— С тех пор как я стала секретарем директора, мне больше не приходилось продавать свое тело кому-либо в «Джэвоне».
— ...Что?
— Учитывая нашу первую встречу, вам, наверное, трудно поверить, но это правда. Директор оградил меня от них. Прямо как тот пиджак.
— ...
На этот раз я нарочно старалась не смотреть назад. Со Ын Чжон, окинув взглядом то, как я кусаю губы, усмехнулась, словно вздохнув.
— Знаете что? Еще совсем недавно директор жил без какой-либо цели.
— ...
— Генеральный директор, вице-президент... расколется организация или нет — его это совершенно не волновало. Директор просто делал то, что ему приказывали сверху. Звал генеральный — он шел, топтал вице-президент — он позволял себя топтать. Он нигде не пускал корни и жил как придется.
Как придется. Она повторила эти слова, делая на них акцент. Но мне в уши особенно врезалось слово «корни».
— Но при этом за директором следует много людей. Видимо, особенным он кажется не только мне.
— ...
— К нему ведь удивительным образом тянется душа, верно?
— Что вы хотите сказать?
Я быстро оборвала ее. Я больше не хотела делить Кан Хи Бэка, которого знала, с ней.
Словно прочитав мои мысли, эмоции на лице Со Ын Чжон стали еще отчетливее.
— Тот же Хон Джэ Иль действует с директором как единое целое, а с точки зрения верхушки это фактор нестабильности. Хон Джэ Иль до того, как потерял глаз, тоже был весьма влиятельным человеком...
— ...
— Я к тому, что для генерального и вице-президента директор — важная фигура.
Ах, вот оно что.
Только теперь я поняла.
И генеральный директор, и вице-президент при желании могли бы легко убить Кан Хи Бэка, но не делали этого именно по этой причине. Раз уж их силы разделились поровну, переманить Кан Хи Бэка на свою сторону было бы выгоднее для победы в этой борьбе за власть.
— Я поняла. Видимо, поэтому он встал на сторону вице-президента. Но почему он передум...
— О чем вы? — ошарашенно переспросила Со Ын Чжон. — Директор никогда ничью сторону не принимал.
— Но в начале...
— Генеральный и вице-президент окончательно разругались в прошлом году. И даже тогда директор никого не выбрал. Он просто продолжал жить так же, как и раньше. За это его немало дерьмом поливали, называли летучей мышью и всё такое.
— ...
— За это мне до слез обидно. Директор от этого вообще ничего не выгадал... Наоборот, он выезжал на "дела" чаще, чем рядовые шестерки, и жил так, что умри он в любой момент — никто бы не удивился. Он просто жил наплевательски.
— ...Почему?
— Потому что у него не было никакой цели.
— ...
— Даже если бы он сдох, ему самому было бы плевать. Страдали бы только те, кто рядом.
— ...
Я молча сжала пиджак.
— Теперь я правда смогу завязать со всем этим, и мы будем жить вдвоем. Поэтому не бросай меня.
Человеком, лишившим Кан Хи Бэка цели, была я.
Со Ын Чжон, посмотрев на притихшую меня, вздохнула еще тяжелее.
— И куда, по-вашему, оставалось смотреть верхушке? Только в одно место, верно?
При этих словах я перестала потирать ноющую грудь и подняла голову. Она же, наоборот, отвела взгляд и посмотрела прямо перед собой.
— Им хотелось прибрать к рукам человека, который носится туда-сюда без разбора, но поводок-то оказался у другого.
— Поводок...?
— Вице-президент первым вычислил вас, Хан Се Ён.
Я вздрогнула, руки задрожали.
— Говорят, в юности директор ходил умолять вице-президента отпустить его из организации, и причиной были вы, Хан Се Ён.
— ...
— Когда вице-президент нанял вас, генеральный не мог этого не заметить. Они оба решили, что поводок, за который можно держать директора, — это Хан Се Ён... и, в общем-то, не ошиблись.
— ...
— Потому что смирный до этого директор изменился именно тогда.
— Если тогда...
— Помните спринклеры?
Моя встреча с Кан Хи Бэком вовсе не была случайностью. И то, что он примчался в тот бар, и то, что ворвался на встречу с вице-президентом — цель была одна. Я. Кан Хи Бэк переживал за меня.
Кан Хи Бэк смотрел только на меня. Как и всегда.
Когда мои смутные догадки подтвердились, перед глазами вдруг всё прояснилось. Мир вокруг уже окутал предрассветный свет.
— Возможно, в такой ситуации это звучит неуместно, но думаю, я заслужила от вас хотя бы слов благодарности, адвокат.
— ...
— Я пошла на ту пьянку, боясь, что до прихода директора вас могут там как-то обидеть. Разве я не заслужила?
Вопреки ее словам, как только я открыла рот, Со Ын Чжон быстро меня перебила.
— Вице-президент и генеральный погибнут от рук директора.
— ...
— Раз уж они нацелились на вас.
На её лице, повернутом ко мне, всё так же читалась та эмоция. Чувство, которое испытываешь, глядя на того, кто обладает тем, чего тебе никогда не заполучить. Я слишком хорошо знала это чувство, поэтому легко его прочитала.
Ревность и смирение. Глядя на это страдающее, но отрешенное лицо, я тихо произнесла:
— Спасибо. За то, что рассказали.
— Я вам завидую, адвокат.
— ...
— Будь я на вашем месте, я бы ни за что его не бросила.
Внезапно мне пришла в голову мысль.
