— Ваше Сиятельство, прибыли принц Чэнь и уездная принцесса Мин.
— Пусть войдут, — благородная супруга Су села на своей тахте, ничуть не удивлённая тем, что принц Чэнь пришёл вместе с гостьей.
— Ваше Сиятельство, Его Величество только что отдал приказ, запрещающий вам посылать что-либо его высочеству принцу Чэню, — с тревогой произнесла её личная служанка. — Если Его Величество узнает, не разгневается ли он на вас?
Весь императорский дворец знал, что Его Величество в последнее время не в духе. Пятерых принцев либо лишили титулов, либо наказали палками, досталось и двум принцессам. Никто из жён и наложниц не смел просить за них у императора, что лишь подчёркивало серьёзность проступков.
— Его Величество запретил мне отправлять что-либо моему сыну, но не запрещал ему самому приходить ко мне, — невозмутимо заявила благородная супруга Су. — Разве я ослушалась приказа?
Придворная дама умолкла. Это она забыла, какой любовью и уважением императора пользуется её госпожа, поэтому «принц пришёл сам» не равнялось «госпожа отправила ему вещи». Никаких проблем.
— Ваше Сиятельство, — Цзючжу, войдя и увидев благородную супругу Су, ускорила шаг. — Мы так давно не виделись. Как вы?
— Всё хорошо, вот только соскучилась по тебе, — благородная супруга Су усадила Цзючжу рядом с собой. — Иди сюда, присядь, отдохни немного. Раз уж приехала во дворец, должна погостить несколько дней, иначе мне в последнее время будет совсем невмоготу.
— Ваше Сиятельство, что случилось? — с беспокойством взглянула на неё Цзючжу.
— Ах, — тихо вздохнула благородная супруга Су. — Его Величество приказал мне не посылать Ду Цину вещи во дворец Чжанлю. С тех пор как император наказал всех принцев, во дворце воцарилась гнетущая атмосфера, каждый боится за себя, даже наложницы перестали навещать друг друга. Я совсем одна в этом безлюдном дворце, так тоскливо.
Сянцзюань, сопровождавшая Цзючжу и принца Чэня, молчала.
Наложницы не навещают друг друга? Да Ваше Сиятельство и раньше не особо жаловала их своим вниманием.
Запрещено посылать вещи во дворец Чжанлю? На самом деле, из пяти принцев наказание их господина было самым лёгким. Она даже подозревала, что Его Величество урезал жалование принца на полгода лишь для того, чтобы тот не слишком выделялся на фоне остальных.
Да и если Ваше Сиятельство не посылает, то дворец Таян тайно всё доставляет.
— Ваше Сиятельство, не волнуйтесь, — прошептала Цзючжу. — Перед тем как войти во дворец, я принесла его высочеству денег.
Благородная супруга Су взглянула на принца Чэня, но тот отвернулся и стал разглядывать потолочные балки.
— И Ду Цин взял?
— Его высочество согласился взять лишь половину, — прошептала Цзючжу на ухо благородной супруге. — Но вы не волнуйтесь. После кануна Нового года я пришлю ему ещё. Я теперь богатая.
Теперь, помимо ежемесячного содержания от матери, она получала и жалование уездной принцессы — была просто счастливой маленькой богачкой.
И он вправду взял? Благородная супруга Су с недоверием посмотрела на сына. Взять деньги у девчонки, и не стыдно? Где его лицо? Где совесть?
— Я так долго его уговаривала, а его высочество согласился взять лишь половину, — вздохнула Цзючжу. — Ваше Сиятельство, может, вы поможете мне его убедить?
— Он взрослый мужчина, неужели ему во дворце может не хватать денег? — возразила благородная супруга Су. — По-моему, ты и медяка не должна была ему давать.
— Его высочество с детства ни в чём не нуждался, как можно позволить ему терпеть такие лишения? — Цзючжу не согласилась с ней. Должно быть, так тяжело внезапно лишиться того, что имел с рождения.
— Не волнуйся, пока я рядом, я не позволю ему по-настоящему страдать, — благородная супруга Су всё больше и больше проникалась симпатией к Мин Цзючжу. — К тому же, нам, девушкам, тоже нельзя без денег сидеть. Ты жалеешь его, поэтому даёшь ему деньги. Он жалеет тебя, поэтому берёт только половину. Так в самый раз.
Принц Чэнь коснулся туго набитого кошелька на поясе и кашлянул. Он не то чтобы жалел Поросёнка Мин, просто… не мог видеть её расстроенной и несчастной.
За стенами Дворца Ясной Луны у главных ворот прохаживался командир Драконьей Стражи. Он обернулся и спросил Лю Чжунбао:
— Господин евнух Лю, Его Величество и вправду сказал, чтобы я почтительно задал вопрос, и если благородная супруга ответит — хорошо, а если нет… то и допытываться нельзя?
