Онлайн чтение книги Маскарад Джульетты Julietta’s Dressup
1 - 10

Отбросив обратно на постель умоляющую рыжеволосую женщину, Киллиан встал и приказал стоявшей в углу крепкой, жилистой горничной:

— Отошлите её.

Служанка глупо уставилась на него, никак не отреагировав на приказ принца:

— Джефф, Джефф!! - закричал разгневанный Киллиан.

Слуга, ждавший снаружи, поспешил в комнату, а Мойра пискнула и спряталась в простынях:

— Значит, вот так ты обучаешь горничных? Взгляни на неё. Позови Альберта. Это уже не первый раз. Что за чертовщина здесь происходит?

Понимая, что его господин очень зол, Джефф быстро метнул взгляд в сторону растерянной служанки.

Увлеченная принцем, она, вероятно, вовсе не слышала его распоряжений. Чтобы избежать новых нравоучений, он побежал разыскивать дворецкого. Джефф глубоко вздохнул, точно зная, что сегодня принц будет пребывать не в самом лучшем расположении духа.

***

— Альберт, долго мне тебя звать?

После того, как Джефф поспешил привести сера Альберта Мишеля Манфредо, дворецкого и Великого камергера принца Киллиана, члена семьи барона Манфредо, спальня пятого принца, к счастью, уже была пуста и прибрана.

Как бы страстно принц Бертино не любил женщину в постели, всё это исчезало как дым, стоило огню одержимости погаснуть. Его хладнокровная, острая как нож натура часто пугала женщин и заставляла их в непонимании хныкать. Поэтому он время от времени менял любовниц, хотя его вкус относительно женщин не сильно отличался.

Для всех наложниц принца существовало только одно правило: не тревожить его. Сегодняшнее происшествие выходило за установленные им границы, где молчаливость главенствовала над красотой.

Раздраженный жаждой, которую он не мог утолить, даже занимаясь сексом с женщиной дольше обычного, настроение Киллиана разбилось вдребезги. Перед глазами маячила горничная с грубыми кирпичными волосами, стремясь занять место тёмно-рыжей актрисы.

А глупость его прислуги стала высшей точкой кипения.

Призванный хозяином Альберт пытался успокоить принца, предлагая ему то ромашковый чай, то освежающую ночную прогулки, и вытирал платочком пот, которого не было:

— Ваше Высочество, в этом вопросе я бессилен. Все горничные очарованы вами, потому что… у них есть глаза, и они ими пользуются. Может быть, вам стоит нанять слугу-мужчину, чтобы разрешить вопрос?

— Даже если он слуга, неужели ты позволишь ему увидеть обнаженное тело женщины в моей постели?

Альберт, стараясь не сболтнуть лишнего, предложил Киллиану, который даже не любил всех этих горничных, но был странно упрям в этом вопросе, другой вариант:

— Тогда, вместо того, чтобы звать их к себе, может, стоит самому приходить к ним? Проблема выдворения плачущих женщин разрешиться сама собой… Так поступают другие принцы…

— Как я могу доверчиво расхаживать по спальням женщин, если не знаю, что она может замышлять?

Альберт вспомнил о всех политических противниках пятого принца, которые только и делали, что искали его уязвимое место:

"Что-то мне дурно от этих волнений и дел," - пробормотал дворецкий.

— Тогда, Ваше Высочество, я слышал, что в одном южном островном государстве существуют мужчины-не мужчины, их называют евнухами, которые прислуживают высокородным дама. Почему бы нам не найти такого? осторожно предложил камергер Киллиану то, что сам слышал от маркиза Родия во время его последнего визита.

— Хочешь сказать, что даже у женщины из правящей семьи есть подобный мужчина? Впрочем, оскоплен он или нет, это не меняет мужской природы… Мне нужна хорошая, трудолюбивая прислуга. Неужели это так сложно?

Дворецкий, уловив в холодном голосе принца намёк на сомнения в его способностях, поджал хвост и подчинился:

— Простите, Ваше Высочество, я возьму на себя ответственность и подыщу вам идеальную горничную…

***

Ровно через неделю после случая, который Джульетта хотела стереть из своей памяти на веки вечные, девушка пребыла на давно знакомую улицу Харродс, где некогда она вместе с матерью жила в особняке маркиза Анаиса.