Если бы я вернулась в то лето, когда мне было девятнадцать, я бы хотела, чтобы на той мельнице снова оказался Кан Хи Бэк. С бледным лицом и светлой улыбкой.
Даже если бы мне пришлось снова пережить сегодняшний день.
— А я поступила бы точно так же.
Невероятно долгий и темный рассвет наконец отступил.
***
В пачке сигарет, которую я достала спустя долгое время, оставалась ровно одна штука. Зажав её в руке, я раздумывала.
Просто выкинуть? Или докурить?
— Нет сигарет?
Я никак не могла принять решение, когда ко мне вдруг обратились. С запозданием подняв голову, я сразу же встретилась взглядом с сотрудниками нашей фирмы, оккупировавшими центр курилки.
Собравшись там с сигаретами, они то и дело косились на меня с самого того момента, как я, придя позже всех, встала в углу.
Раньше я бы ушла, чтобы лишний раз не мозолить им глаза, но сейчас не видела в этом необходимости. Курить эту жалкую сигарету — не преступление, а перешептывания о женатом начальнике больше не вызывали у меня никаких эмоций.
Гораздо больше меня волновало то, как замирало сердце каждый раз, когда в их разговоре всплывало название «Джэвон Констракшн».
— Адвокат Хан, хочешь, я тебя угощу?
Человеком, обратившимся ко мне во второй раз, оказался адвокат Квон — тот самый, кто проявлял наибольший интерес к изменившейся структуре власти в «Джэвоне» после смерти вице-президента, а затем и генерального директора.
Он был моим сонбэ на один курс старше, а также сокурсником Им Чон Ён по юридической школе. Помню, до истории с Чон Чхан Ёпом мы часто общались. Но после того как пошли слухи о нашей с Чон Чхан Ёпом связи, при встрече он всегда холодно проходил мимо.
С чего это вдруг он строит из себя друга? Бегло окинув его взглядом, я выпрямилась. И сунула сигарету в карман.
— Всё в порядке.
— Уходишь, потому что сигарет нет?
— Есть. Просто пришла, а курить как-то перехотелось. Я пойду...
Я небрежно кивнула и уже собиралась покинуть курилку, но следующие слова заставили меня замереть на месте.
— Ты уже ездила на похороны секретаря Чхве?
— ...Еще нет. Собираюсь сегодня.
Я ответила максимально спокойным тоном. Адвокат Квон стряхнул пепел в пепельницу и подошел ко мне. Судя по тому, как он переглядывался с окружающими, у него явно был какой-то умысел. Он ненавязчиво предложил:
— Я тоже сегодня собираюсь, поедем вместе?
— ...
— Все остальные уже съездили, поэтому я собирался ехать один. Как удачно. Поедем на моей машине.
Я лишь молча смотрела на него, и он, кашлянув, поправил галстук.
— Из-за работы нам давно не удавалось нормально пообщаться. Заодно и поговорим, как тебе идея?
— Я лучше доберусь сама. Не знаю, когда закончу с делами.
— Я могу и подождать.
— Зачем вам это? Езжайте, как будет время. Вы же заняты.
— ...
Прежде чем он успел сказать что-то еще, я снова кивнула и пошла прочь. Услышав за спиной недовольное цоканье, я просто проигнорировала его.
А ведь, если подумать, в начале моей работы здесь адвокат Квон проявлял ко мне симпатию. Им Чон Ён даже пару раз устраивала совместные посиделки.
Но ни тогда, ни сейчас я не могла обращать внимание на других мужчин. До тех пор, пока в моем сердце глубоко засел один ублюдок, от которого я уже столько времени не могу избавиться.
— ...
Уходя с крыши, я снова задумалась.
Правильно ли будет выбросить последнюю сигарету, или всё же выкурить? Время вроде бы есть, но в то же время его будто и нет.
То же самое было и с Кан Хи Бэком.
После того ужасного рассвета я его так и не видела. Но не было ни дня, чтобы я о нем не думала. Иначе и быть не могло. Как бы ни перевернулось всё в «Джэвон Констракшн», материалы дела, попавшие мне в руки, от этого не изменились.
«Чхон энд Джей». Дача взятки. Подставной срок. Кан Хи Бэк.
Работа шла полным ходом. Благодаря тому, что «Джэвон» управлял незаконными фондами «Чхон энд Джей», подделать документы не составило труда. Компании были связаны друг с другом, словно крокодил и птичка тари, изначально предвидя подобные ситуации, поэтому ничего удивительного в этом не было. Уж не знаю, к счастью это или к несчастью.
Однако оставался один вопрос.
— ...
Почему именно Кан Хи Бэк?
— Вице-президент и генеральный погибнут от рук директора.
Я шла, прокручивая в голове слова Со Ын Чжон, когда из-за угла кто-то выскочил и мы столкнулись плечами. Опомнившись, я увидела, что это не кто иной, как Чон Чхан Ёп.
— ...Извините.
— ...
Он, разговаривая с кем-то по телефону, с недовольным лицом стряхнул невидимую пыль с плеча и прошел мимо. Видимо, торопился.
Еще бы не торопиться. Его личный секретарь внезапно умер.
Чон Чхан Ёп был сам не свой уже целую неделю. Какое-то время он даже не выходил из кабинета и не появлялся на собраниях, дошло до того, что на этой неделе я видела его впервые.
С неприятным осадком на душе я тяжело смотрела на его удаляющуюся спину, как вдруг заметила странную походку и затаила дыхание.
Что это?
...Чон Чхан Ёп всегда так прихрамывал?