— Да, командир Ван, — улыбнулся Лю Чжунбао. — Не волнуйтесь, я пойду с вами к её сиятельству благородной супруге.
— Что ж, хорошо, — командир Ван беспомощно вздохнул. Его Величество был слишком добр к благородной супруге Су. Даже когда она оказалась замешана в таком серьёзном деле, он не хотел её тревожить.
Если кто-нибудь ещё посмеет назвать благородную супругу Су коварной интриганкой, он первым выступит против. Если бы она и вправду была такой, то, учитывая благосклонность к ней императора, в государстве Дачэн уже давно бы правила семья Су, а у остальных принцев не было бы шанса дожить до своих лет.
В истории был император, который обожал одну из наложниц. Та много лет не могла родить, и император ради неё даже не хотел заводить детей. В итоге его единственного выжившего ребёнка тайно вырастили евнух и служанка.
Если бы в мире существовал рейтинг коварных наложниц, благородная супруга Су точно заняла бы в нём последнее место. И не потому, что её не любят, а потому, что она слишком добра.
— Господин евнух Лю и командир Драконьей Стражи просят аудиенции? — весьма удивилась благородная супруга Су. Зачем ей понадобился командир Драконьей Стражи?
— Пусть войдут.
— Приветствую Ваше Сиятельство, Ваше Высочество и уездную принцессу, — войдя, командир Ван отвесил глубокий поклон благородной супруге Су.
— Командир Ван, прошу, садитесь. Господин евнух, и вы садитесь, — благородная супруга Су жестом велела слугам подать чай и закуски, после чего сразу перешла к делу: — Командир Ван, вы пришли ко мне по какому-то делу?
Командир Ван как раз раздумывал, с чего бы начать, но благородная супруга Су спросила сама. Он взглянул на сидевшую рядом Цзючжу, которая уже собралась было встать и под каким-нибудь предлогом выйти.
— Здесь все свои, — лениво откинувшись на мягкую подушку, произнесла благородная супруга Су. — Если есть вопросы, задавайте их прямо мне.
Цзючжу, которая уже было приподнялась, снова опустилась на место.
Принц Чэнь встал, подошёл к Цзючжу, сел рядом и потянулся за фруктом из её тарелки. Цзючжу с улыбкой подвинула к нему всё блюдо.
Принц Чэнь придирчиво выбрал самый большой фрукт, очистил его, разделил надвое и поднёс одну половинку к губам Цзючжу.
Лю Чжунбао с улыбкой наблюдал за этой сценой, не скрывая своей симпатии к принцу.
— Тогда я осмелюсь спросить, — командир Ван встал и сложил руки в приветствии. — Скажите, Ваше Сиятельство, в пятый год эры Лунфэн, когда вы сопровождали Его Величество в Линчжоу, планировали ли вы посетить какой-либо из городских трактиров, чтобы отведать местных блюд?
Услышав слова командира Вана, Цзючжу от неожиданности нечаянно прикусила палец принца Чэня.
Принц Чэнь уставился на неё. Она что, не поросёнок, а щенок?
Опомнившись, она опустила взгляд на его палец, поспешно достала платок и, заискивающе улыбнувшись, принялась вытирать его, шепча:
— Ваше Высочество, простите, ваша покорная слуга не нарочно.
— Ты вполне оправдываешь своё прозвище, — принц Чэнь взял два фрукта. — Теперь твоя очередь чистить для меня.
— Да, — благородная супруга Су бросила взгляд на перешептывающуюся парочку и повернулась к командиру Вану. — Что случилось?
— Недавно я выяснил, что в те годы было совершено покушение на вас и его высочество. Поскольку вы с принцем вернулись на драконью ладью, покушение провалилось, — командир Ван смотрел на благородную супругу, изучая выражение её лица. — Ваше Сиятельство, вы помните, по какой причине вы изменили свои планы?
Цзючжу, склонившаяся над фруктами, замерла и широко распахнула глаза.
Кто-то хотел убить Ваше Сиятельство и его высочество?!
— Что? Кто-то посмел устроить заговор против меня и моего сына? — очевидно, внимание благородной супруги привлеклa первая часть сказанного. Её ленивое выражение лица тут же изменилось. — Ты выяснил, чьих рук это дело?
Командир Ван лишился дара речи.
Постойте, разве не он пришёл задавать вопросы?
— Что, не хочешь говорить? — благородная супруга Су поднялась на ноги. — Не скажешь ты — я спрошу у Его Величества. Уж я-то посмотрю, кто осмелился на такую дерзость.
