только после этих слов обрывки воспоминаний того дня начали понемногу всплывать в памяти.

По правде говоря, она почти ничего не помнила из того, что происходило, пока она была под действием наркотика, вколотого Су Хи. Дело было даже не в том, что она не могла отличить реальность от галлюцинаций — эти воспоминания просто напрочь стерлись из головы. В памяти оставалось лишь смутное ощущение того, какими теплыми были его объятия.

Ее память была до раздражения избирательной. Что тогда, что сейчас — она запоминала только то, что хотела.

— Джи У.

— …

— Видимо, ты мне и правда очень сильно нравишься.

Значит, это не был сон. Он правда это сказал.

Конечно, она и так понимала, что он подавал ей знаки, но услышать это прямо из его уст — совсем другое дело. Лицо вспыхнуло еще сильнее.

Джи У прошептала тихим, как писк комара, голосом:

— …Можно… вы повторите это еще раз?

— Ты что, забыла всё, как в прошлый раз?

Услышав «как в прошлый раз», Джи У потеряла дар речи. Неужели он знал, что ее воспоминания были отрывочными и она перепутала его с начальником Чхоном? От него можно было ожидать чего угодно.

— Дело… не в этом. Просто хочу услышать это еще раз, будучи в трезвом уме…

Голос Джи У становился всё тише и тише. Усмехнувшись, он наколол на кончик ножа кусочек яблока, вырезанный в форме кролика, и протянул ей. Забавно: он так мило порезал фрукт, но подавал его с таким угрожающим видом.

— Врачи говорят: чтобы быстрее поправиться, надо хорошо есть.

— …

Значит, повторять не собирается. Жаль, конечно, но ничего не поделаешь. Не став допытываться, Джи У потянулась свободной от капельницы рукой и взяла яблоко.

Во рту разлилась нежная кисло-сладкая прохлада, но рецепторы еще не до конца восстановились, чтобы полностью насладиться вкусом. Но раз говорят, что надо есть, чтобы поправиться… она усердно задвигала челюстями.

Скормив ей еще пару кусочков, Джу Рюн взял другое целое яблоко, небрежно обтер его рукавом и с хрустом откусил большой кусок. Видимо, для себя он чистить не собирался.

В повисшей неловкой тишине до них донесся звук телевизора, работавшего на минимальной громкости. Короткая реклама напитка с какой-то актрисой закончилась, и начался выпуск новостей.

— Господин Ан, член триады, находившийся в следственном изоляторе по обвинению в организованной контрабанде наркотиков, вчера утром был обнаружен в состоянии остановки сердца. Он был немедленно доставлен в больницу, но спасти его не удалось.

Непосредственной причиной смерти стало повреждение сонной артерии, нанесенное острым предметом. В настоящее время полиция выясняет точные обстоятельства его смерти…

На экране показали фасад тюрьмы, где содержался некий «господин Ан», и короткое интервью с представителем полиции. Затем сюжет переключился на автомобильную аварию на проспекте Синмало.

Кто такой этот «господин Ан» из новостей, было понятно и без долгих раздумий. Ан Ё Мён. Это было очевидно даже по тому, как Джу Рюн с легким раздражением схватил пульт и выключил телевизор.

— Вот и всё. Теперь всё закончилось.

Положив огрызок яблока, он наклонился к ней. В его потемневшем, глубоком взгляде больше не было и следа былой насмешливости.

— И наш контракт тоже закончился.

Окончание контракта. Она непроизвольно задержала дыхание. По условиям договора, когда он покинет Макао, она станет свободна. Тогда он сказал, что ей нужно будет просто вернуться к своей обычной жизни. И пообещал исполнить одно ее желание.

Но сейчас слишком многое изменилось, чтобы просто следовать первоначальным договоренностям. Она больше не могла вернуться к «обычной» жизни, да и он тоже.

— Теперь ты будешь жить как моя женщина.

— …

— Скажу честно, путь этот не из легких. Сама прекрасно понимаешь.

Джу Рюн пожал плечами, словно зачитывал скучные условия страховки. Будто напоминая ей, что после того, как она поставит подпись, пути назад уже не будет.

Но, как он и сказал, находиться рядом с ним никогда не было легко. Станет ли это проблемой сейчас? Ни в коем случае.

— Но, как и обещал, желание твое исполню. Только без всякой хуйни в стиле «бросайте курить».

Джи У слегка прищурилась. Если подумать, от него больше не исходил тот едва уловимый запах сигаретного дыма, который всегда его сопровождал.

— Вы правда бросили?

— Сократил. Да и вообще, пока ты не очнулась, я ни разу не закурил.

— …

— Было бы как-то стремно, если бы наш первый поцелуй после твоего пробуждения отдавал пепельницей, разве нет?

— Так что видишь, даже я способен на такие жесты, — напоследок бросил Джу Рюн и широко улыбнулся.