Из средств, полученных от Софии и Амели в подарок, Джули наняла карету и теперь робко стояла перед великолепными железными воротами, охраняемыми рыцарями в тёмно-серых доспехах. Девушка окинула взглядом особняк, построенный в соответствии с цветами семьи Бертино: темно-фиолетовым и серебристо-черным. Только видя их, её в голове всплывал испорченный костюм принца Киллиана. Воспоминания об их первой встрече ломали первоначальное воодушевление Джулетты. Поэтому, когда большие железные ворота открылись, она была похожа на загнанного зверька.

***

На следующий день после того, как принц Бертино посетил театр, Джульетту навестила Лилиан:

— Джули, я слышала, что вчера случилось нечто грандиозное?

При упоминании об её провале девушки лишь грустно вздыхала:

— Глава труппы знает? - хрипло спросила она.

— К счастью, нет. Эту историю поведал мне маркиз Родий. Я так рада, что с тобой всё в порядке, что обошлось без проблем.

Лилиан убрала шикарные каштановые волосы в сторону, чтобы обнять подавленную Джули. Эта девочка была дочерью Стеллы, той, кто заботилась о деревенской девчушке Лили как старшая сестра. Благодаря ей Лилиан стала воспитанницей в Эйлинском театре, где научилась петь и танцевать.

Когда Стелла влюбилась в маркиза Анаиса и ушла со сцены, чтобы жить в его особняке, Лилиан радовалась за неё, как за саму себя. Однако, когда её выгнали посреди ночи с ребёнком на руках, когда она скончалась, не пережив горя, юная актриса ужаснулась и пребывала в мрачном ожидании своего будущего.

Лилиан, которой в этом году исполнилось двадцать семь, медленно уступала позицию примадонны в Эйлинском театре и планировала вернуться в деревню. Её отношения с маркизом закончатся в тот момент, когда она покинет театр. Как и другие актрисы, Лилиан не хотела умереть жалкой смертью игрушки дворянина.

Ей было жаль Джульетту больше других. Пусть она и была незаконнорожденной, но вот так вычеркнуть ребёнка из своей жизни было просто жестоко. Она хотела быть той, на кого юная девушка могла бы положиться (хотя бы пока Лилиан еще имела популярность и силу как актриса):

— Джули, если что-то случится, обязательно свяжись со мной. Можешь ли ты обещать мне, что не будет решать всё сама и ввязываться в опасные переделки? Я знаю, что ты очень смелый и самостоятельный ребёнок, но пойми, ты — не одинока.

— Спасибо, вы всегда заботились обо мне. Я была счастлива иметь место, куда можно пойти, когда тяжело. Я очень благодарна, - улыбнулась Джульетта, глядя в добрые карие глаза Лилиан.

— Я бы хотела сделать тебе подарок в честь твоей первой работы вне театра. Чтобы ты хотела получить?

Когда женщина спросила об этом, Джульетта, немного поколебавшись, всё-таки осторожно проговорила:

— Я бы хотела очки. Не такие дорогие, как носят дворяне, а большие, толстые, как у Моргана – управляющего театра.

— Очки? Почему так внезапно?

— Я уверена, что не столкнусь с принцем Бертино, когда буду работать горничной, но я хочу исключить любую возможность того, чтобы он меня узнал. Вчера принц великодушно простил меня, но боюсь, что он сильно разозлиться, если снова увидит моё лицо.

Чтобы предотвратить проблемы заранее, Джульетта остро нуждалась в больших очках, чтобы скрыть хотя бы половину лица:

— О, ты же будешь работать горничной в особняке Бертино, - женщина утвердительно кивнула, - я закажу их для тебя. Вообще-то я хотела подыскать тебе другое место, но у нас было мало времени. Тем не менее, я надеюсь, что у тебя не возникнет проблем, так как ты можешь рассчитывать на рекомендательное письмо от маркиза Родия.

***

Вспомнив нежные слова Лилиан, Джульетта воодушевилась и протянула письмо привратнику, избегая взглядов суровых рыцарей. Мужчина подозрительно осмотрел его, но, убедившись в подлинности, приказал открыть ворота. Он провёл Джули к заднему ходу, которым пользовалась прислуга:

— О мой Бог! Как бы ни произошло ваше знакомство с маркизом – но жирной и уродливой служанке работать в особняке принца? Это подорвёт его авторитет! - посмотрев на новенькую, Иоанна, главная горничная, сильно нахмурилась.