— Ваше Сиятельство, прошу, успокойтесь! — видя, что она и впрямь собирается ворваться во дворец Таян, командир Ван поспешно заговорил: — Дело не в том, что я не хочу называть зачинщика. Просто расследование ещё не закончено, и я не смею делать поспешных заявлений.
— Тогда расскажи мне то, что уже удалось выяснить, — благородная супруга Су снова села, будто и не она только что гневалась. — Я уверена, что если спрошу сегодня Его Величество, он мне всё расскажет. Верно, господин евнух Лю?
Лю Чжунбао поклонился:
— Ваше Сиятельство, всё, что вы захотите узнать, Его Величество непременно вам поведает. А если он чего-то не знает, то выяснит правду и расскажет вам.
Услышав это, командир Ван тут же сказал:
— Ваше Сиятельство, на данный момент следствие указывает на родственников супруги Нин со стороны матери — клан Чжэн.
— Семья Чжэн? — холодно усмехнулся принц Чэнь. — Неудивительно, что они мне никогда не нравились. Оказывается, они первые и провинились.
Командир Ван промолчал.
Впрочем, во всей столице не так уж много людей, которые ему по душе.
— Слуги! Позовите ко мне супругу Нин, — благородная супруга Су взмахом руки отпустила командира Вана. — А вы пока ступайте. Я сейчас пойду к Его Величеству.
— Ваше Сиятельство, вы же хотели видеть супругу Нин? — Сянцзюань взглядом намекнула госпоже, что девушка из семьи Мин всё ещё здесь. Если она на глазах у юной гостьи устроит расправу над супругой Нин, не покажется ли это слишком жестоким?
— Ду Цин, отведи Цзючжу в свой двор во дворце Чжанлю, прогуляйтесь, — с нежной улыбкой произнесла благородная супруга Су. — Мне нужно кое-что обсудить с Его Величеством.
Она, когда собиралась кого-то проучить, никогда не заботилась о том, что о ней подумают другие. Но Цзючжу — другое дело. Ей предстояло пройти с её сыном через всю жизнь.
Принц Чэнь взглянул на Цзючжу, которая, склонив голову, всё это время пыталась почистить один-единственный фрукт.
— Хорошо.
Он взял Цзючжу за руку и вывел её из Дворца Ясной Луны.
— Не волнуйся. Во дворце нас с матушкой никто не обидит.
— Но…
— Когда всех взрослых принцев и принцесс держат под замком во дворце, это самое безопасное время, — принц Чэнь похлопал её по лбу. — Успокойся и не бойся. Я рядом.
В первые дни жизни во дворце несколько братьев собирались вместе за хого. И делали они это не только чтобы позлить Юнь Яньцзэ, но и из-за взаимного недоверия.
Никто не мог знать наверняка, за каким обедом они окажутся вместе, и никто не мог решать, какой чай будут пить сообща. А потому никто не смел подсыпать что-либо в еду или напитки.
— Угу, — тихо кивнула Цзючжу, и в её глазах отразилось безграничное доверие к принцу. — Я знаю, Ваше Высочество всегда был и будет самым лучшим.
— Разумеется, — хмыкнул принц Чэнь.
Сунь Цайяо вышла во двор и увидела, что слуги дворца Чжанлю подметают дорожки, протирают колонны и даже вырывают сорняки между камней в альпинарии. Кто-то принёс несколько веток цветущей сливы хунмэй и привязал их к голым деревьям.
— Что они делают? — спросила Сунь Цайяо у своей служанки.
— Ваша Светлость, — ответила служанка, — слуги украшают внешний двор и двор его высочества принца Чэня. — Увидев, как кто-то вешает на ветви красивые фонари из русалочьей марли, она невольно засмотрелась.
— До кануна Нового года ещё восемь дней, зачем так рано украшать двор?
— Ваша Светлость, это не из-за Нового года, — понизив голос, сказала служанка. — Я слышала, что должна приехать уездная принцесса Мин, и его высочество принц Чэнь специально распорядился всё украсить.
Из-за приезда Мин Цзючжу весь внешний двор дворца Чжанлю украсили фонарями и гирляндами?
И дворцовые слуги настолько покорны приказам принца Чэня?
Это Юнь Дуцин так дерзок или же все во дворце знают, что Его Величество питает к нему особую слабость?
— Ваше Высочество, — Цзючжу вошла в ворота дворца Чжанлю и увидела развевающиеся на ветру фонари. — Что это? Какая красота!
— Это фонари из русалочьей марли, — ответил принц Чэнь. — Ночью, когда их зажигают, они так же прекрасны, как русалки, отсюда и название. Говорят также, что ткань для этих фонарей соткана самими русалками, потому их так и прозвали.
— А русалки и вправду существуют? — с любопытством спросила Цзючжу.
— Нет, — принц Чэнь легонько щёлкнул её по лбу. — И не мечтай.